видна лучше — жест, дыхание, поворот головы, то, как двигается челюсть.
Если бы он был замешан хоть на секунду, я бы это увидел. Но нет — реакция честная, прямая, даже слишком. Минус один подозреваемый.
— Ну, тогда давайте я сейчас распечатаю договор. В принципе, у меня до вечера дел нет, поэтому можем съездить на место обитания котёнка — я всё должен осмотреть.
Тут он уже меня перебил:
— Вы уж извините, что перебиваю, но у нас запланирован график посещений. Ваша очередь стоит аж через неделю, в семь часов сорок две минуты утра…
И вот тут меня чуть инфаркт миокарда не схватил. Через неделю этот кот либо сам вернётся, либо уже сдохнет от голода. Все таки княжеский, а не дворовый Мурзик. Эти не приучены.
Мне нужно именно сейчас туда попасть, пока другие детективы и сыщики не облапали предметы. И не заменили эмоции тех, кто мог быть причастен к похищению.
Если похититель действительно есть, я смогу почувствовать его эмоции и хотя бы понять мотив. А мотив — половина пути. Остальное по накатанной.
— Смотрите, — я открыл ящик стола и аккуратно положил перед ним кольцо. — Вы хотите отказать аристократу в его желании поехать прямо сейчас? Не думаю, что среди остальных детективов у вас много аристократов.
Да, это блеф. Да, игра. Документов у меня пока нет. Но все знают: аристократы редко занимаются сыском. Я знаю всего пару исключений — и ни одного в Серпухове. Так что сейчас именно тот идеальный момент, чтобы использовать это бесполезное кольцо.
Он уставился на перстень. Глаза расширились. В лице — тот самый микрожест, который я уже видел: «так и знал». Взгляд у него в прошлый раз изменился именно из-за лица — профиль у меня аристократический. А теперь он увидел кольцо, точка сошлась, парень успокоился.
— Тогда… господин Роман, — сказал он уже мягче. — Я попробую согласовать это с охраной. Мне нужно сделать пару звонков. А вы пока можете подготовить договор.
Пока принтер тащил первый лист, я в который раз вспомнил, почему вообще купил этот древний комплект «принтер + сканер» с рук.
Любой договор по правилам нужно было хранить в Имперской канцелярии — а значит, каждую бумагу приходилось не только подписывать вручную, но и отправлять туда в цифровом виде, заверяя электронной подписью. Её выдавали вместе с лицензией детектива — маленькая флеш-карта с ключом. Без неё ни одно дело нельзя было зафиксировать как официальное.
Раньше, во время сбора документов для получения лицензии, я носился в копицентры: печатать за их конские тарифы, сканировать за ещё более конские. А они там любят делать вид, что совершают подвиг: «Ну, давайте вашу бумагу… ооо, у нас очередь…» Да ещё и флешку навязывали «новую, фирменную» за полторы тысячи, когда мне нужна была просто копия договора.
В итоге я плюнул, купил бу-шный сканер за две с половиной — и теперь весь процесс занимал пару минут. Принтер ворчит, сканер хрипит, зато всё под рукой. Скан — в канцелярию, подпись — на договор, и бумага сразу становится официальной.
Если клиент нарушит условия, я имею право обратиться к канцелярии, и они откроют на него дело. Если нарушу я — наоборот. Всё честно, всё фиксируется.
Как раз, когда вылез последний лист договора, Элисио вернулся уже с широкой служивой улыбкой:
— Всё согласовано. Сейчас подписываем договор и сразу едем. У нас будет ровно час, чтобы вы всё осмотрели. Мы подвинули одного из… не очень крупных детективов.
— Отлично. Давайте подпишем — и выдвигаемся.
Мы подписали договор и спустились вниз.
У выхода уже стоял чёрный блестящий внедорожник с родовым гербом Карловых — крупный, аккуратно выгравированный знак на решётке радиатора. Машина выглядела так, будто её только что отполировали: ни пылинки, ни царапины.
Салон внутри оказался ещё богаче. Дорогая кожа, мягкая, тёплая на ощупь, аккуратные прошивки, качественный пластик — всё в лучших традициях аристократических авто. Ничего нового: в моём прошлом мире богатые тоже любили комфорт.
Но одно меня всё-таки удивило — на каждой спинке сиденья красовалась вышитая большая буква «Э».
И тут я невольно подумал: а неужели этот внедорожник принадлежит самому Элисио? Либо он выслужился так, что ему доверили личную машину княжны… Либо «служба» у него куда шире, чем просто подавать пальто и носить сумки.
Мы сели. Двери мягко захлопнулись.
По дороге Элисио рассказал еще несколько деталей дела. После того, как записи на видео камерах оказались чисты, они сразу отменили версию, что котенок убежал сам, и в тот же момент подключили всех детективов Московской области.
Преступник поработал мастерски, не оставив никаких следов и зацепок.
Уже подъезжая к воротам, он вдруг сказал:
— Большая просьба… можете вести себя чуть менее резко? Госпожа… если она сейчас дома… — он замялся, будто ему стыдно, что он не уверен, где она. — Она любит всё красивое и аккуратное.
— Да, конечно, без проблем, — ответил я.
Мы въехали на территорию поместья.
Ну вот и начинается моё второе дело. Даже раньше, чем первое.
Дело о пропаже кавайного черного котенка — начато.
Глава 5
Мы въехали на территорию поместья.
Элисио сидел рядом со мной так, будто это его личные земли и он просто вернулся с недельного отпуска. Я устроился у окна, а он — у противоположного, оставив середину свободной, как будто мы два министра, а между нами должно сидеть важное решение судьбы государства. Он чуть откинулся назад, закинул ногу на ногу, поправил стрелку на брюках и посмотрел на своё отражение в тёмном стекле, будто проверял, не потускнела ли, случайно, аристократическая аура.
— Вон то дерево, — неспешно сказал он, ленью даже не попахивало, скорее демонстративная неспешность. Кивок был лёгким, почти ленивым, в сторону бокового окна. — Привезли с юга. Специально. Землю — тоже. Там свой микроклимат нужен.
Я перевёл взгляд. Дерево и правда выбивалось из общей картины. Ствол чуть закрученный, крона вытянутая, листвы много, но она не «наша» — форма листьев другая, цвет другой, слишком густой, насыщенный. Вокруг — ровный круг почвы, метров пять в диаметре, отделённый от газона узкой каменной полосой. По краю полосы шли небольшие металлические направляющие, утопленные в камень.
— Микроклимат? — переспросил я. — Серьёзно?
— Вы не представляете, Роман, — оживился Элисио. — Купола со всем необходимым для этого, есть только у нас, в Императорском ботаническом саду
