– Здравствуйте, Татьяна Александровна, – отозвалась тетушка Иннокентия. – Степан, жди меня здесь, – приказала она.
Мужчина молча кивнул.
– Идемте, – повернулась она ко мне.
Мы вошли в подъезд. Консьержка – женщина пенсионного возраста – сидела за столом и вязала что-то пестрое.
Мы поднялись на лифте, Безрассчетнова открыла входную дверь и прошла вперед. Я последовала за ней и оказалась в большом холле. Прямо по центру стоял журнальный столик, а по обе стороны от него – глубокие кресла. На темном паркете рядом со столиком лежал светлый ковер небольшого размера. Одну стену в холле занимал встроенный шкаф, а напротив него – невысокий комод.
Безрассчетнова повернула направо, я прошла вслед за ней в просторную гостиную. В центре стоял большой обеденный стол с задвинутыми под столешницу стульями. Одну стену полностью занимал шкаф с инкрустированными дверцами. Чуть поодаль находился широкий угловой диван, а перед ним небольшой столик. Естественно, вся мебель как в холле, так и в гостиной была из натурального дерева.
– Можно мне осмотреть спальню, Елизавета Максимовна? – спросила я Безрассчетнову.
– Да, конечно, проходите, – последовал ответ.
Спальня по размерам была примерно такой же, как и гостиная. Это меня несколько удивило, ведь, как правило, в двухкомнатных квартирах одна из комнат больше. Еще необычным здесь было то, что одну стену занимал большой шерстяной ковер, несомненно, ручной работы. Но вот висел он не у изголовья большой двуспальной кровати, как это положено, а напротив нее. Рядом с кроватью находилась тумбочка с большой, антикварного вида лампой под абажуром. В углу комнаты стоял компьютер на письменном столе, а рядом с ним – сейф.
Я подошла к той стене, где висел ковер.
– Елизавета Максимовна, скажите, это двухкомнатная квартира?
Безрассчетнова недоуменно посмотрела на меня.
– Ну да, конечно. Здесь только две комнаты. Разумеется, для человека такого ранга, как Кеша, это очень скромная квартира. Но он и не собирался здесь обосновываться. Эту квартиру он рассматривал только как временное жилье. Просто ему надо было побыстрее уехать от этой развратницы, своей жены. Какой позор! Найти любовника, который годится ей в сыновья!
«Нет, не любовника, а любовницу, уважаемая Елизавета Максимовна, – подумала я. – Интересно, что бы она подумала, если бы узнала про Анастасию?»
Однако меня все сильнее интересовал ковер на стене, точнее, то, что было спрятано за ним. Я была уверена, что повесили его на стену неспроста.
Я как бы невзначай подошла к этой стене и легонько провела ладонью по ковру. Так и есть, мои пальцы нащупали небольшую выпуклость.
– Елизавета Максимовна, мне необходимо осмотреть компьютер Иннокентия Алексеевича. Там могут содержаться документы, которые дадут зацепку к раскрытию этого преступления, – объяснила я.
– Смотрите, конечно, если для вас это важно. – Безрассчетнова пожала плечами.
– Только это может занять определенное время, – предупредила я.
– Да? А сколько? – спросила она. – Я вообще-то рассчитывала зайти к своей приятельнице. Уже давно запланировала.
«Да, траур трауром, а визиты у Елизаветы Максимовны по расписанию», – подумала я.
– Она тут недалеко живет, – продолжила тетушка Иннокентия. – Часа вам хватит? – спросила Безрассчетнова.
– Думаю, что да, хватит, – ответила я.
На самом деле компьютер интересовал меня постольку-поскольку. Основное, для чего мне необходимо было спровадить Безрассчетнову и остаться одной в квартире, это прояснить, что же находится за ковром в спальне.
– Тогда я сейчас отправлюсь к своей подруге, а через час приду, – сказала Елизавета Максимовна.
– Хорошо, давайте так и сделаем, – согласилась я.
Тетушка Иннокентия Джембровского вышла из квартиры, а я тут же отвернула край ковра и обнаружила за ним дверь. Значит, квартира Иннокентия Джембровского не двухкомнатная, а трехкомнатная. Но зачем ему понадобилось скрывать комнату?
Дверь была, разумеется, без ручки, иначе она выделялась бы под ковром.
Я осмотрела замочную скважину. Наверное, ключ, когда его вставляли и поворачивали в скважине, выполнял также и роль ручки.
Посмотрим. Я вытащила свои отмычки и вставила одну из них в отверстие. Провернув пару раз, я потянула дверь на себя, и она открылась. Я вошла внутрь комнаты и от удивления чуть не присвистнула.
То, что я увидела, определенно предназначалось для проведения сессий БДСМ. В просторной комнате, пол которой был покрыт ковром с коротким ворсом, прямо на ее середине стояло ложе, напоминавшее диван. Только, в отличие от дивана, это ложе, обтянутое черной кожей, было круглой формы. По этому кругу шли восемь больших колец, выполненных из металла с прикрепленными к ним цепями.
У меня мелькнула мысль, что диаметр этого ложа позволял разложить на нем человека примерно моего роста. Эти цепи, они что же, для приковывания?
Мне стало как-то не по себе, и я перевела взгляд на потолок, но лучше бы я этого не делала. Потому что в одном из углов прямо к потолку были прикреплены штанги, их было несколько. Они однозначно предназначались для подвешиваний. Ну да, сначала любителей этого вида досуга связывают определенным образом, отсюда – первая буква общего названия – Бондаж. Затем связанных подвешивают.
Я посмотрела налево и увидела нечто, напоминающее небольшую лестницу с двумя-тремя ступеньками, причем ее «ступени» тоже, как и ложе, были обтянуты кожей. Рядом находился шкаф со стеклянными дверцами. На полках лежали плетки, кажется, они называются флоггеры, стеки, еще какие-то приспособления.
Однако! Супруги Джембровские друг друга стоят. Светлана, похоже, совершила камин-аут, заведя отношения со своим тренером Анастасией Проскурниковой. А ее мужу, видимо, по вкусу пришелся БДСМ.
Я вышла из секретной комнаты и подошла к компьютеру. Сев за стол, я включила компьютер и стала ждать, пока он загрузится. Однако время шло, а компьютер почему-то не хотел загружаться. Неисправен он, что ли? Похоже на то. К тому же, скорее всего, им давно не пользовались, потому что экран покрылся заметным слоем пыли.
Я отключила его от сети. В конце концов, вряд ли Джембровский хранил в компьютере что-то важное. К тому же подбирать пароль – дело весьма муторное. Вряд ли за час, отведенный мне Безрассчетновой, я бы справилась с поиском пароля.
Я покинула спальню и вышла в холл. Можно было спуститься и поговорить с консьержкой, пока Елизавета Максимовна находится
