из района южной оконечности Норейских гор.
— Через какое время после диверсии?
Женщина беспокойно переплела пальцы.
— Через сутки.
— Они успели оказаться так далеко всего за сутки? — нахмурился я. — Напомни-ка мне, возле вашей базы есть хотя бы один стационарный телепорт?
— Нет, мы пользуемся своими. А до ближайшего имперского три дня пути.
— Так. А что на дорогах?
— Мои люди обошли все близлежащие тракты, деревни и постоялые дворы — никто не видел, чтобы в то время поблизости шли вооруженные отряды или караваны под усиленной охраной. Из числа тех, что показались нам подозрительными, груз был доставлен в ближайшие города в целости, и в нем не нашлось ничего крамольного. Сам же маячок успел подать сигнал всего дважды — сразу после похищения, в точке, расположенной шагах в ста севернее от базы. И потом дал о себе знать только через сутки. Потом сигнал исчез. Но предел дальности наших артефактов вполне укладывается в это расстояние, поэтому я и решила, что нападавшим был известен принцип их работы, и для отхода они воспользовались захваченными телепортами.
— И никто не видел нападавших?
— Они не оставили свидетелей, — качнула головой Луара. — База не просто разграблена — ее разрушили и сожгли подчистую. Оборудование испорчено. Персонал убит, тела разрублены на части и сожжены. Но число черепов в точности соответствует количеству работавших. Никто из них не пропал. Тел чужаков мы тоже не нашли. Зато почти весь товар был вывезен, включая переговорники и экспериментальные телепорты.
— Тогда участие ИСБ в этом деле менее вероятно, они бы предпочли взять «языка», — снова задумался я. — Может, кто-то из конкурентов?
— Пока с этой стороны тихо.
— А сама-то что думаешь? Есть вероятность, что в мир пришла новая сила?
— Все конкуренты нам известны, и ни у кого не хватило бы наглости нас ограбить. А если приходит кто-то новый, то слухи все равно ходят, — неестественно ровно отозвалась дочь Лемана. — Но прошло больше двух недель. Артефакты так нигде и не всплыли. На рынках тоже ничего нового не слышно. Осведомители упорно молчат, так что если тут и замешаны чужаки, то они соблюдают осторожность. А если это все-таки ИСБ, то у них какие-то странные методы борьбы с преступностью. Всего одна база, никаких обысков и арестов… для них это нетипично. Да и убивать наших людей им ни к чему — тюремные палачи работают гораздо эффективнее походных, а из магов и колдунов можно было вытянуть массу полезной информации.
— Хорошо, — кивнул я, поднимаясь из кресла. — Дай мне координаты, я проверю сам. Нардис, как насчет ночной прогулки?
— Всегда за, — глухо отозвался из-под капюшона парень, старавшийся во время беседы находиться от леди как можно дальше.
— В таком случае не прощаемся, Лу. Отец пускай не спешит. Думаю, через день-другой увидимся.
* * *
С перемещением особых проблем не возникло. Координаты Лу нам дала, индивидуальный портал и телепортационный маячок Нардиса тоже, но поскольку совсем уж точно с моими отметками на карте координаты не совпали, то нам пришлось слегка пробежаться по лесу. Около трех часов мы с Нардисом провели в пути, и за это время парень несказанно меня порадовал. Со мной держался наравне, почти не отставал, передышек не просил, на солнце не ныл, да и вообще перенес долгий и утомительный путь на удивление неплохо.
— Вот теперь из тебя получился достойный компаньон, — заметил я, когда мы все же остановились и Нардис щедро глотнул из фляги. — Как самочувствие? Устал? Вспотел?
Нардис, завинтив крышку, мотнул головой.
— Оголодал малость. А так — даже ноги не болят. И дыхалка тоже в порядке.
— Очень хорошо. Но дальше пойдем пешком, а то на такой скорости велик риск промахнуться.
Он потянул носом.
— Вроде бы гарью тянет.
— Откуда? — удивился я. — Две недели же после пожара прошли.
— А пепел в воздухе все еще чувствуется, так что я, кажется, знаю направление. К утру как раз дотопаем.
Ну к утру так к утру. Мое обоняние, увы, оставляло желать лучшего, так что пришлось поверить парню на слово. Однако Нардис и на этот раз оказался на высоте, так что примерно за час до рассвета мы наткнулись на две наезженных колеи и по ним благополучно вышли к нужному месту.
Пепелище оказалось огромным. Целый участок леса был выкорчеван и выжжен подчистую. В центре, насколько я мог судить, когда-то стояли деревянные дома и сараи. Снаружи все их обнесли крепким тыном, от которого сейчас остались одни угольки. Человеческих тел нигде не было видно, а вот на два полуобглоданных лошадиных скелета у самого леса мы все-таки наткнулись.
— Что за зверь? — нахмурился Нардис, присев возле трупа. — На черепушке такая дыра, словно бедолагу бревном ударили. Тут что, великаны порезвились?
Я оглядел вторую лошадь, но повреждения и впрямь были нетипичными — бедную животину не застрелили, не проткнули копьем… ее ребра были буквально перемолоты в кашу. Да и кости ног явно носили следы прижизненных повреждений, как если бы конягу кто-то подбросил воздух, а потом она и брякнулась вниз, переломав не только ноги, но и шею.
Следов от мелкого лесного зверья тоже было вдосталь, тут явно успели побродить и крысы, и мыши, и даже лесной кот. А вот присутствия крупных хищников я отчего-то не приметил.
— Странно, — пробормотал Нардис, оставив в покое трупы. — Следов зубов очень мало, да и кости почти не растащены.
— Да, на мертвечину позарилась одна мелкота. А где бьерны? Они вроде не брезгуют падалью. А волки? Да хотя бы лисы!
— Вот и я о том же, — согласился компаньон, и мы на пару с ним вошли на разоренную базу. — Интересно, кто же это сумел настолько запугать все окрестное зверье, что они даже не подошли к телам?
Впечатления от базы у меня тоже остались неоднозначными.
Определенно, на людей Луары напали, пожар тоже вряд ли возник сам по себе, однако на останках тына, на обгоревших стенах, балках и вообще нигде не было следов стрельбы. И ни в одной деревяшке не торчали ни арбалетные болты, ни стрелы.
— Совсем странно, — буркнул себе под нос Нардис. — Люди здесь что, не оборонялись?
— Может, их срубило магией? — предположил я. — К примеру, усыпили, парализовали… За время твоего
