- Конечно же, столица красива, - тихо проговорила Элиза. И скорее услышала, чем увидела, как смущенно опустив голову, точно выдав что-то личное, вздохнул Гаорин. Империи повезло. Ее первый маршал любил свою страну. Он молча тронул тарда, и они поехали вниз.
Конечно же, въехать в свою столицу в виде грязного запыленного и небритого путешественника господин первый маршал никак не мог. Миновав первую стену на самой нижней террасе столицы, он сразу же направил тарда к постоялому двору, где они вымылись и переоделись в чистое белье и рубахи. Кожаная Элизина безрукавка практически не грязнилась. Заодно ее рану на руке осмотрела приличного вида лекарка, состоявшая при постоялом дворе.
- Что ж, эта армейская мазь вполне действенна. Рана не воспалилась, - пробормотала она, окончив осмотр. Но за последние лет сто - сто пятьдесят появились заживляющие средства и поэффективнее. Особенно для такой нежной девушки. Тем более что над столицей нет дождя, повязка не промокнет.
И она умело наложила на Элизину руку свежую повязку.
В таком приличном виде они поехали к Западным воротам, в кормильню "Три друга". На первый взгляд это была обычная для Империи кормильня. Но бросив на вошедших путников только один взгляд, слуга поклонился и молча провел их в следующий зал, куда, очевидно, простой человек с улицы попасть не мог. В восьмиугольном уютном помещении с низким сводчатым потолком, делящим зрительно пространство зала на треугольные площади, и треугольными окнами под потолком, посетителей не было.
- Приветствую тебя, почтеннейший, посылай за господами Раоси и Кайренхаем, - с довольным видом сказал Гаорин подошедшему хозяину. - Передай, что господин Арнелл вернулся и их ожидает, - он указал Элизе на один из треугольных столиков в глубине зала. - Мы пока поедим. Заехали к тебе, почтеннейший, прямо с дороги.
- Все будет сделано как обычно, - ответил хозяин, еле заметно улыбнувшись.
Господин Раоси, он же господин Сараоттэ, оказался высоким плечистым мужчиной со светло соломенными волосами, со светлыми, почти незаметными бровями и ресницами и с рассеянным взглядом светло-серых глаз. Этим рассеянным взглядом он окинул Элизу, спешно изобразившую поклон, Гаорина, и с невозмутимым видом воззрился в окно.
- Итак, ты успел вовремя, Эллар, - тихо сказал он.
- Несмотря на все твои попытки, мне помешать, - ехидно ответил Гаорин, откидываясь на спинку стула и удобно вытягивая ноги под столом. Сараоттэ скользнул взглядом по своему довольному собеседнику и снова принялся глядеть в окно.
- Какие попытки?
- По твоему приказу я был обвинен в воровстве и мошенничестве, и не знаю еще в чем, и посажен в тюрьму в Тагомаре.
Господин Сараоттэ взял трехгранную рюмочку, повертел ее в руке и сделал осторожный глоток.
- Ты верен своим провинциальным вкусам, Эллар, - сказал он, поморщившись. - Какая гадость. И я не приказывал арестовывать тебя в Тагомаре.
- Ты просто консерватор, Раотар. Это сливовая настойка, - резко посерьезнев и утратив свой довольный вид, сказал Гаорин, - Многие ее любят. И госпожу мага на Оронатском перевале подослал тоже не ты, так? Печально.
- Здоровый консерватизм - опора Империи. Нет, не я. Я только сообщил своим людям на перевале, чтобы тебя задержали на несколько недель. Со всяким комфортом, естественно.
Тем временем в зал вошли еще два человека. Один из них, седовласый благообразный старец с короткой бородкой слегка им поклонился. Его спутник, молодой темноволосый темноглазый человек с длинным носом и решительным подбородком поклонился значительно ниже.
