опущены. Он ощутил укол разочарования: все, спектакль окончен. И собрался было развернуться, как вдруг застыл на месте. В нескольких десятках метров виднелась какая-то тень. На опушке что-то пошевелилось. Сердце у него бешено заколотилось.
Человек, сидевший на корточках метрах в тридцати от Грега, затаил дыхание. Он изо всех сил старался слиться с темнотой, но почувствовал, что его засекли.
Все чувства Грега обострились. Он громко произнес в темноту: “Кто здесь?”
Мужчина не шелохнулся, надеясь обмануть того, кто ему помешал.
Грег выхватил карманный фонарь и стал прочесывать мощным лучом стволы и заросли. “Кто здесь?” – крикнул он еще раз.
У мужчины не оставалось выбора: он выпрыгнул из своего укрытия, затрещав ветками кустов, и со всех ног пустился бежать по лесу
Грег почувствовал выброс адреналина: кто-то шпионил за домом Браунов! Фонарь на миг высветил фигуру, без оглядки удиравшую в темноту “Стой! – заорал он. – Полиция! Остановитесь немедленно!”
Но тень по-прежнему петляла среди деревьев.
Грег пустился в погоню.
Добежав до кромки леса, мужчина убедился, что оторвался от преследователя. Он пустился по полю к узкой пустынной дороге, служившей для сельскохозяйственных перевозок, и устремился к своему “пежо”. Дверцы были не заперты, ключ зажигания оставлен в замке. Он знал, что в случае погони эти мелкие предосторожности могут спасти ему жизнь. Машина сорвалась с места и исчезла в ночи. Он дешево отделался.
К тому времени, как первые полицейские автомобили влетели в Колоньи, серый “пежо” давно успел испариться среди окружавших Женеву полей. По запросу Грега центр выделил ему, кроме патрульных жандармов, группу кинологов – быть может, удастся взять след. На место срочно выехали два инспектора уголовной полиции.
У кромки леса Грег потерял след подозреваемого. Началась охота на человека. Патрульные машины объезжали все окрестные дороги, прочесывая прожекторами живые изгороди и посадки. В лесу кинологи спустили с поводка немецких овчарок. Один из псов дошел по запаху до сельскохозяйственной дороги и встал как вкопанный.
Кинолог подозвал инспекторов и Грега:
– Судя по реакции собаки, думаю, ваш подозреваемый сел в машину.
Патрули, расширив зону поисков на соседние деревни, выслеживали машину, о которой не было известно вообще ничего. Иголка в стоге сена. В половине первого ночи на ноги был поднят весь личный состав полиции.
Когда Грег, вернувшись в Стеклянный дом, сообщил Браунам, что его коллеги оплошали, Софи почувствовала себя отчаянно одинокой перед лицом этой неуловимой опасности. Присутствие Грега успокаивало ее, и она, решив еще немного его задержать, подала кофе с крекерами. Сэнди, запертый на первом этаже, чтобы не мешал работать сыскным собакам, вернулся на кухню и потерся влажной мордой о бедро Софи. Она ласково погладила его.
Арпад, хмурясь, залпом проглотил кофе.
– Что происходит, по-твоему? – спросил он Грега.
– Понятия не имею. Какой-то мужчина следил за вашим домом. Остается выяснить зачем.
– Вчерашний грабитель вернулся и решил действовать? – предположила Софи. – Ждал, пока все лягут спать?
– Не думаю, – сказал Грег.
– Почему нет?
Он, разумеется, не мог признаться, почему ему известно, что два эти происшествия никак не связаны, и ответил только:
– У меня ощущение, что здесь что-то другое…
Грег был встревожен. Что нужно человеку, шпионившему за Браунами? Может, на сей раз это в самом деле грабитель на разведке, которому приглянулся отдельно стоящий дом? Или дело в чем-то еще?
– Прости, но мне нужно задать тебе один вопрос, – повернулся он к Арпаду.
– Ради бога.
– Может, у кого-то на тебя зуб? У тебя есть враги?
– Нет, – отмахнулся Арпад. – Нет у меня ни врагов, ни проблем.
Грег на минуту задумался. Потом решил, что ничего путного все равно не придумать.
– Ложитесь спать, – наконец велел он Софи и Арпаду. – Постарайтесь отдохнуть. Жалюзи у вас прочные, дом забаррикадирован.
Софи проводила Грега до двери.
– Мне страшно, – призналась она. – А если этот тип ночью вернется?
– Не вернется. – Грег старался ее утешить. – Но если вдруг что, мой телефон у тебя есть. Звони, и я через пару минут буду. Даже не раздумывай.
– Спасибо.
Она положила руку ему на плечо. Грег чувствовал, что Софи подавлена, и ему это нравилось. Ему это было выгодно.
– Завтра около шести утра буду гулять с Сэнди и пройдусь по лесу, – сказал он.
– Я уже встану. Зайди, выпей кофе.
Он немного поломался:
– Не хочется тебе мешать.
– Ты мне никогда не мешаешь.
– Ну тогда до завтра.
Когда дверь за ним закрылась, Грег, шагая по лесу с собакой, наконец позволил себе расплыться в широчайшей улыбке. Он добился приглашения.
В это же время, в соседней деревне Жюсси.
Серый “пежо” стоял перед домиком на ферме, где его хозяин по случаю снимал квартирку. Здесь был его схрон, укрытие, здесь он в безопасности, здесь никто не станет его искать.
Он сидел в своем убежище и просматривал фото, сделанные за последние дни. Стеклянный дом под разными углами, бытовые сцены, запечатленные телевиком: Арпад на кухне, Арпад с детьми, Арпад на террасе с телефоном.
Он закурил. Пламя зажигалки высветило его лицо. Он был красив. На вид около пятидесяти, взгляд проницательный, чувствовалось, что он человек незаурядный. Атлетического сложения. От него исходило ощущение силы и бесстрашия.
Он курил у окна, вглядываясь в окрестности. Всегда начеку. Всегда настороже. Потому и удержался в профессии. Но как тогда вышло, что сегодня вечером его засекли? Не похоже на него. И кто был тот тип в лесу, кричавший “Полиция!”? В самом деле полицейский? Откуда он взялся?
Мужчина подумал, что надо удвоить бдительность. Нельзя поддаваться возбуждению от того, что он в Женеве. Это отвлекает.
Он выйдет из тени через четыре дня.
Тринадцать лет назад
МАЙ 2009 ГОДА
Париж
Авеню Монтеня в восьмом округе Парижа.
Софи, совсем молодой адвокат, набиралась опыта в конторе “Темар, Турне и партнеры”. Она начала здесь работать год назад.
Для нее, уроженки Сен-Тропе, изучавшей право в университете Экс-ан-Прованса, эта новая жизнь вдали от родного юга была важным жизненным этапом. В столице ей нравилось, и работу свою она любила. “Темар, Турне и партнеры” была именитой конторой. Софи вошла в команду мэтра Темара, одного из пяти партнеров, человека надменного и убежденного в своем превосходстве. К нему следовало обращаться “мэтр”, а сам он позволял себе называть сотрудников мужского пола по имени, а женщин удостаивал разве что словечка “малыш”. Платил скупо, зато щедро расточал самые отвратительные речи. Но Софи решила не связываться: она понимала, что во всех крупных конторах адвокаты-партнеры любят демонстрировать свою власть над подчиненными. К тому
