что стонала, раздвигая ноги и пытаясь выжить. Всё же прибор слишком велик, а костлявые любвеобильные барышни не моё. Потягав Шалли за волосы и кончив внутрь, дал ей неутешительные 4 балла из десяти, а так же время исцелить себя между ног. Она исполнительна, горяча, уважает и боится меня, да только это в постели совсем не то, что ждёшь от девушки.
С самого утра у лавки уже паслись будущие покупатели, разведчики от разных семей. С натянутой на лицо доброжелательной улыбкой и метелкой в руках подметаю вход, вытряхиваю коврик, едва не разорвав тот на части. После, понимая опасность задуманного, прошу девочку со шрамом вместо меня протереть и помыть витрины. Проходит ещё минут двадцать, лавка и мастерская полностью очнулись ото сна. Сегодня королева этого места не стала радовать взгляд мой своей прозрачной ночнушкой. Боюсь и дальше я более не увижу в свете солнца или луны её прекрасных, выступающих сосочков. Слишком много свидетелей, охрана, мелкая помощница, посторонние сейчас повсюду, и поставить раком Катрин не видится возможным.
— С утра пораньше думаешь о чём-то пошлом? — Воспользовавшись моментом, когда старикашки отправились на пересменку, ущипнула меня за зад милфочка.
— Как спалось? — Игнорирую домогательства хозяйки я.
— Спала как убитая. Разбудишь Арию? Она будет рада видеть тебя с утра пораньше.
Слова Катрин закон, малая и вправду любит поспать и проспать. Осторожно, тихо отворяя двери, надеюсь сделать малой приятный сюрприз, подкрасться и произнести что-то по типу: «доброе утро, моя принцесса». Однако, едва голова моя сунулась в комнату, я застаю ту в очень и очень пикантной позе. Без трусиков и лифчика, согнувшись, стоя ко мне своей костлявой попкой. Взгляды наши пересекаются, личико её начинает краснеть, и я тут же возвращаю голову в коридор, закрываю двери.
— Люциус! — Орёт на меня Ария.
— Мне очень жаль. — Искренне произношу я и вижу, как внизу по лестнице, ручкой прикрыв ротик, ехидно хихикает Катрин. Блять, неужели она её уже разбудила⁈ Меня подставили, зачем⁈
Завтрак прошёл в полной тишине. Работая вилкой, Ария сверлила меня злобным взглядом. С одной стороны, она злилась по делу, ещё бы, я ведь должен был постучаться. С другой, свежим оставалось воспоминания об ужине и переговорах, где таки Блекберри спихнули всю грязную работу на меня. Тау теперь нам враги, приказ на зачистку Марлини отдан, сегодня мне вновь придётся шнырять по академии, искать более властных и сильных союзников, чем эти две королевские семьи. Мир не сошёлся на них клином, вокруг хватает представителей преступных кланов, а так же местной аристократии, что так же, как и все вокруг, желают моей силы. Преступники и их дети, а так же третья неизвестная сторона, вот поиском кого сегодня мне предстояло заняться. Нужно расширить «круг друзей». Через них, дружбу с «отбросами», я смогу проникнуть на улицы, заручиться доверием, поддержкой местных «генгста», после чего начну подминать под себя теневой бизнес.
Закончив с завтраком, встретив новых стражников, мы с Арией покидаем мастерскую. Шалли, слегка прихрамывая, догоняет нас на пол пути к академии.
— Привет Шалли. Ой, а что с тобой? — Волнуясь за подругу, спросила Ария.
— Да так, оступилась. — Кидая на меня косого, врала вампирша.
Дальше был женский трёп «ни о чём», прогулка до академии, обсуждение пролетевшей мимо кареты семейства Коронет, и ещё сто пятьдесят предложений о всякой глупости. Играя в великую воительницу и хозяйку чудо-оружия, малая поднимала темы, о которых на улице стоило помалкивать. Она так вжилась в роль властной и сильной аристократки, что только и вынуждала Шалли поучать её, прося «не говорить и не делать всякого». В первую очередь, требовалось вести себя осторожно с Шень. Не менее важным оставалось поддержание нейтрального отношения с Софией, затем, приоритетом, поиск новых знакомых.
— Просто найдите кого-то знатного, с улиц, и укажите на него, а остальное сделаю сам. — Подняв тему важности «добрососедских отношений», прошу малую проявить интерес к Бавонской аристократии. Плохо читая между строк, Ария обещает подружиться со всеми, с кем только сможет, тем самым позволив мне самому выбрать, кто нам нужен. Подобный подход меня полностью устраивает. Поддержав мелкую, спокойно прибываем в академию, занимаем место в классе-аудитории и… тишина. Шалли предупреждала о последствиях наших вечерних переговоров, беспокоясь как за нас, так и за себя, говорила о некоторых ситуациях. Одна из которых ожидала нас с прибытием наставника. То был подменяющий, прошедший обучение, в прошлом ученик отличник, а ныне свободный авантюрист, охотник, человек с большой буквы, ещё и к тому же адамантитовый приключенец.
— Ваш наставник заболел, — с порога, торопясь, произносит незнакомец, — теперь я, Лефесто из Сумеречных охотников, заменяю его. — Встав у доски, командир одного из элитных отрядов, под охи и ахи студентов выводит на доске своё имя. — Далее, всё строго и по субординации, никаких чаепитий, никаких сплетен, все строго и по регламенту академии. Стража, горничные и дворецкие, встать, покинуть аудиторию. Остаться могут главные слуги…
— Но позвольте… — Поднялся кто-то из аристократов с первых парт.
— Не позволяю, недовольные и недееспособные могут выйти вместе с прислугой. Это академия магии, сердце силы, черт побери, а не чайный домик у Вечно спокойного моря! — Повиснув над партой, харизмой и недовольной мордой своей возвращает мальчишку за парту наставник. Блять, а я, мне то чё делать?
— Ученица Блекберри, своего питомца можете оставить, только заткните ему рот, что б не мешал.
Сука, ах ты…
— Не помешает. — Поднявшись, склоняет голову Ария.
Странно, я подозревал, что он здесь для нашего разъединения, для отстранения меня от Арии, но ведь Шалли говорила о невозможности столь быстрого появления Адамантитов на службе короля. Занятия начались штатно, по звонку. Нервозность слегка подуменьшилась, когда мужчина, после выдворения всех лишних, рассказал о причинах своего внезапного появления. Какой-то преподаватель собирался в какое-то путешествие для какого-то исследования какого-то водного чудовища. Аура Лефесто казалась идеально спокойной, честной, слегка грубоватой, мужик не стеснялся орать, когда его спрашивали о всякой хуйне. Он полностью соответствовал типажу быдловатого, сильного, притянутого сюда работать за обещания сотрудника. Всю лекцию мужик вел нехотя, грубил так, что б ученики боялись лишний раз его отвлечь от своего блокнота или книжки, зашитой в чехол из кожи. Это занятие стало первым, в котором я стоя, не сказав и слова, ничего не законспектировав, ничего не выучив, просто проебал лютую кучу времени. Лишь когда первая пара закончилось, ученики отстрелялись
