— Это ты продаешь шлюпку? — спросил красномордый крепыш. Его борода, казалось, росла прямо из горла. Остальные были похожи на него, как родные братья.
Кирилл ничего не отвечал, разглядывая их оружие. Пики не пики, копья не копья. Толстое древко, отполированное ладонями, и стальной блестящий наконечник с зазубриной.
«Да это гарпун», — догадался он, наконец.
— Ты что, не слышал? Я тебя спросил, продаешь ли ты шлюпку!
Прекрасно понимая, что сейчас он может получить гарпуном по шее, Кирилл с нарочитым удивлением оглянулся и развел руками:
— Не вижу никакой шлюпки.
Красномордые переглянулись.
— Братец Кнут, погоди, — сказал тот, что выглядел постарше прочих. — Послушай, парень. Ты или ни в чем не виноват, или чертовски хитер. Мы тебе зла не желаем. Мы, честные китобои, никому не желаем зла. Но позволь спросить, откуда у тебя та шлюпка, на которой ты пришел? И почему на ней написано «Амазонка»? Не потому ли, что так называется шхуна, которую снял с мели катер? На ней мы нашли два трупа и трех раненых. И не ты ли тот самый юнга, который натворил слишком много для своих лет? И не тебя ли зовут Крис Беллоу?
Он говорил медленно и отчетливо, в голосе его звучало уважение. Кириллу вдруг стало легко и немного стыдно за свой страх.
— Кто сказал про юнгу? — спросил он, выпрямляясь и поправляя шляпу.
— Шкипер.
— А Бридж?
— Бридж мертв, — сказал братец Кнут. — Мы все его знали. Это был достойный моряк. И я буду рад увидеть, как болтается в петле тот, кто его убил. Ты понимаешь, о чем я?
«Значит, шкипер — это Красавчик, — подумал Кирилл. — Значит, он только прикидывался убитым. Он все рассказал. Вот гад, даже имя мое выпытал у Динби. Ну и ладно. Не придется врать и выкручиваться».
— Мне очень жаль, — спокойно сказал он. — Но у меня не было выбора.
Он не чувствовал ни малейшего страха. Почему-то ему казалось, что эти люди действительно не причинят ему никакого вреда. Он все им расскажет. Они поймут. И отпустят его.
— Вы хотите сдать меня в полицию? — спросил он.
— Нет, Крис Беллоу, — торжественно произнес старший. — Здесь мы все решаем сами. У нас, у честных китобоев, имеется свой судья. Виселицы у нас нет, но за садом стоит сухой дуб. Три года назад мы там вздернули одного. Получилось неплохо.
«Зря я выбросил револьверы, — подумал Кирилл. — Как бы они сейчас удивились, если б я достал их из сумки…»
— Положи свою сумку на землю, — приказал старший китобой. — И отойди с поднятыми руками.
— Держи, — сказал Кирилл и бросил сумку тому под ноги.
Они стояли кольцом, опираясь на гарпуны. Как только старший наклонился над сумкой, Кирилл что было сил ударил носком сапога под колено того, кто стоял ближе всех. Рванулся между ними и побежал по полю.
Он мчался к невысокому редкому лесу, который зеленел над песчаным холмом.
«Как только удастся оторваться, надо будет скинуть сапоги, — подумал он. — А уж босиком-то я им не дамся. Эти толстопузы и бегать-то не умеют…»
Да, бегать китобои не умели. Они и не побежали за ним. Что-то больно ударило Кирилла под лопатку, да так сильно, что он раскинул руки и плюхнулся в песок.
Когда он смог, наконец, привстать, они уже снова стояли вокруг, добродушно посмеиваясь.
Он сидел, отряхиваясь и выплевывая песок. Слюна была красной, и во рту было солоно от крови.
— Набегался? — спросил братец Кнут и замахнулся гарпуном.
Кирилл прикрыл лицо локтем, ожидая удара. И вдруг услышал голос Брикса:
— Постойте, я кое-что придумал!
«Вот гад», — подумал Кирилл, не убирая локоть.
Энди Брикс стоял чуть в стороне, весело улыбаясь и помахивая мотком веревки.
— Парни, кто из вас лучше всех вяжет узлы?
— Ну, наверно, братец Юхан, — оглядев свою команду, решил старший. — Только к чему это все? Мальчишка и сам дойдет до сада. Никуда не денется.
— Братец Юхан? — переспросил Брикс.
— Это я, — отозвался толстяк в черной рубашке.
Энди Брикс кинул ему моток. Веревка летела к братцу Юхану не слишком долго. Наверно, меньше секунды.
Но этого времени хватило на то, чтобы в руках у Брикса вдруг появились два небольших револьвера.
— Что ты задумал, незнакомец? — хмуро спросил старший. — Мы в поселке не держим никакого оружия. И ты сказал, что у тебя нет ничего такого, когда пришел к нам…
— Да разве это оружие? — улыбнулся Брикс, плавно отступая и поводя револьверами из стороны в сторону. — Вы своими гарпунами убиваете кита. А эти игрушки ни на что не годятся. Вот, полюбуйтесь.
Два выстрела ударили почти одновременно. И два гарпуна переломились в руках бородачей.
— Ну, какое же это оружие? — продолжал улыбаться Брикс. — Эти пульки не пробьют даже лоб китобоя. Коленную чашечку, конечно, я прострелить могу, но лоб — вряд ли. Вам все понятно, парни? Братец Юхан, будь добр, свяжи-ка своим приятелям руки за спиной. Да покрепче.
Кирилл не верил своим глазам. Сидя на песке, он смотрел, как грозные здоровяки послушно поворачиваются спиной к ловкому братцу Юхану.
— Эй, юнга! — позвал его Брикс. — А ты сам-то понимаешь толк в узлах?
— Немного, — Кирилл вскочил и надел шляпу.
— Тогда выдерни пояс у Юхана и свяжи ему руки. Только сначала посмотри, как это делал он сам. Отличная работа, должен заметить.
Когда все китобои были связаны, Брикс приказал:
— Ложитесь, ребята. Я думал, что уйду отсюда на катере. Не получилось. Придется воспользоваться вашей каретой. Вы найдете ее в Вайнбурге, у шерифа. Надеюсь, он окажется достойным человеком, и вернет ее вам, как только вы явитесь. Но пока — лежите, отдыхайте. Юнга, ты ничего не хочешь сказать братцу Кнуту? Это он саданул тебя в спину, хорошо еще, что тупым концом. Не хочешь?
Кирилл помотал головой.
— Умеешь править лошадьми?
— Нет, — признался Кирилл.
— Оно и понятно. Ты же морской волк. Ничего. Из моряков получаются отличные ковбои.
5. Дюны
Пролетка неслась по дороге, петляющей между дюнами, и неслась так быстро, что Кириллу пришлось вцепиться в боковой поручень, чтобы не вывалиться на повороте. Лошади помахивали коротко остриженными хвостами и недовольно всхрапывали каждый раз, когда Энди щелкал вожжами над их спинами.
«Зря он им сказал, куда мы едем, — думал Кирилл, косясь на молчащего попутчика. — Наверно, здесь только одна дорога, и ведет она, скорее всего, в Вайнбург. Винный Город. А что, если он сдаст шерифу пролетку вместе со мной? От американцев всего можно ожидать. Может быть, пока не поздно, соскочить?»
Под колесами прогудел мостик через небольшую речушку, и Энди Брикс привстал, натянув вожжи.
