ей?
Стучусь, поворачиваю ручку — логично, что закрыто. Но и ответа я не слышу. Стучу еще раз. Тишина и только тихое щелканье огнива. Меня это начинает беспокоить, а зверь потихонечку начинает злиться.
Когда и на третий стук я не получаю никакой реакции, уже кричу сквозь закрытую дверь:
— Эйра? У тебя все в порядке?
Но и теперь она молчит. Слышу только стук от падения чего-то тяжелого, и это срабатывает как сигнал к действию.
— Я захожу! — предупреждаю я и с силой поворачиваю ручку.
Она щелкает, а дверь распахивается.
Глава 10. Чаепитие
Огниво выпадает из моих рук и с грохотом падает на пол, а практически сразу после этого дверь распахивается, с громким стуком ударяясь об стену. На пороге стоит Керниол с… подносом?
Эта странная нелогичная композиция настолько меня шокирует, что я некоторое время стою, не двигаясь с места и открывая и закрывая рот. Уф.
Но не могу не признать, что широкоплечий гигант-оборотень с мускулистыми бицепсами, выделяющимися даже под достаточно свободной рубашкой, упрямым мужественным подбородком и пронзительным взглядом, очень притягательно выглядит, когда в его руках простые чашки с чаем. А учитывая, что этот чай еще невероятно ароматный…
Закусываю до боли губу, чтобы прогнать эти несвоевременные и такие опасные мысли.
— Эйра, — Керниол обеспокоенно скользит взглядом сначала по мне, а потом по обстановке в комнате, останавливаясь на камине. — Все в порядке?
— Д-да, — выдавливаю из себя я. — Я просто…
— Так и не согрелась? — с улыбкой, которая, на удивление согревает уже сама по себе, уточняет король. — Что же ты не попросила служанок развести огонь?
— Я не привыкла к служанкам, Ваше Величество, — тихо произношу я, а сама сдвигаюсь чуть в сторону, чтобы прикрыть юбкой камин. Если он увидит письмо…
— Что ж, тогда это сделаю я, — он проходит в комнату и закрывает за собой дверь.
Поставив поднос на столик, Керниол поднимает огниво и, аккуратно взяв за плечи, отодвигает в сторону.
Зажмуриваюсь. Все. Это конец. Сейчас увидит, прочитает и убедится в том, что права была его невеста. Я шпионка. Была ею в землях Орланд, ею и останусь тут, в Керниолии.
Сейчас как никогда четко осознаю, что это не могло кончиться ничем кроме моей казни. Зордан не отпустил бы меня. Даже когда я стала бы его женой, я бы продолжила выполнять эту грязную работу.
Вот и сейчас далеко от клана я продолжаю трястись от того, что альфа может до меня дотянуться.
— Эйра, — Керниол касается моей руки. — Что-то случилось? Мне кажется, тебе страшно?
Вот как раз в тот момент, когда он касается, все страхи будто рассыпаются в пыль. Я словно оказываюсь отгорожена от всего опасного огромной толстой стеной.
— Я задумалась, — набираю в грудь воздуха, понимая, что на несколько мгновений перестала дышать.
— Бывает, — оборотень присаживается у камина и одним удачным чирком заживает огонь.
Первым вспыхивает уголочек письма. Я как завороженная смотрю, как пламя пожирает эту опасную для меня бумагу.
— Готово, — Керниол поднимается и довольно отряхивает ладони. — А теперь, если ты не против, то я все же хотел бы искупить свою вину и вместо ужина просто выпить с тобой чая. Ты же не против?
А что я ему, королю, могу сказать? Особенно когда он сам притащил ко мне в комнату поднос и потом камин разжег! «Нет, простите, я вас боюсь»?
— Конечно, нет, Ваше Величество, — натягиваю улыбку я и отвожу взгляд.
Он подставляет к столику стул и разливает по чашкам ароматную жидкость. Пар клубится над чашками, образуя красивые завихрения.
— Керни, — он поднимает взгляд. Янтарный, гипнотизирующий, заставляющий сердце пускаться вскачь.
— Что? — с силой заставляю себя отвлечься от этих глаз, чтобы понять смысл того, что оборотень говорит.
— Я хочу, чтобы ты обращалась ко мне вот без этих всех расшаркиваний. Я Керни, — он протягивает мне чашку.
— Но Ва…
— Керни, — перебивая меня, снова повторяет оборотень.
— Зачем я вам, Керни? — я беру чашку, обхватывая ее обеими ладонями.
Меня настораживает то, как он себя ведет. В какую игру он играет? Что от меня хочет?
— М-м-м… Чтобы тебе больше не приходилось заваривать чабрец? — ухмыляется он поверх чашки.
Холодок пробегает по коже, провоцируя толпу мурашек. Он точно придумал для меня какой-то особенный план мести. Но какой?
Если я и собиралась попробовать чай, то теперь точно меняю решение и отставляю чашку в сторону.
— Вы для меня принесли что-то поинтереснее чабреца? — хмурюсь я.
Мы ведь сейчас оба понимаем, что разговор совсем не об этой безобидной травке. Но оборотень говорит как ни в чем не бывало.
— Определенно. Тут ягоды смородины и апельсиновая цедра, — улыбается открыто Керни. — Полезно и очень ароматно. Но если ты предпочитаешь что-то другое, скажи, распоряжусь принести.
Смотрю на его лицо и не понимаю, он сейчас говорит правду или тоже прикрывает этими словами что-то типа того, что тогда было в его кружке.
Мотаю головой. А оборотень демонстративно отпивает из своей чашки.
Как же глупо я сейчас выгляжу! Но взять снова чай, который так и манит своим ароматом будет ещё глупее.
Керни то и дело задумчиво посматривает на камин. Пламя уже объяло все поленья и, конечно, полностью уничтожило письмо. Но неужели оборотень его совсем не заметил? Почему не уточнил, не попытался вывести на чистую воду?
Встаю и подхожу к огню, пытаясь унять дрожь. Никогда, даже когда отправлялась на самые опасные задания, я не была настолько обескуражена, как сейчас.
Я готова была ждать жестокости, насилия, принуждения, но никак не тихого чаепития у камина. Вопреки всему тому, что я о нем знаю, в чем я пытаюсь себя убеждать, мне с ним тихо и уютно.
— Я так понял, ты уже обзавелась тут другом? — с хитринкой в голосе спрашивает Керри.
Я? Другом?
Резко оборачиваюсь. Сердце совсем готово
