— Бель, ты растешь…
— Если б Нара так росла, — пожаловалась я.
— А она и растет. Шторм за ней следит. Кстати, ты заметила, как им нравится гоняться за рыбой?
Еще бы не заметила. Судя по возне и рычанью, на рыбалке моя драконица проявляла едва ли не больше энтузиазма, чем мы с Ти вместе взятые.
— А у тебя какого максимального размера сеть?
Ти сосредоточился.
— Только немного больше твоей. Кстати, ты обратила внимание на скопление людей впереди? Мы там проплывем к вечеру. Деревня, что ль, какая? Если причалим, хорошо б коней прогулять, а то они застоялись.
Мы вернулись к теме урока. Раскинув сеть, маг выделял интересующую его область. И одним ментальным усилием вешал над каждым объектом, на который собирался воздействовать, сферу, связанную с центральной, управляющей. После этого достаточно было задать на управляющей сфере вид воздействия — и готово! — толпа кидается в ближайший трактир утолять внезапную жажду. Или укладывается спать прямо там, где кто стоял.
Я стала тренироваться на матросах — выделять группы объектов и задавать разные воздействия. Ти следил за уроком. До реализации приказов я не доводила — не хотелось заставлять людей спать стоя, пугаться неведомо чего или есть обед по третьему разу.
* * *
Ближе к вечеру мы с Ти стояли у борта и ждали, когда покажется замеченная нами деревня.
— Ёпрст! — изящно выразился эльф на неизвестном языке, когда вместо ожидаемого косогора с белыми домиками мы увидели, как из раздвинувшихся желтых прошлогодних камышей высунулись носы дюжины лодок. И рванули к нам. В них, вопя и размахивая саблями и тесаками, сидели и стояли недружелюбного вида заросшие мужики. Гребцы лодок наяривали изо всех сил. При такой скорости легкие суденышки должны были нагнать «Тихую зыбь» минут за десять.
Тиану обернулся ко мне и поднял бровь.
— Бель, тебе нужна была группа подопытных кроликов для экспериментов — вот, пожалуйста! Нагони-ка на них страху!
Я сосредоточилась. Раскидываю сеть… Отмечаю желтые огоньки, соответствующие лодкам… Теперь сферы, точки воздействия на контрольной… Поехали!
Хлопая глазами, я с изумлением смотрела, как мужики в лодках стали сгибаться пополам, хвататься за животы и странно корчиться. Некоторые зачем-то пытались расстегнуть штаны — клянусь, я ничего такого не хотела! Другие попадали за борт.
Тиану расширенными от изумления глазами смотрел на представление, а потом тоже схватился за живот и пополз вниз по борту. А с ним-то что?
— Ти?
— Бель, — проквакал эльф с перекошенным лицом, — займись лодками и оружием. А я пороюсь у них в головах — настрою на мирный лад.
Быстро превратив лодки в труху и все металлическое — от тесаков до пряжек на поясах — в ржавчину, я смотрела, как горе-пираты, теряя штаны, по-лягушачьи гребут назад и скрываются в камышах.
Удивительно, но все произошло так быстро, что команда даже не успела испугаться. Моряки, пожимая плечами и обсуждая странный случай, вернулись к делам. А я поволокла Ти вниз, в каюту, пытать.
— Ти! Что это было?
— Бель… Ой, Бель! Как ты этого добилась?
— Добилась чего? Ти? Кончай ржать, объясни!
— Чего? Им всем, совершенно внезапно и абсолютно неудержимо, приспичило в туалет!
Я захохотала вместе с Ти. Интересно, мне удастся повторить такую штуку с Регентским Советом?
Глава шестая
Сильная женщина — это женщина, знающая,
что ее слабости — такая сила,
которой невозможно противостоять.
Ф. Саган
В середине следующего дня мы прибыли в Кариссу и расстались с «Тихой зыбью» — Мотя и кок махали руками, грустно смотря нам вслед. Мы помахали в ответ — может, еще свидимся?
Карисса была скорее перевалочным пунктом на торговом пути, чем настоящим городом. Половина строений тут были складскими помещениями. Сюда привозили мешки с выращенными на юге бобами и рисом, привезенными издалека плодами шоколадного дерева и тщательно упакованными в бумагу и заклинания южными фруктами, сотканные на юго-западе яркие ткани и сделанную там посуду из стекла и хрупкого фарфора. Потом всё это корабли перевозили на восточный берег Тихого озера, откуда начинались торговые пути к центру Империи, или везли вниз по Найре — на север, до самого Северного моря. Обратно везли рожь и овес, шерсть и меха, мёд и глиняную утварь. Обогнуть Тихое озеро по суше было намного труднее — вокруг на лиги и лиги простирались болота, а в еще неосвоенных лесах жили древние опасные твари, нападавшие на людей.
Так что сейчас, шагая по мосткам пристани и ведя в поводу коней с навьюченной поклажей, мы разглядывали несколько стоящих у причалов разномастных судов со спущенными сходнями, по которым, как муравьи, с мешками на спинах бегали грузчики.
Само поселение было деревянным — глины для кирпичей или камня в округе не водилось, а доставкой того, что не может принести прибыль, купцы не заморачивались. Даже тротуары были из дерева — Тиану показал на красноватые спилы, объяснив, что это — местный вид осины, которая, как и всякая осина, не гниет в воде.
Мы решили задержаться в Кариссе до завтра — закупить поистраченные припасы и фураж, послушать, о чем говорят местные жители — уважение к слухам как источнику информации привил нам Арден, и, наконец, переночевать в гостинице и вымыться. О последнем я мечтала больше всего — рыбная ловля в одежде чище не делала, как, впрочем, и ополаскивание в тесной каюте в крошечном медном тазике.
За пару серебряных монет мы договорились оставить Сивку и Бурку в большой леваде с яркой весенней травкой, слуги в нашем присутствии натаскали им под навес в углу загона свежего сена, насыпали овса, принесли ведра со свежей водой. А мы наложили на наш транспорт заклинания от угона. Кони, хотя и не смотрелись породистыми скакунами, выглядели весёлыми и ухоженными и могли привлечь чей-то нездоровый интерес. Нездоровый, потому что проявив его к нашему имуществу, здоровее точно не станешь — так долбанёт молнией, что мало не покажется.
На прощанье меня понесло к озеру — взглянуть напоследок на этот синий простор. Но интересным оказался и берег — вдоль него, насколько хватало глаза, тянулись навесы, под которыми разделывали, сушили, вялили, коптили и солили рыбу. Разнокалиберные тушки висели на низках, как сохнущее белье — я никогда еще такого не видела. Ти сориентировался быстро, подошел к какому-то мужику и вернулся с парой кульков в руках, из которых торчали золотистые хвостики.
— Попробуй, это местное лакомство, подкопченная пряная кайрюшка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
