— У моих учениц больше здравого смысла, чем вы думаете, уверяю вас.
— А если вы проиграете — когда вы проиграете, — то внесете повышенную арендную плату… за последние два года.
У Эммы был такой вид, словно она не могла решить, сердиться ли ей, плакать или смеяться.
— Тогда и вам должно быть назначено дополнительное наказание.
— Мы это уже обсуждали. Если проиграю я, то буду ежегодно платить за академию.
— Нет, — покачала головой Эмма, — этого недостаточно.
Черт, она не только не отступила, а еще и торгуется!
— И каковы ваши условия?
— Если вы проиграете, ваша светлость, вам придется основать специальный фонд и полностью оплачивать курс обучения трех девушек в течение всего срока их пребывания в академии.
Эта чертова директриса сознательно желает унизить его. Всем известно, как он относится к пансионам для благородных девиц, а в особенности к этому. Выходит, она хочет, чтобы он не только платил за нее ренту, но еще и занимался благотворительностью…
Да нет, этому не бывать! Конечно, она проиграет! Но вся эта затея, пожалуй, оказалась гораздо интереснее, чем он думал. Может быть, ему удастся уговорить ее заключить еще одно пари — персонально между ними, и он совершенно точно знал, что это будет за пари.
— Идет, — сказал Грейдон.
— Эмма, — обеспокоенно пробормотал сэр Джон.
— Идет! — Она гордо вскинула голову.
Глава 5
— Эмма, вы должны отказаться от пари. Немедленно! — Сэр Джон казался очень взволнованным.
Эмма вздохнула. Всю ночь, шагая из угла в угол своей маленькой спальни, она убеждала себя в том же. Но всякий раз, когда она решала отступить, перед ее взором появлялись насмешливые зеленые глаза, обвиняющие ее в трусости. Этот проклятый герцог Уиклифф даже не скрывал, что считает ее саму и ее учениц ни к чему не годными дурочками.
Эмме было известно, что очень многие мужчины были того же мнения. Даже если она переубедит одного из тысяч ему подобных, то вряд ли пробьет брешь в этой стене упрямства и невежества. Но нет, сейчас не до логики! Она обязательно должна победить в этом состязании интеллектов, ведь тогда еще три девушки смогут учиться в академии. Более того, герцог же обещал пожизненно платить за нее ренту!
— Я пришла к вам не за советом, сэр Джон, — собравшись с духом, ответила Эмма и достала с книжной полки в его кабинете потрепанный том — «Исследования в области налогов». — Это про налоги на землю? — осведомилась она, показывая книгу сэру Джону.
— Товары и собственность. Эмма…
— Вы считаете, что я не смогу выиграть. — Она положила книгу поверх быстро растущей стопки специальных изданий по экономике, агрономии и строительству.
— Вы никогда ничем подобным не занимались. А герцог Уиклифф прекрасно знает, как управлять поместьем. Заплатите новую ренту. Да, она высока, но вполне вам по силам.
Эмма, пролистав еще одну книгу, поставила ее обратно на полку.
— Нет. Эти деньги нужны для другого. Бывает, когда ни в коем случае нельзя идти на компромисс.
— А если вы проиграете, что тогда?
— Не проиграю. Вы же знаете: если я что-либо задумала, то довожу до конца. Можете мне поверить, я очень серьезно отношусь к этому пари.
Эмма отряхнула пыльные руки. Несмотря на только что сказанное, никакой уверенности в победе она не чувствовала. Очень заманчиво было бы прислушаться к совету сэра Джона, тем более что Эмма напросилась приехать в Бейсингсток не только для того, чтобы просмотреть библиотеку, а еще и заручиться его моральной поддержкой. Если он снова начнет ее отговаривать, она, чего доброго, расплачется, а ей никак сейчас нельзя проявлять слабость.
— Я ничего не знаю о сельском хозяйстве, — признался сэр Джон. — Все, что я могу сделать, — это одолжить вам книги, а моему совету вы, как я вижу, следовать не собираетесь.
На лице Эммы появилась вымученная улыбка.
— Вы поступитесь своими принципами, если поможете непослушной клиентке донести эту тяжесть до повозки?
— Разрешите мне, — произнес неожиданно низкий мужской голос.