- Позвольте вам представить моего ученика, Кайридая Оссонри, - вежливо произнес старец и приветливо обвел всю компанию глазами, задержав свой взгляд на Элизе.
- Барышня Мерелиза Эледэ, - усмехнувшись, представил ее Гаорин, глядя на Сараоттэ. Тот по-прежнему смотрел в окно, не выпуская рюмку из пальцев. - В сезон дождей почтовые птицы не летают, теперь я знаю это совершенно точно. Страшные легенды о возможностях тайной службы как всегда не соответствуют действительности.
Тогда Сараоттэ удостоил девушку пристального взгляда.
- Я чего-то не знаю?
- У тебя еще все впереди. Не буду портить настоящему консерватору радость узнать что-то новое. Барышня Элиза, я спорил вот с этим господином Сараоттэ. А свидетелем был господин Кайренхай, - Эллар Гаорин встал и поклонился благообразному старцу. Элиза, как смогла, повторила его поклон, сохраняя невозмутимое выражение лица.
Господин Кайренхай со своим учеником устроились за соседним столиком. Тут же подошел лично хозяин кормильни с подносом. Ни о чем не спрашивая, переставил чашечки, графинчик и рюмочки с подноса на столик посетителей и вышел.
- Итак, Эллар, как там дела с документом? - меланхолично поинтересовался Сараоттэ, делая еще глоток сливовой настойки с явным отвращением на лице.
- А зачем же ты пьешь, если это, по-твоему, гадость? Только продукт переводишь. Вот же рядом твое любимое энолисское вино. Возьмите документ, господин Кайренхай. Я напоил посла и сделал точную копию.
- Я не пью, а дегустирую и пытаюсь создать в уме психологический портрет человека, которому нравится пить этот терпко-кислый самогон... Так Эллар скопировал нужный документ, господин Кайренхай?
- Не знаю, нужный или нет, но тот самый, который ты имел в виду, Раотар. Возьми, проверь.
- И этот самый пересказ болтовни столичной куртизанки ты посчитал самым ценным документом? Сдаешь, Раотар. А ты знаешь, что в кошеле у этого разнесчастного посла был еще и точный топографический план Нархасского перевала и точный план города Нархасса с обозначением всех линий обороны Империи?
Раотар Сараоттэ в воцарившейся тишине прочитал переданный ему документ.
- Так ты еще и читаешь по содзоварски, Эллар?
- Так, немного.
- Не прибедняйся. В письме не одной описки Я не знал. И когда ты только успел выучить? Надеюсь, план с линиями имперской обороны не дойдет до содзоварского правительства?
- Не дойдет. Кэнир изобрел способ размывать чернила на бумаге еще в детстве. До правительства дойдет документ с сильно размытым изображением и частично попорченной бумагой.
- Повезло тебе с братом. Не дождусь момента, когда смогу поговорить с этим многообещающим молодым человеком, - вмешался господин Кайренхай. - Я не понял, зачем Содзовару план западного Нархасса?
- Вот и я теперь постоянно думаю, зачем? - ответил господин первый маршал и залпом выпил рюмку сливовой настойки. - Содзовар всегда нападал с востока. Укрепления Тагомарского перевала проверяются дважды в год. В самом Тагомаре Империя держит полный комплект боевых магов. С другой стороны, даже если вражеская армия преодолеет Нархасский перевал на западе, вся долина за перевалом находится под прицелом пушек города Нархасса. Долину миновать невозможно. За минувшее столетие никто и не пытался, - Гаорин поставил рюмку на столик и, снова откинувшись на спинку стула с подушечкой на стыке граней, задумчиво с легкой грустью посмотрел на Сараоттэ. - И тут ты интересуешься письмом с болтовней дрянной куртизанки, связанной с высшим слоем столицы. Болтовней о том, что для захвата Империи с запада потребуется сильный маг. Нет, господин Кайренхай, от пушек города Нархасса не спасет никакой маг. Они пристреляны.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
