Согласно первому закону Джейсона, каждый движется в правильном направлении до тех пор, пока кто-нибудь не собьет его с пути. Например, так, как Дженни выбила меня из моей удобной колеи.
Если бы я видел Дженни впервые, я сумел бы остаться безучастным. Она была бы для меня одной из многих, кому не повезло в пути. Еще одним скелетом у обочины дороги в лучший мир.
Но это было не так. Я снова смотрел в ее лицо, видел в нем ту же печаль, что и прежде, и это было невыносимо.
Кажется, я так и стоял, уставившись в лицо Дженни, когда кто-то потянул меня за локоть.
— Что с тобой, Джейсон? — с озабоченным видом спросил Бензод.
— А? Нет-нет, все в порядке.
Бензод поколебался, словно не зная, верить мне или нет, потом сказал:
— Я послал человека за носилками. Может быть, ты хотел бы пока… — Его глаза стали темнее, чем обычно. В несколько другой ситуации он мог напоминать кредитора, который выжидает удобного момента, чтобы взять за горло родственников усопшего.
Я взглянул на Беллу. Она слышала, что сказал Бензол, и отрицательно покачала головой.
— Нет, благодарю, — ответил я.
Я заставил себя не смотреть на тело Дженни и чтобы чем-то заняться, решил бегло обследовать грузовой отсек. В нескольких местах большие грузовые клети, запертые отдельными замками, доходили почти до потолка. От двери к противоположной стене вел прямой проход, и от него в стороны расходились еще четыре. На одном из пересечений и лежало тело Дженни.
Рори, по-видимому, закончил предварительный осмотр. Он поднял блузку Дженни, чтобы открыть спасательный пояс у нее на талии. Посмотрев снизу вверх на Бензода, он спросил:
— Какой у нее код?
Коротко переговорив по телефону с кем-то на мостике, Бёнзод назвал пятизначное число, которое Рори набрал на передней клавиатуре. После этого пояс несколько раз издал громкий сигнал. Рори ввел код еще раз, пояс отключился и автоматически расстегнулся. Защитное ноле исчезло. Рыжие волосы Дженни мгновенно утратили свой цвет, как и ее лицо, которое еще не полностью залила мертвенная бледность. Ярко-синие брюки стали тускло-серыми.
Рори извлек из своего чемоданчика острое лезвие, осторожно перерезал и снял шнур с шеи Дженни. На шее остался глубокий след. Рори высвободил конец шнура из ее правой руки и поместил шнур в прозрачный пакет. Наконец он извлек защищенный полем счетчик субъективного времени и пристегнул его к руке девушки. После этого он встал, очень медленно, но не потому, что это требовало больших усилий — тяготение здесь составляло не более одной трети g.
Дисплей, вделанный в прямоугольную ленту на руке Дженни, показывал момент начала отсчета и время, истекшее с тех пор. Если не считать времени, прошедшего с момента ее смерти до того, как нашли ее тело, можно было назвать этот счетчик «Время после Дженни». Рори посмотрел на Беллу, Бензода и меня и сказал:
— Пока только предварительные выводы.
Он почесал свою лысину и вздохнул.
Белла кивнула.
— Она умерла от удушья и, по-видимому, задушила себя сама. — Рори покосился на табло бортовых часов у двери. — Если учесть, что здесь время идет почти на двадцать процентов быстрее, чем на четвертом уровне, я бы предположил, что смерть наступила около полуночи. На затылочной части головы есть три кровоподтека, один из них появился скорее всего за день до смерти, остальные два — незадолго до смерти или в тот момент, когда она умирала. На руках и ногах есть несколько небольших порезов, синяков и ссадин — все это вполне могло быть результатом лазания по грузовым клетям.
Вывод такой: мы имеем дело с самоубийством. Я сделаю анализы на наркотики, проведу еще кое-какие исследования, но не думаю, что это что-нибудь изменит.
Белла кивнула.
— Возможно ли, что причиной смерти стал удар по затылку? — спросил я.
Рори, не задумываясь, покачал головой:
— Если ты имеешь в виду, что кто-то убил ее сильным ударом по голове, а потом намотал ей шнур на шею, то это исключено. Когда шнур затянулся на шее, она была жива, и причиной смерти послужило именно затягивание шнура. В этом по крайней мере я совершенно уверен. Если бы она не завязала узел, то не умерла бы, потому что отпустила бы шнур, как только потеряла сознание.
— А почему ты так уверен, что она задохнулась?
— Мельчайшие кровоизлияния в глазах — от повышенного давления лопнули капилляры. Вот эти маленькие точки — верный признак смерти от недостатка кислорода.
Белла прищурилась:
— Зачем ты все это спрашиваешь, Джейсон? Ты думаешь, у кого-то могли быть причины убить ее?
— Ни в коем случае, — сказал я. По крайней мере серьезных причин быть не могло. Впрочем, Дженни обещала позвонить, прежде чем попытается совершить нечто подобное, и не позвонила. Но это могло означать, что она соврала мне, или не смогла себя заставить, или у нее помутился рассудок. — Просто хочу исключить такой вариант.
— Эти кровоподтеки скорее всего результат болевых спазмов, — сказал Рори. — Шнур, затянутый на шее, может убить вас по крайней мере двумя способами. Если он достаточно тугой, то вызовет сильные повреждения нервов, и вы умрете быстро. Если он немного слабоват, то перекроет доступ крови к мозгу, или кислорода в легкие, или и то и другое одновременно. Дженни умерла именно так. Это куда мучительнее, потому что процесс длится дольше.
Я опустился на колени рядом с телом Дженни и думал о том, что она испытывала, если вдруг передумала и хотела развязать узел, но уже не смогла этого сделать. Пыталась ли она справиться с узлом, когда почувствовала, что задыхается? Наводит ли эта невыносимая боль на мысль о том, что должен быть другой выход или самоубийце ничего не стоит потерпеть пару минут ради достижения долгожданной цели?
— А откуда царапины на шее?
— Наверно, реакция на боль — она все-таки пыталась ослабить веревку. Я знаком с рассказами людей, которые пытались убить себя таким же способом, но остались живы. Я уже говорил, это болезненный путь.
— Значит, док, она все-таки сделала это сама, верно? — сказал я.
Рори озадаченно взглянул на меня:
— Считаю, что да. Я ведь уже сказал.
У него явно не было никаких сомнений. Я поднялся на ноги, убеждая себя, что надо собраться и доверять рассудку, а не внутреннему чутью:
— Спасибо, док. Я что-то не очень хорошо соображаю. Через пару минут это пройдет.
Боковым зрением я увидел, как Белла и Бензод обменялись взглядами.
Несмотря на тягостную ситуацию, Рори посмотрел на меня с чуть заметной улыбкой и слегка покачал головой:
— Не волнуйся. Это всего лишь нормальная человеческая реакция.
— Скажи, а тебя не удивило, что Дженни Сондерс покончила с собой? — спросил я у Рори в его кабинете на четвертом уровне. В комнате было только четыре стула и стол. Вдоль серых стен впритык стояли запертые шкафы, оставляя свободными лишь два дверных проема.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