Эмма вздрогнула. Как такой крупный мужчина, каким был герцог Уиклифф, сумел совершенно бесшумно оказаться за ее спиной? Мысленно восстановив свой разговор с сэром Джоном, она пришла к выводу, что, слава Богу, не сказала ничего такого, что могло бы в дальнейшем ей повредить.
— Ваша светлость, что вы делаете в Бейсингстоке?
Своими широкими плечами Уиклифф загородил весь дверной проем. На нем были бриджи из оленьей кожи и редингот цвета ржавчины, в котором он казался еще больше похожим на громадного африканского льва с золотистой гривой — мощного и уверенного в себе, высматривающего газель, которой можно было бы позавтракать. Эмма проглотила комок, неожиданно вставший у нее в горле.
— Я искал вас, мисс Эмма.
Хоть она и не газель, но без борьбы не сдастся. Во всяком случае, покажет этому хищнику свои острые рожки, ведь ей приходится защищать целое стадо маленьких газелей.
— Зачем же? Чтобы извиниться?
Герцог оттолкнулся от притолоки.
— Извиниться? Перед вами? Ну уж нет. Скорее, я жду извинений от вас, а также уплаты ренты. А вмешивать в наши дела сэра Джона нет никакой необходимости.
— Я и не вмешиваю сэра Джона, это делаете вы. — Она взяла со стола несколько томов. — Я приехала сюда за научными материалами, вот и все.
Проскользнув мимо Грейдона, Эмма вышла на улицу и положила книги на дно повозки, запряженной одной лошадью. Повозка принадлежала академии и обычно использовалась для того, чтобы отвозить учениц в деревню или к озеру, где проводились уроки ботаники и зоологии.
Когда Эмма собралась вернуться в кабинет сэра Джона за оставшимися фолиантами, то чуть было не столкнулась с Уиклиффом. Нагнувшись, он взял лежавший сверху увесистый труд.
— «Закон об ограничении права распоряжения собственностью»? Это вам не поможет.
Эмма выхватила у него книгу.
— Вас, ваша светлость, это совершенно не касается.
Она пошла обратно в кабинет сэра Джона, чувствуя, что Уиклифф идет за ней по пятам. По спине и рукам у нее побежали мурашки. Пожалуй, странные он вызывает у нес ощущения, подумала Эмма, ведь он ей даже не нравится. И тем не менее его присутствие почему-то очень… воодушевляет.
— Вы можете задать мне интересующие вас вопросы. У меня есть кое-какой опыт в этой области.
— Неужели вы полагаете, — возмутилась она, — что я стану следовать тому, что вы мне посоветуете? Мы оба знаем, что вы не намерены упускать возможность выиграть пари и содрать с меня ренту и говорите просто так, потому что вам приятно слушать самого себя.
Эмма взяла было еще одну стопку, но Уиклифф столкнул книги обратно на стол. Эмма невольно проследила взглядом за его рукой. Грей был рослым мужчиной, и она ожидала, что и руки у него окажутся огромными, но это была рука художника — небольшая, изящная, с длинными пальцами.
— Я вовсе не просто так говорю. Я предложил вам помочь отнести книги. Кроме того, какие бы я ни дал вам советы, вы все равно проиграете.
Эмма встретила взгляд его зеленых глаз и ощутила холодок в груди.
— Ну что же, отлично. Можете тащить все вниз. — Обогнув письменный стол, она подошла к сэру Джону, чтобы пожать ему руку на прощание. — Спасибо за книги, сэр Джон. Я скоро вам все верну.
— Можете не торопиться, Эмма. — Сэр Джон повернулся к Уиклиффу: — Ваш друг мистер Бламтон и я собираемся сегодня днем составить бумагу, в которой будут записаны условия вашего пари. Скажите, каков его срок?
— Четыре недели, если этого достаточно для вас, мисс Эмма. Но если вам понадобится…
— Четырех вполне достаточно.
— Хорошо.
— Я хотел бы дать вам совет, ваша светлость, — нерешительно вмешался сэр Джон. — Может быть, лучше уладить ваши разногласия сразу, а не через месяц?
— Я уже предлагал это. — Уиклифф без всяких усилий поднял тяжеленные тома. — Решение за мисс Эммой.
Он опять ее дразнит.
— Я не собираюсь отказываться от пари, которое непременно выиграю. До свидания, сэр Джон.
