бёдра дёргаются. Колени, напротив, ослабевают и как будто лишают меня опоры. Задираю ногу выше, обнимаю его за ягодицы, слегка потираясь.
Откидываю голову назад. Он перемещает руку на мои ключицы. Что-то торопливо шепчет. Я не понимаю. Его язык проходится по моей сонной артерии к мочке уха.
Не выдерживаю. Мой хриплый стон эхом разносится в пустом пространстве туалетной комнаты.
Захар приподнимает мою ногу выше и делает несколько резких толчков бёдрами в мою промежность. Понимаю, насколько мокрая я там сейчас. Его напряжённый член трётся о тонкую ластовицу моих трусиков и нейлоновые колготки. Развожу ноги шире, стараясь предоставить ему больший доступ. Он ударяет там ещё и ещё, не переставая при этом ласкать мою шею. Боже… Я сейчас…
Дверь туалетной комнаты резко открывается. Передо мной мелькает ошарашенное лицо Алёны. Она тут же захлопывает дверь. Это длится буквально три секунды, но заставляет меня прийти в себя. Отталкиваю Захара.
Он тяжело дышит. Смотрит на меня исподлобья, утирая рот тыльной стороной ладони.
— Ты издеваешься? — сквозь зубы, зло.
— Никогда. Слышишь? Никогда не трогай меня без разрешения!
Смотрит на меня, нахмурившись, как будто напряжённо думает о чём-то.
— Что ты сказала?
— Я сказала, нельзя меня трогать. Я не разрешала тебе!
Он хватается ладонью за подбородок. Рот приоткрыт.
— Ты!.. Та самая девчонка в чалме, которая разукрасила мою машину. Это ты!..
Отшатываюсь от него. Дверь туалетной комнаты опять приоткрывается. Воспользовавшись замешательством Захара, покидаю помещение.
Он вспомнил меня!..
Историю прокурора Литвинова и его девушки Алёны можно прочесть в книге «До тебя»
Глава 9
Четыре дня спустя
Захар
Смс от Мамаевой приходит в десять минут двенадцатого.
«Я задерживаюсь».
Отвечаю незамедлительно:
«Это очень важная встреча, Мамаева. Опаздывать крайне не рекомендуется!»
«Я знаю. Судья в совещательной комнате уже сорок минут. Жду оглашения».
«Как закончите, сразу дуй в офис!»
Следом сразу же шлю:
«И возьми такси!»
«Ок».
За последние четыре дня это первый наш контакт с Мамаевой. После случившегося в туалете она избегает меня как огня.
С ней постоянно кто-то рядом. То Алёна, то Павлик, то чёртова Людочка из бухгалтерии. Такое чувство, что без сопровождения она передвигаться не в состоянии.
Поняв, что Мамаева и есть та самая девчонка в чалме, я, мягко говоря, обалдел. Она-то, безусловно, узнала меня ещё на собеседовании. И молчала…
Я планировал поговорить с ней уже на следующее утро. Не знаю, что я хотел тем самым выяснить. Зудящее желание расставить все точки над «i» не покидало меня всю ночь с понедельника на вторник.
Но случай разобраться во всём наедине так и не представился. После я остыл. К чему ворошить это гнездо? Что я от этого получу?
Ответив себе на эти вопросы, я понял, что откровенный разговор с Мамаевой мне ничего не даст. Лучше будет затаиться и понаблюдать.
Встреча с представителями строительной компании «Титан» назначена на двенадцать. Из переписки по электронной почте и нескольких телефонных разговоров с потенциальным клиентом я уловил следующее.
Суть вопроса сводится к признанию банкротом одного из крупнейших застройщиков нашей области. Назовём его Компания «Икс».
Дела о банкротстве застройщиков, как правило, характеризуются широкой оглаской и пристальным вниманием общественности. Интересы слишком большого числа людей здесь замешаны.
Мой клиент выполнял ряд строительных работ на объектах застройщика, выступая в качестве подрядчика.
И всё бы ничего. Только вот работу он выполнил, а денег ему не заплатили. Как следствие, образовался крупный долг, который застройщик, судя по всему, погасить не в состоянии.
От меня требуется составить и направить в арбитражный суд заявление о признании Компании «Икс» банкротом. И в ходе судебного разбирательства, которое обещается затянуться на несколько лет вперёд, представлять интересы конкурсного кредитора, которым как раз является мой клиент.
Безусловно, без посторонней помощи мне не обойтись. Решив оставить Павлика в нагрузку Алёхиной, свой выбор я остановил на единственно возможном варианте — Мамаевой.
С учётом недавно открывшихся обстоятельств, это «сотрудничество» обещает стать чрезвычайно интересным…
Ближе к двенадцати часам Настя приносит в мой кабинет стеклянные бутылочки с водой. Сервирует журнальный столик. Классический сервиз из белого фарфора и лёгкие закуски.
Услышав голоса в приёмной, из соображений вежливости выхожу, чтобы встретить важных гостей.
Их двое. Серьёзного вида мужчины в тёмных костюмах. Обоим лет под сорок, судя по седине, поблёскивающей в волосах. Стильные стрижки, дорогой парфюм. Ребята явно при бабках.
На западный манер представляются по имени, опуская фамилию и отчество. Сходу цепляю, что один из них учредитель компании, а второй — штатный юрист.
Титан базируется в другом регионе, поэтому им и нужны наши услуги. Неудобно и накладно будет вести это дело, находясь за сотни километров отсюда.
Провожу их в кабинет. Как радушный хозяин, предлагаю кофе.
— Давайте сначала обсудим основные моменты нашего сотрудничества, — предлагает «главный».
Договариваемся мы быстро. Такое чувство, что клиент заранее готов на все наши условия. Подписываем загодя подготовленный мною проект договора. Пожав друг другу руки, перемещаемся за столик с закусками.
Прикидываю, стоит ли «отмечать». Я вообще не очень люблю все эти возлияния посреди рабочего дня. Но порой обстоятельства требуют жертв.
Внутреннее чутье подсказывает мне, что это не тот случай. Решаю перестраховаться стандартным:
— Что будете пить?
Пить они будут кофе. Молодцы, уважаю. Думаю, мы сработаемся. Даю Насте все необходимые указания. Где же Мамаева?
— Кто будет вести наше дело? — вполне резонно интересуется клиент.
— Я — лично. Помогать мне будет юрист нашей фирмы… — дверь в кабинет открывается, Мамаева стремительно заходит внутрь. Видно, что торопится. — О, а вот и она, собственно.
В своём костюме цвета спелой малины она задорно врывается в комнату, нарушая воцарившееся здесь засилье тёмных пиджаков и белых сорочек. Смотрит на меня в поисках подсказки, что делать дальше.
Не знаю почему, но в груди у меня что-то ёкает. Ощущение для меня малознакомое и непонятное.
В детстве я страстно мечтал о собаке. Как Малыш из известной сказки о Карлсоне, на каждый праздник я просил одно и то же — щенка. И совершенно неважно, какой он породы. Мне просто хотелось иметь… друга.
Помню, в день моего восьмилетия мама сжалилась надо мной. Это был золотистый ретривер. Когда мама открыла дверь в мою комнату, а там, на коврике у кровати лежал маленький светлый комочек… моё сердце дрогнуло точно так же, как сегодня при виде Мамаевой.
Весь день я играл с Чарли, так я назвал щенка. Вечером пришёл отец. Он выглядел недовольным, когда смотрел на Чарли.
Утром, когда я проснулся, Чарли уже не
