Кселай совершенно не разбирался в музыке, ведь считал её чем-то чувственным и неподдающейся логичному объяснению. Я же поведал ему, что в музыке на самом деле очень много математики. Ноты взяты не в произвольном порядке, а каждый последующий полутон отличается от предыдущего по определённым соотношениям, гармонии представляют из себя чёткие частотные соответствия, а ритмический рисунок строится путём деления длительности нот напополам и соединения в различных сочетания для создания контролируемого хаоса. После моих разъяснений Кселай начал по-другому воспринимать музыку. Он даже пытался послушать разные группы, но все популярные или известные ему казались настолько простыми, что он это не считал музыкой вовсе. Мне с моим музыкальным образованием тоже не особо нравились мелодии, что были очень распространены, но я считал, что музыка дана всем, и пусть каждый наслаждается тем, что ему нравится. И всё же, однажды Кселай по моей наводке нашёл то, что ему понравилось. Это были представители тяжёлой музыки, активно использовавшие в своём творчестве перегруженные электрогитары, мощные ударные и синтезаторы электрических сигналов, создающие искусственный смодублированный звук. Во многих мирах такой стиль музыки называют металом, хотя тут больше подошло бы электричество. Но пути человеческих ассоциаций нам не понять. В общем, так я открыл для Кселая мир сверхтяжёлой музыки.
Однажды Кселай пригласил меня на экскурсию в компанию Зеура, чтобы показать, чем занимается его отец, и чем вскоре будет заниматься и он сам. Хоть благодаря своему развитому мышлению что-то я мог понять в объяснениях того, что и для чего тут разрабатывается и производится, всё же из-за недостатка технических знаний большинство я воспринял только примерно, на подобии, что это усилит разум мага, а это защитит человека от вредоносного колдовства. Было очень интересно. На выходе Фаррий подарил мне особый антрогано́метр, который был разработан совершенно недавно на основе последних достижений в области изучения измерений, так что, если вдруг я перемещусь в какой-нибудь мир, он автоматически подстроит свои показания под местные обстоятельства, и я смогу узнать, какая длинна суток на этой планете, сколько в данный момент часов и насколько медленнее течёт там время. Более того, сам прибор выглядел довольно стильно и носился на запястье, так что был ещё и украшением. Как мне объяснили, его заряда должно хавать на пару лет, но более того, он автоматически заряжается от движения, поглощения тепла моего тела и даже лучей света, так что теоретически он никогда не должен разрядиться. Вот уж подарок, так подарок.
Временами я думал о том, с кем из девушек хотел бы познакомиться, представлял, какая должна быть невеста моей мечты. Разумеется, это должна была бы быть сариномка. Было бы славно, если бы она тоже была творческой личностью, например, художницей, чтобы у нас было максимальное взаимопонимание. Ещё я представлял её примерные черты лица, манеры и т.д. Кселаю же все эти мысли о девушках или других подобных вещах были не то, что не интересны, но даже, как будто, противны. Он был словно робот, который просто следовал инструкции своей жизни, какую он сам себе и выстроил. Он планировал развиваться как изобретатель и всё остальное для него как будто не существовало. И не смотря на наши различающиеся взгляды на жизнь, мы продолжали быть отличными друзьями. Однажды, когда мы стояли в коридоре и рассуждали о различных безумных теориях, которые любят высказывать людские философы, к нам подошёл Тар – один из знаменитых спортсменов нашей школы, вместе со своей свитой и попытался как-то нас оскорбить. Но Кселай продолжал свою мысль, словно никто к нам и не подходил. Это разозлило Тара и он попытался схватить Кселая за плечо, чтобы повернуть его к себе, но Кселай в этот момент сделал интересный жест, очень походящий под наш разговор, как будто он старался не увернуться от недотёпы, а всё было естественно. Это ещё больше взбесило Тара, так что он уже попытался ударить Кселая, но мой друг схватил его руку на лету и скрутил его так, что тот даже не успел понять, что произошло. Вся его компания очень удивилась такому повороту, но что-либо делать не решалась из-за того, что никто не ожидал подобного. Тогда Кселай всё же уделил Тару мгновение своего внимания:
- Я очень старался уберечь тебя от этого позора, в надежде, что ты сам поймёшь и свалишь отсюда, но, видимо, в твоей тупой башке слишком мало извилин даже для человека, поэтому мне придётся сказать это вслух: уходи. Ещё хоть раз ты даже подумаешь о том, чтобы приблизиться к нам, и я переломаю тебе все конечности до того, как ты успеешь почувствовать боль.
После этого Кселай отпустил его, и тот, с ненавистным взглядом и бормоча себе под нос какие-то угрозы удалился вместе со своей свитой. Кселай же продолжил разговор, как ни в чём не бывало.
Когда Кселай пришёл домой, его отец сказал ему:
- Сегодня мне прислали сообщение из твоей школы. Просили завтра явиться вместе с тобой к айка́рию[1]. Что случилось?
На это Кселай вкратце пересказал о том происшествии. Отец с пониманием отнёсся к своему сыну и заверил его, что тот всё сделал правильно. Но попросил в следующий раз, по возможности, вообще уйти от подобных инцидентов, если они вдруг возникнут. Кселай пообещал, что именно так и поступит. Когда они прибыли в школу, то айкарий, как оказывается, пригласил ещё и отца Тара. Тот с порога начал возмущаться и кричать, на что айкарий попросил его успокоиться. В ходе этого разговора отцу Кселая несколько раз намекали, что родители Тара вложили в школу много средств, поэтому все надеются, что они позволят ему и дальше учиться тут, а для этого нужно «вести себя уравновешенно». Фаррий всё внимательно выслушал и спокойно, но при этом прямо отвечал айкарию, что насколько бы «важен» не был вклад этих людей в жизнь школы, он не намерен попустительствовать тому, чтобы кто попало угрожал его сыну. После этого отец Тара вновь поднял крик, утверждая, якобы Кселай первый начал. На что Кселай порекомендовал опросить свидетелей происшествия – учеников, которые в то же время находились в коридоре. После этого Тар немного потерял свою уверенность, и, заметив это, его отец поинтересовался, правда ли это. Но тот начал обманывать, якобы всё было иначе. Галозаписей этого инцидента, конечно же, не было, ведь Тар специально решил поунижать сариномов именно в том месте, где не было датчиков. Поэтому, чтобы не вызывать ещё больше споров, айкарий решил обойтись устным выговором Кселаю и рекомендацией,
