отходов рядом с большим электрическим столбом в переулке, мимо нее прошли две маленькие девочки. Та из них, что выглядела старше, была похожа на ученицу младших классов, а ее сестренка, похоже, ходила в детский сад. Казалось, им было очень весело болтать.
– Сестренка, давай возьмем ее к себе. Можно ведь?
– Нет. Нас мама наругает.
– Но она ведь такая красивая. Такая маленькая. Я уже договорилась с собачкой вчера, что мы ее заберем.
– Дурочка, с животными же невозможно о чем-то договориться.
– Все равно, давай возьмем. Ну? Ну?
– Нет. Сегодня только сходим посмотреть на нее и сразу спустимся обратно. Все равно ее больше на этом месте не будет. А может, кто-то ее уже забрал.
Кёуль невольно остановилась и посмотрела на спины девочек. Они направлялись в сторону пешеходной тропы Хёнван.
Неужели они собираются подняться в гору? Но ведь уже вечер?
Кёуль это встревожило, поэтому она уже собиралась крикнуть им, чтобы они не ходили на тропу. Но, как ни странно, ее голос не прозвучал.
Что, если она снова зря вмешается? А если девочки идут не на тропу? Если они просто идут домой? А может, просто не захотят слушать.
После долгих раздумий Кёуль, так ничего и не сказав, спрятала руки в длинных рукавах своей толстовки. Это помогло ей почувствовать себя немного спокойней. Все в порядке, все будет хорошо. Девочка поплелась домой, мысленно повторяя эти слова.
Ди-ли-линь. Входная дверь в дом открылась с механическим звуком. Кёуль вошла в дом, сразу села на диван и включила телевизор. Гостиная тут же наполнилась его шумом. Девочка, ни о чем особенно не думая, смотрела на экран телевизора, а затем вдруг оглянулась вокруг.
В какой-то момент она почувствовала, что в доме тихо. Здесь не было никого, кроме нее. Угрюмый дом, где не слышно шума от людей.
Еще до прошлой недели бабушка и дедушка всегда были рядом. Даже если она просто выходила на минутку выбросить мусор, они всегда приветствовали ее, радостно спрашивая: «Внучка, ты дома?» Этот дом всегда был полон тепла и разговоров. Но теперь все изменилось. После того как бабушка попала в больницу, в ее доме быстро стало тихо.
В этот момент Кёуль почему-то подумала, что эта тишина вызывает у нее только грусть. Ей было грустно и одиноко. Но почему все стало таким угрюмым? Причина была ясна. Потому что собака-монстр напала на бабушку. Кёуль надеялась, что никто больше не пройдет через тот же болезненный опыт, что и она.
И когда она подумала об этом, ей в голову пришел образ двух маленьких сестер, которых она только что видела в переулке.
Кёуль быстро подскочила с дивана и бросилась к входной двери.
Почему она не остановила детей раньше? Все, что ей нужно было сделать, – это лишь сказать, чтобы они не ходили на тропу. Где же они сейчас? Они ведь не могли уже оказаться там?
Тревога с опозданием нахлынула на нее волной. Она поспешно надела крепкие кроссовки, связала растрепанные волосы в хвост на затылке и выбежала на улицу.
Кёуль быстро добежала до детского лесного лагеря Хёнван. В это время солнце уже село за горами, и небо окрасили ярко-красные закатные лучи. Девочка глубоко вздохнула и осмотрелась, но рядом никого не было. Поискать еще немного? Кёуль, внимательно оглядывая окрестности, вошла на территорию лагеря.
В этот момент со стороны леса послышался радостный детский смех.
– Лапу! Лапу!
– Ого! А ты такая умница! Милашка, какая милашка.
Кёуль быстро побежала на звук. Дети весело играли с собакой около паутинки для лазания. Девочка, почувствовав облегчение, глубоко вздохнула. А затем неосознанно издала удивленный возглас.
– А?
С детьми играл желтый кокер-спаниель. Могло ли это быть простым совпадением? Это ведь та же порода, что была в рассказе очевидца о собаке-монстре.
– Гав! Гав!
Желтый кокер-спаниель энергично вилял хво-стом и поднимал передние лапы, прыгая в объятья девочек. Кёуль подошла к ним ближе.
– Минуточку… Могу я кое-что проверить?
– А?
Дети, казалось, немного удивились внезапному вмешательству незнакомой девочки, но послушно пропустили ее. Поблагодарив сестер, Кёуль присела на корточки и оглядела собаку. Та облизнула ей тыльную сторону руки и вела себя вполне дружелюбно.
– О? У нее есть ошейник.
Кёуль протянула руки, чтобы получше взглянуть на него. На серебряном жетоне было выгравировано имя.
Карамелька.
Имя было необычным. Кёуль повторила его, будто пробуя на вкус, а затем перевернула жетон, чтобы взглянуть на обратную сторону. Контакты владельца были будто бы поцарапаны чем-то острым, поэтому их нельзя было рассмотреть.
– Это еще что…
У девочки по коже пробежали мурашки. Собака, которая разгуливает без поводка и хозяина. Более того, раз контактная информация на жетоне стерта, неужели это именно та…
– Хан Кёуль!
Кто-то позвал ее по имени. Кёуль вздрогнула и повернула голову на голос. У входа в детский лесной лагерь стоял Юрий.
– Ли Юрий.
Девочка неосознанно отпустила жетон на ошейнике, который только что сжимала. И в то же время Юрий торопливо побежал к ней.
– Что ты здесь делаешь?
– Я пришел на гору и вдруг почувствовал твой запах… Как бы то ни было, эта собака странная. Отойди!
– Что? Мой запах?
Кёуль прижала нос к своей руке и принюхалась. Неужели от нее правда так сильно пахло? Карамелька тоже фыркнула, словно собираясь повторять действия девочки. Но вдруг выражение на ее морде изменилось. Это случилось тогда, когда Юрий оказался на расстоянии вытянутой руки от них с девочкой.
– Гр-р-р…
Собака сразу начала громко тявкать. Увидев внезапную перемену в ней, маленькие сестры, стоявшие рядом с Кёуль, начали отходить назад, будто бы испугавшись.
– П-почему она такая?
Кёуль первым делом обняла детей и отступила. Даже если это и была собака-монстр из слухов, ситуация казалась странной. Она слишком сильно отличалась от рассказов других очевидцев. Самое главное – здесь не было взрослых, которые ей так не нравились. Может быть, она отреагировала, увидев Юрия? Но они же были ровесниками, конечно, странно, что она посчитала Кёуль ребенком, а Юрия – взрослым.
– Сначала уведи детей! – крикнул Юрий девочке, а сам в то же время громко затопал ногами, чтобы привлечь внимание собаки. Услышав это, Кёуль взяла себя в руки и быстро отправила детей за пределы лесного лагеря. О себе они с Юрием не боялись, но никак не могли позволить, чтобы собака погналась за сестрами.
Как только дети в спешке покинули лагерь, все тело собаки задвигалось и пошло буграми. Будто бы внутри него начали подпрыгивать десятки резиновых шариков. Только тогда девочка убедилась, что это и
