Стоявший на стене воин оказался слишком самоуверен. Прежде чем он успел перезарядить свой арбалет, великан уже подобрал здоровенный кусок гранитной плиты; арбалетчик презрительно легко уклонился от летящего в него обломка и не заметил длинную руку Гара — протянувшись вдоль стены, она вцепилась в лодыжку воина. Раздался короткий вскрик; воин сорвался вниз, и его кости затрещали под тяжелыми сапогами великана. Хряск, стон — и все было кончено.
Однако двое оставшихся убийц успели перемахнуть через стену.
На Гара было страшно смотреть. Из-под шлема текла кровь, великан вырвал арбалетный болт из раны и в ярости молотил окровавленными кулаками по глухой стене, за которой сейчас убивали его госпожу, а он ничем не мог помочь ей. Из глотки Гара вырвался жуткий не то рев, не то стон — так, наверное, огнедышащий дракон мог бы оплакивать погибшего детеныша…
Великан всем телом бросился на стену, отскочил, кинулся вновь, не чувствуя боли; от его хриплого воя кровь леденела в жилах, и обитатели окрестных домов, трясясь от страха, спешили придвинуть к окнам и дверям что-нибудь потяжелее. После третьего удара между камней появились первые трещины. Непрочная кладка поддавалась.
x x x
Задыхаясь, Оливия из последних сил бежала по темному саду. Он принадлежал городскому голове, супруга барона Вейтарна не раз бывала здесь и знала каждый изгиб здешних тропинок — впрочем; как и ее преследователи. Уже не слишком молодая, чуть огрузневшая женщина не могла долго соперничать в быстроте с гнавшимися за ней. Дважды ее выручало неожиданное чувство опасности, когда ей удавалось затаиться в самую последнюю секунду, и убийца пробегал мимо. Ночь была темной, луну скрывали тучи, Оливия с трудом могла видеть собственную вытянутую руку; но охотящиеся за ней, похоже, обладали глазами получше кошачьих и не менее острым нюхом — жертве не удавалось спрятаться. Несмотря на мрак, ее тотчас находили.
Баронессе уже отказывались повиноваться ноги, ветви в кровь исхлестали ей лицо, из глаз градом катились слезы, раскрытый рот судорожно хватал ночной воздух… Горькое отчаяние пожирало силы, еще немного — и она, лишившись воли к борьбе, покорно отдаст себя в руки неотвратимого…
Едва различимая в темноте тропинка сделала крутой поворот. Шестое чувство вновь заставило Оливию замереть, укрывшись в густых ветвях разросшейся сирени. Чуть впереди послышался еле различимый звук — кто-то крался навстречу. Оливия не сомневалась: впереди ее тоже ждал враг. Кольцо сомкнулось, ей уже не спастись. И тогда она решилась. Давным-давно, в молодости, Оливии тоже пришлось немного обучаться колдовству. Кое-что еще сохранилось в памяти, и сейчас она пыталась вспомнить самое страшное, самое тайное заклинание из тех, что передела ей наставница, — заклятие, что могло вызвать помощь из Тьмы. Из настоящей, истинной Тьмы, где правил, согласно шепотом передающимся из уст в уста рассказам, великий Бог Ракот, Ракот Восставший, что стремился уподобить самих смертных людей бессмертным богам…
К Оливии приближались уже с трех сторон. Времени оставалось совсем немного, и женщина в страшной спешке лихорадочно шептала заветные слова. По щекам стекали соленые слезы, попадая на язык.
Она звала. Не тех, кто прикрывается именем Тьмы и творит великий разбой, но истинных ее слуг! Пусть они придут, пусть они не оставят Оливию в ее смертельный час!
«Всемогущий Владыка Ночи, говорят, ты неравнодушен к людским скорбям, не в пример тем; кого именуют Молодыми Богами? Спаси от гибели этого младенца, принца Трогнара, и сделай так, чтобы он отомстил за все, что случилось здесь, в Халлане! Пусть убийцы не доберутся до него сейчас! Пусть он вырастет великим воином и правителем! Сделай так, о Сильномогучий, ведь я сама отдаю себя в твою власть!»
Внезапный порыв ветра пронесся по вершинам деревьев, кроны сердито зашумели; и в этих звуках замершая Оливия читала, словно в книге, волю ответившего ей Хозяина Тьмы: «Я помогу тебе. Смертная!» С тихим вздохом облегчения супруга барона Вейтарна опустилась на землю. Глаза Оливии закрылись, голова склонилась набок, — казалось; она просто дремлет, устав от повседневной женской работы. Руки ее по-прежнему крепко прижимали Трогвара к груди.
Три фигуры в черном одновременно оказались около нее. Одна из них, чуть ниже и стройнее двух других, властно нагнулась над лежащей женщиной. Грубые руки в черных перчатках попытались вырвать младенца из объятий Оливии.
В нескольких шагах от них земля неожиданно вспучилась и лопнула, точно нарыв. Из раскрывшегося хода показалась приплюснутая рачья голова — только «рак» этот размером был с добрую корову. Большие желтые глаза на длинных стебельках, однако, смотрели со странной разумностью.
Вслед за головой появились две огромные клешни, за ними — гибкое многосуставчатое тело с восемью ногами… Тварь не таилась, но три фигуры в черном сперва как будто бы ничего не заметили.
Впрочем, это длилось недолго. Одного из воинов в черном словно ударило хлыстом — он резко развернулся, взмывая в воздух; рука метнула навстречу странной, пугающей тени сразу несколько стальных звездочек с острыми, как у кинжала, краями; откуда-то из складок одежды появился короткий прямой меч.
Правая клешня рака играючи отбила все три летевшие в него звездочки, они не оставили даже царапины на прочной броне существа. Взмах второй клешни
— и выхваченный было меч отлетел в сторону, мощный хвост неожиданно разогнулся, подобно пружине, сбив с ног незадачливого слугу Фельве.
Назад! — резкий крик той остановил второго воина, уже приготовившегося к прыжку. — Уходим, он неуязвим! — В голосе кричавшей слышался неподдельный страх: очевидно, появившееся из-под земли существо было ей знакомо.
Громадная клешня клацнула над самым плечом Фельве. Она уклонилась в последнюю секунду, однако ее спутник оказался менее удачлив — он рухнул на землю с отрезанной головой. Неуклюжее на первый взгляд чудовище двигалось с поразительной быстротой.
Между деревьев и кустов словно бы метнулась невидимая простым глазом черная молния. Петляя, Фельве опрометью мчалась к воротам сада.
Однако ей сейчас противостояло существо, куда сильнее, хитрее и выносливее человека, существо, специально созданное в темных мастерских Владыки Ночи с таким расчетом, чтобы взять верх над самыми сильными, самыми храбрыми и ловкими бойцами. Тварь не отставала ни на шаг, длинные многосуставчатые ноги чуть слышно шелестели, сливаясь в стремительном беге, и расстояние неуклонно сокращалось. Все попытки Фельве сбить со следа слугу Ракота ни к чему не привели.
Посланец Тьмы настиг свою жертву уже у самых ворот сада. Незаметно обогнав ее, чудовищное создание внезапно преградило путь Фельве, удар мощной клешни отбросил женщину к стволу толстого дуба. Спустя миг страшные края клешней уже сошлись на горле воительницы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
