том, как получить деньги за сдачу убийцы по кличке Сивый? Да, я решил, что сдам его. Осталось только подумать — где же найти честного мента, который не опрокинет меня с наградой? И чтобы не выдал меня, если вдруг будут спрашивать о загадочном информаторе.
Ну что же, выходило так, что я мог позвонить только одному человеку. Комолов Макар Степанович, следователь по моему делу. Он был добр ко мне, справедлив. Даже мягок отчасти. Вел дело, пока не передали другому следаку.
И был добр не потому, что играл в хорошего человека. Не для того, чтобы я ему всё рассказал, а потому, что не позволил черствости оцинковать его душу. Даже среди преступников, среди пьяниц и наркоманов, он не сделал выбор в сторону темной стороны. Он остался на светлой и поэтому до сорока лет не продвинулся по службе.
Мне порой казалось, что он и не хотел высовываться излишне, потому что в таком случае будет больше ответственности. А где большая ответственность, там большие деньги. А где большие деньги, там очень много грязи.
Ну что же, своей прошлой жизнью Комолов заслужил награду. Если он поймает Сивого, то станет героем, может быть даже получит заслуженное повышение. Но по любому плюшек каких-нибудь огребет точно.
Я отошел подальше от палатки, устроился на скамейке и набрал телефон отделения, где работал следователь. Найти телефон части не представлялось проблемой, если знать адрес и уметь делать в поисковой строке нужный запрос.
Так, если я помню Комолова уже в возрасте, то сейчас ему около тридцати? Двадцать восемь с копейками…
Ну что же, неплохой подарок для справедливого следака. Пусть получит подгон босяцкий.
— Дежурная часть, капитан Сергиенко слушает, — через несколько гудков ответил усталый голос.
Они всегда там усталые. Усталость начинается в тот момент, когда ещё только пишешь заявление о приеме на работу в полицию. После этого хроническая усталость только развивается в геометрической прогрессии.
— Добрый день, — вежливо поздоровался и спросил. — А следователя Комолова могу услышать?
— Да, переключаю, — ответил голос.
После этого раздался шорох, молчание и снова гудки. На третьем гудке я услышал знакомый голос:
— Следователь Комолов слушает.
— Добрый день! Скажите, а награда за голову Сивого ещё в силе? — начал я издалека.
— Чего? — переспросил Комолов.
— Я спрашиваю — награда за голову Сивого ещё в силе?
— За саму башку отдельно от тела? — в голове следователя сквозила издевка.
— Вообще-то я могу и трубку положить, — буркнул я в ответ.
— Молодой человек, если вы звоните потому, что вам не с кем поговорить, то телефон доверия совсем другой. Если же вы в самом деле видели преступника, которого разыскивают, то я вас слушаю. Однако, предупреждаю, если вы вздумали пошутить и хотите направить отряд полиции на своего соседа, потому что его собака наделала вам кучу под дверью…
— Да нет, я в самом деле хочу вам открыть местоположение Сивого. Я знаю, где он в данный момент находится.
— И откуда же информация? — посерьезнел следователь.
— Я подрабатывал доставщиком еды и привез на его квартиру пиццу. Это точно он. Я видел репортаж и узнал его.
— Да? Но я всё-таки должен предупредить, что за ложный вызов положен штраф, — проговорил всё ещё сомневающийся следователь.
— Вообще-то я могу и другому следователю позвонить, более сговорчивому, — буркнул я в ответ.
— Ладно-ладно, слушаю. Куда подъехать?
— Ну вот, это уже другой разговор, — улыбнулся я. — Записывайте адрес. Я буду стоять рядом — это лучшее подтверждение моим словам.
Через пятнадцать минут возле нужного дома оказалось не меньше десятка крепких людей в обычной одежде. По уверенным движениям, быстрым взглядам и слегка мешковатым курткам, которые прекрасно шифровали спрятанное оружие, я определил опергруппу.
Зазвонил мой телефон. Я увидел, что это пытается дозвониться следователь.
— Да, слушаю, — ответил я.
— Вы точно назвали адрес, молодой человек? — спросил следователь, озираясь по сторонам.
Я видел его. Видел, что он таким образом пытается определить того, кто звонил. Ну что же, мне скрываться нечего, я даже наоборот — поднял телефон над головой, глядя на него.
— Абсолютно точно — зуб даю!
После этого звонок пропал. Следователь убедился в моих словах.
Десять человек рассредоточились по территории. Они словно были незнакомы, но я видел, что все они оценивали опасность и стояли так, чтобы в случае побега успешно нейтрализовать Сивого.
Вообще-то я думал, что приедут пара автобусов ОМОНа, всякие-разные полицейские машины, а тут… Всего-навсего десять человек, которые изображали уличных зевак.
Да уж, это только в кино после звонка прилетают полицейские машины, моргая мигалками, выскакивают комиссары с громкоговорителями и пистолетами. Только в кино следуют переговоры, а потом триумфальное пленение. А сейчас…
Ну да, я понимал, что мой телефонный звонок просто отрабатывался. Что не было официального утверждения, не было опознания, не было многих юридических тонкостей, без которых полицейские машины не вылетают из гаражей, завывая сиренами. Была всего лишь обработка телефонной информации.
Возможно, это даже был ложный вызов. Что же, на ложный вызов всю полицию Москвы дергать? Так никаких полиций не напасешься. Нет просто столько народа, чтобы по каждому звонку выскакивать и лететь сломя голову.
Двое мужчин в обычной форме зашли в подъезд. Один из них был следователь, вот другого я не видел ни разу.
Как только они скрылись за пошарпанной дверью, сразу же оставшиеся мужчины навострились. Они превратились в комки нервов, готовые в любой момент выхватить оружие из расстёгнутых курток.
Секунды потянулись жевательной резинкой. Ещё и дождик припустил сильнее, словно тоже заинтересовался разворачивающейся драмой.
Вскоре раздался хлопок выстрела, затем крик и…
Окно на втором этаже вылетело, вынесенное фигурой. Сивый попытался скрыться через окно. Он плюхнулся на кусты шиповника и захрустел ветками, как ломящийся по лесу лось.
— Лежать, сука! Лежать! Руки, блять! Выставь руки, чтобы мы их видели!
К нему тут же подскочили двое. Пистолеты уткнулись прямо в изрезанное осколками лицо. Ещё трое бежали к нему.
Сивый ворочался, пытаясь выбраться из кустов.
— Стоять, блять! Стоять! Не дергайся!
Сивый заревел, как раненный медведь и попытался отпрыгнуть. Тут же получил пару ударов по печени. Ещё и руки заломали, защелкнув наручники на кистях. Вернее, на одной кисти. Другую никак не удавалось завести за спину.
— Это он! — выкрикнул Комолов, показавшись в проеме окна. — Не дайте ему уйти!
— А-а-а! Гандоны! Пидарасы! Идите на хуй, суки ебаные! — орал Сивый, пытаясь стряхнуть повисших на нем оперов.
В какой-то момент ему это удалось. Крепкие ребята разлетелись от его неожиданного разворота, как кегли от шара в боулинге.
Сивый рванул через кусты прочь. И ему может быть и удалось бы добежать до ближайшего опера, но в этот момент из окна вылетел
