что будет кому вести корабль.
«20G — это смерть» — подумал Виктор. — «С гарантией».
— Мы будто древние воины Старой Земли, — усмехнулся капитан. — Летим в Вальгаллу. И нас там примут. Прощайте.
Экран погас. Виктор попытался вытащить ключ из замка — но как назло, заело. И ни туда, и ни сюда. А из коридора уже слышно шаги. Подергался еще, потом крутанул ручку яркости на мониторе в положение «как было» и сделал вид, что возится с замком.
Вольфрам встал в проёме, и покачал головой, глядя на выбитую дверь.
— Аккуратность, — сказал он. — Совершено точно не твоя сильная сторона.
— Моя сильная сторона — любопытство, — ответил Виктор, всё еще делая вид, что сражается с замком.
Ключ наконец поддался. Виктор достал его и намотал цепочку на руку.
— Ключ был в замке? — спросил Вольфрам.
Он как-то неожиданно оказался совсем рядом, хотя от двери до пульта шагов десять. Спросил по воздуху, без радио. Юми его не слышала. Виктор тоже отключил передачу и ответил:
— Нашел на теле офицера. Дежурного по этой богадельне.
— Я видел гильзы…
— Он, похоже, сам. Закрылся в туалете и… — Виктор изобразил рукой пистолет.
— Жаль, — вздохнул Вольфрам. — Я знал его, хороший был человек.
Он задумчиво посмотрел на экран.
— Вроде что-то показывает, но мутно, — заметил Виктор.
— Регулировать пробовал?
— Я думал с «Кицунэ» монитор принести. Наверняка разъём стандартный.
— У нас есть дела поважнее, — ответил Вольфрам.
— Например?
— Отупляющий и неблагодарный, тяжелейший физический труд. Как раз для тебя.
Виктору померещились еле заметные нотки злости в его голосе. Но для разборок время совершенно неподходящее.
— Насчет отупления и неблагодарности — это ты еще в полиции не служил, — подчеркнуто спокойно ответил он. — Ладно, пошли.
— Отлично. Но сперва, — Вольфрам протянул руку. — Отдай мне ключ.
Пришлось отдать. Длинные пальцы мгновенно сжались в кулак. Казалось, Вольфрам хотел прижать ключ к груди, но сдержался из-за присутствия Виктора.
— Я видел в коридоре тележку с инструментом, — сказал он. — Твой трофей?
— Да, — пожал плечами Виктор. — Подарок. Хотел задобрить Юми.
— Тогда хватай её и пошли. Нам сейчас на склад, всё равно мимо шлюза идти.
* * *
Свет теперь горел, но как-то уж очень выборочно, неровно, а тени по углам стали казаться глубже и резче. Виктору подумалось, что так еще хуже и страшнее, чем одному с фонарём.
Вольфрам шагал очень быстро, ни на что не отвлекаясь. Даже фонарём себе не светил. И как он ходил, пока Юми электричество не включила? Холода тоже не замечал. Хотя и нацепил плащ, захваченный с предыдущей планеты, но там ткань тонкая, ни о чем. Скорее, просто хотел хоть как-то одеться, а не ходить с голым пузом — с гардеробом у четырёхрукого был такой же швах, как и со скафандрами.
Виктор еле успевал перебирать ногами, чтобы не отстать. Да еще тележка гремела колёсами. На тяжелые мысли после увиденного в радиорубке времени не оставалось.
— Значит ты уверен, что мы здесь первые за сто лет? — спросил Вольфрам.
— Более чем, ответил Виктор. — Случилось… скажем так, то что случилось. Тебе, по ходу дела, виднее. И крысы побежали с тонущего корабля.
— Крысы… — проворчал Вольфрам.
Похоже, ему не понравилось слово.
— А как еще скажешь? Не спорю, может были и достойные люди, офицеры. Но были и паникёры, которые похватали всё, что плохо лежит и хорошо продаётся. Как этот, хризо… как его там? Судя по всему, они передрались между собой в процессе. Но гильз мало, а покойников не видно. Значит, всё закончилось быстро…
«…или просто крыс было явное большинство.» — додумал Виктор. Вслух эту часть фразы решил не говорить.
Тележку просто оставили у перехода в корабль, и пошли дальше. Вниз, мимо погрузчика, по пандусу вглубь горы. Тоннель оказался неожиданно длинным. Пришлось шагать не одну сотню метров, прежде чем впереди показалась массивная гермодверь. К слову, распахнутая настежь.
— Нехорошо, — проворчал Вольфрам.
И решительно шагнул внутрь. Виктор последовал за ним, на ходу выкручивая фонарь на максимальную яркость. Последняя живая лампочка в тоннеле мигала и пыталась сдохнуть как раз над дверью, а впереди была темнота.
Луч выхватил из мрака стеллажи с одинаковыми ящиками, уходящие вдаль. У двери, конечно, был бардак. Явно что-то таскали и грузили в панике, даже погрузчик вон на бок перевернули, а для этого нужно сильно умудриться. Но чуть дальше наступал уже армейский порядок: свежая краска столетней давности, ящики на полках выровнены будто по ниточке, везде таблички с номерами. Виктор рассмотрел одну поближе. Цифры более-менее читались, краска не облезла. Изморози кругом почти не было — а значит, не было и лишней влажности, когда система жизнеобеспечения базы начала выключаться от недостатка энергии. По крайней мере, на дилетантский взгляд.
— Ищи стеллаж номер шесть, место четыре и пять, — сказал Вольфрам.
— А что там?
— Инструменты.
По адресу нашелся запаянный в пластик ящик с армейскими штык-ножами. Клинки были в каком-то масле — ни пятнышка ржавчины и до сих пор острые. По крайней мере, упаковку они резали на ура — и пластиковую, и жестяную. Трофей не то чтобы прям ценный, скорее приятная мелочь…
И тут пошла работа. С каждым новым ящиком Виктор отчетливее понимал, куда они попали.
«Да это долбаное… как его? Эльдорадо» — думал он — «Во, я тоже образованный! А Вольфрам, скотина, знал, где всё лежит, но за столько лет даже не попытался воспользоваться…»
Ящик автоматов. Новых, в заводской смазке. Ящик магазинов к ним. Магазины оказались в пластиковых блистерах по пятьдесят штук, будто в магазине игрушек. Просто взяли один, не разрезая — так нести удобнее. Шлемы, на вид неплохие. Пластины к бронежилетам, всякие разные, штабелями. И всего этого — целые стеллажи, уходящие в темноту.
— Да тут на целую армию хватит, — восхищенно сказал Виктор. — Автоматы прям хороши.
Он повертел один в руках. Мысленно уже считал его «своим» — настолько удачно лёг в руки. Целиться в шлеме было неудобно, но в остальном — высший балл.
— Пострелять бы на пробу… Хочу сравнить с армейским, руки помнят еще.
— Могу тебя заверить, — ответил Вольфрам, — он лучше системы на вооружении Федерации. Но незначительно.
— Незначительно?
— Патрон я считаю более
