он преодолел со своими кучерами, он ни разу не слышал их смех.
Рефлексы на все непривычное заставили его вытащить свои клинки.
Убийство кучеров было в его инструкциях, но сам убийца не планировал делать это прямо у города.
Какая-никакая, но у него была честь. Честь исполнять данное им слово.
Потому он вначале хотел выполнить своё обещание и заплатить им столько, сколько обещал, а потом, когда они отъедут достаточно далеко, перерезать их глотки, чтобы вернуть деньги и не оставить какие-либо следы.
Перейдя на почти беззвучный шаг, Джон стал подкрадываться ближе.
Спустя несколько минут, будучи за деревом, на которое облокотился один из кучеров, убийца, готовый выполнить один из последних пунктов инструкции, прислушался к разговору.
И этот разговор ему не понравился.
В первую очередь, из-за того, что уже весьма пьяные кучера почти полностью разболтали все, о чём знали какому-то незнакомцу, сидевшему с ними у костра.
С одной стороны, уговора молчать обо всем не было.
С другой же, рисковать было нельзя.
Лишь одно настораживало профессионала своего дела.
Он ничего не знал о незнакомце. А значит, просто так убивать его нельзя.
Мысли в голове пронеслись с бешеной скоростью и, наконец, сложились в приемлемый план.
Джон все так же бесшумно обошёл полянку с тем деревом, возле которого сидел незнакомец.
Разговор про мясо и бардов не прекращался, а значит, навыки убийцы сработали как надо.
Так же бесшумно босс болтунов вышел из-за дерева, выпуская два метательных клинка в сторону обоих кучеров.
Один клинок попал первому кучеру прямо в сердце, второй попал в мышцу ноги второму.
Тот взревел, но довольно быстро от боли отключился.
К горлу незнакомца был приставлен нож.
— Кто ты такой? — почти шепотом и очень медленно произнес Джон.
— Путник. Просто путник, который хочет сбежать из этого города, — стараясь держать себя в руках, отозвался Бил.
— На многое ты готов ради того, чтобы сбежать не в могилу? — стараясь как можно яснее намекать, проверяя незнакомца, спросил убийца, чуть сильнее надавив на горло путника.
— Думаю, я еще и сам не знаю, — честно ответил бывший стражник.
— Хорошо. У тебя есть минута добить второго кучера. Не справишься — и в этом лагере станет на два трупа больше вместо одного, — договорив, "мясник из далека" отпустил незнакомца и скрылся в тени, через пару секунд забравшись на ветку дерева возле лагеря.
Внутри бывшего блюстителя закона происходил не шуточный бой между инстинктом самосохранения и принципами, что привила ему служба.
Оглянувшись, он попытался найти субъекта, поставившего ему ультиматум, но тот будто растворился.
Стараясь набраться решимости, Бил подполз к кучеру с раной в ноге.
Кровь аккуратно, словно из святого источника, струилась по его ноге и лилась на землю. Брат по костру по-прежнему был в отключке.
Аккуратно достав клинок из ноги, без недели путник еще раз оглянулся, словно ища поддержки или оправдания своим действиям, но так и не находил их.
— У тебя осталось 20 секунд, — раздался тот самый леденящий голос откуда-то сверху, затем раздался свист, который оборвался ударом клинка в дерево возле головы Била, — следующий полетит в тебя.
Времени на решение моральных и духовных вопросов уже не было.
Один тяжелый — как морально, так и физически — взмах кисти, и клинок, проникая между ребер в сердце второго кучера, сделал из бывшего стражника убийцу.
Новоиспеченный убийца хотел было оглянуться, чтобы увидеть своего учителя, но алкоголь в крови и стресс решили иначе, отправляя его спать.
Лишь на следующий день на него обрушится, словно скала на муравья, вся моральная сторона совершенного поступка. И бедный муравей побежит из родных краев как можно дальше. Сменит привычные леса и поля на холодные горы. Вступит в самую обычную общину собирателей трав.
Но сейчас тушка стражника еще не чувствовала себя маленьким насекомым, а просто спала самым крепким сном.
Джон же, наблюдая всю эту картину, был крайне доволен. Решив, что даже если этот незнакомец и был в ладах с законом, после сделанного вряд ли решится доложить об услышанном стражникам.
Потому спокойно забрав свою вторую сумку с еще одним дорожным пайком, отправился как можно дальше от этого города.
И от тех последствий, которые он создал.
Эта был последний пункт его инструкций.
Исчезнуть.
21
Сколько раз со шлюхами не спи, все равно не хватит без любви.
/Противник квартала красных простыней
Норман проснулся в весьма дурном настроении.
У него болела голова, а рука затекла, будто на ней всю ночь сидел слон.
Открыв глаза и взглянув в сторону руки, заметил, это все же был не слон.
А всего-навсего голова Лолы.
Стараясь, как можно медленнее, младший кузнец вытащил свою руку из-под головы желанной знакомой.
Отмахиваясь от утреннего возбуждения и мыслей о постельной гимнастике, гуляка-таки встал с постели и стал одеваться.
Не смотря на то, что он делал это весьма неуклюже, Лола не просыпалась.
Хотел бы он вспомнить произошедшее вчера вечером, чтобы понять, как его угораздило оказаться в одной постели с этой дамой, да еще и голышом.
Последнее воспоминание, которое он помнил, это было то, как они с братом сидели в таверне.
Мысленно махнув рукой на события вчерашнего вечера, Норман натянул свои штаны и аккуратно стал спускаться вниз.
Лола так и не проснулась.
Уже на улице заметил. Проснулся он явно не утром.
Этот факт привычным взмахом кисти нарисовал на его лице улыбку счастья.
На секунду остановившись, Норман как можно глубже вздохнул и огляделся в поисках опознавательных знаков, где именно он на этот раз проснулся.
Но увидев знакомые переулки, ступени и фасады, его память вызвала образы красных простыней, поясняя где именно он оказался.
Все же этот пейзаж ему был знаком гораздо лучше, чем он того хотел.
Собравшись уже направиться в сторону своего дома, он услышал скрип двери за своей спиной.
С легкой опаской, что это его нагнала Лола, младший брат оглянулся и увидел своего старшего брата.
И этот факт весьма сильно улучшил его настроение.
— Да ладно? Мой старший брат все же решил воспользоваться услугами милых девушек из самого красного квартала города? — явно наслаждаясь фактом и надумывая лишнего, улыбался Норман.
— Даже не надейся. Я просто искал тебя. Фухх… Впрочем, все как обычно, — слегка раздраженно говорил Давид, но все же выдыхая с явным облегчением.
— Разве нам предстоит много работы сегодня, раз ты решил меня искать раньше времени? — немного удивляясь и смотря на небо, произнес младший братец, пытаясь вспомнить хоть один
