не обращая внимания на замечание, спросил одинокий путник.
— За нашего босса, сурков и вино! — произнес первый, протягивая кружки с неопределенной жидкостью.
— Я не знаю вашего босса и не знаю, что такое сурки. Но за вино готов выпить! — как можно дружелюбнее проговорил Бил и взял кружку.
— И так сойдёт, — сказал второй, поднимая свою кружку.
И все трое выпили.
— А есть что закусить? — чуть поморщившись от крепости напитка, спросил Бил.
— Мясо, но оно еще горячее. Поройся вон в той сумке, авось, что и найдешь, — задумчиво и меланхолично проговорил первый, снимая ветку с горячим мясом, и указывая на сумку своего босса.
Бил долго не думал, быстро рванув к сумке, открыл её и быстро осмотрел.
В полутьме сложно было различить, что именно там было. Однако головку сыра и сухари он заметил. Быстро отломав кусочек, он отправил его в рот. После чего, наконец, смог нормально дышать.
Бывший стражник сам не ожидал того, как превратившись в одинокого путника, встретит весьма интересную компанию. Как и не ожидал того, что подружится с людьми, максимально отдаленными от его родных мест.
17
— Вы бы кому доверили деньги — церкви или борделям?
— Борделям!
— Почему?
— У них я хотя бы получу после этого удовольствие, а не чувство, что я говно.
/из диалога в квартале красных простыней
Эрик заснул после празднования дня рождения прямо в одежде. Лола хотела вначале его раздеть и положить на кровать. Но в итоге, её сил хватило лишь на то, чтобы положить его на кровать.
Какое-то время она думала, чем именно себя занять, так как спать ей совершенно не хотелось.
Попробовав все же уснуть, она долго лежала на своей кровати.
Но, пересчитав всех овец, которых она только смогла представить, все же не смогла уйти в царствие Морфея.
Потому, приведя себя в порядок в силу своих возможностей с учетом полной темноты в доме, она пошла погулять.
Вначале девушка хотела было пойти в самый знаменитый ночной квартал, в котором после заката вывешивали красные простыни и полотенца через окна и ставили на подоконник свечи, чтобы был лучше виден цвет материала, тем самым показывая, где мужчины могут отдохнуть.
Но, не доходя ворот, Лола передумала.
Ей попался на глаза странный огонёк недалеко от стен города.
Она ведь каждый день и очень часто ночью ходила этим путём и только сегодня заметила этот огонёк. Быстро сообразив, что, видимо, это какие-то приезжие, а значит, скорее всего, только что с дороги, а это, в свою очередь, говорило, что вполне возможно на них можно что-то заработать.
Потому, воодушевившись скорой наживой, она направилась в сторону источника света. И только когда она смогла различить лица, узнала двух из трёх мужчин, что сидели у костра. Один из них был тот самый кучер, благодаря которому у неё с братом получился праздник, хоть и за вполне привычную работу. И этот факт её скорее обрадовал. Ведь значит, он точно рассказал о своём опыте, а потому у неё могли появится еще клиенты.
А вот второй неожиданно для неё самой оказался все тот же стражник Бил. И этот факт испортил все её планы.
Расстроенно плюнув на эту компанию, она развернулась и направилась в квартал красных простыней.
18
— Алкоголь нужно пить в меру.
— Возможно. Но, чума его побери, в меру — не значит мало.
/Норман и Давид в первые свои походы в трактиры
Утром или, скорее, уже днём Давид проснулся от колющей боли в боку. Вначале он думал, что это было просто во сне. Но в момент, когда он безуспешно пытался открыть глаза, боль повторилась и уже гораздо более сильно. Чуть не заорав, все же открыл глаза и понял причину боли.
Над ним стоял стражник и тыкал палкой ему в бок.
— кхм. вы бы не могли бы…акххр…прекратить? — в горле у него полный сушняк и ему сложно было говорить, потому голос был тихий, но стражник услышал.
— Аааа. Ооой. Извините. Конечно, — подпрыгивая, то ли от страха, то ли от удивления и чуть не падая, ответил стражник, — мы думали, тут все мертвы, но нас все равно заставили проверять, видимо, не зря. А то бы отправили вас в общую могилу с черными. Сожгли бы заживо… В общем, это вы вовремя очнулись. Встать сможете?
— Да… Думаю смогу. С черными? Это вы про нищих? — чуть проверяя свои силы, и как слушаются ноги, Давид потихоньку встал. Голова пошла кругом и так жутко заболела, что он едва устоял на ногах. Ему стало любопытно, почему стража называет нищих черными. Как будто он не знает какую-то новую шутку или моду. Или тут что-то другое.
— Аа. Вы же только проснулись, не видели, что творится на улице города. У нас тут случился аврал, за последние сутки, увеличилось количество трупов, часть стражников была вызвана со своих выходных, чтобы помогать патрулям избавляться от трупов. Самое противное, что часть этих тел, либо покрыты черными пятнами, либо полностью черны, как будто их уже пытались сжечь. Хех. У нас это выходит все же лучше. Но гулять за городом в южной части не советую. Там сейчас любого выворачивает от запаха. И знаете, что самое странное? Церковь до сих пор не сделала никакого заявления. Лишь прекратила приём трупов для исследований. Может, вам воды? А то вы не очень хорошо выглядите, — стражник так разговорился, что будто он давно хотел с кем-то поделиться, но все не удавалось.
— Да. Стакан воды мне бы не повредил. Видимо, мы вчера немного перебрали? О. Точно. А где мой брат? Вы его не видели? — Давид только сейчас вспомнил про вчерашний вечер и своего брата. Но чем закончился вечер, он не помнил. И только после этого, оглядевшись, понял, что он не дома, —..Ик! И будьте добры, скажите где мы, а то я, похоже, заразился привычкой брата просыпаться вне стен своего дома.
— Ваш брат? Если честно, не знаю вашего брата. Единственное, что могу сказать, живых, кроме вас, я больше не видел. Весь день только с безжизненными тушками, в основном, работаю и общаюсь. Трактирщик жив, он отправился за каким-то новым мясом. Скоро вернется, у него можете спросить. А находитесь вы в трактире "Козёл и свинья", — стражник говорил спокойно, найдя самый приемлемо чистый стакан и вроде как простую воду, протянул её болеющему с похмелья кузнецу.
— Оххх. Хорошо. Думаю, я подожду трактирщика. Все равно
