Решив, что на время нужно спрятаться, он перебрался в южные земли и жил на краю деревни, валяясь на печи, презирая свою никчемную жизнь. Но как-то раз Рутон услышал от одного старого воина, что его семью уничтожил король Сахранского королевства, за то, что молодой охранник, его сын, видел позор Его Величества. Королеву обесчестил оборотень. Он тогда выжил, клинок Терона не поразил насмерть. Но король узнал об этом, и оставил его в живых, считая, что боги так желают. И когда королева понесла, он приехал в их дом с карателями… и сжег всех, считая, что воин мог проговориться. Старик тогда был далеко в полях и не мог защитить семью.
Рутон призадумался и отправился в Сахранское королевство, стараясь держаться в стороне. И каково же его было удивление, когда он случайно почувствовал родную кровь. Несмотря на то что девочка считалась мертвой, так как по словам слуг – боги забрали ее в дар за сильных сыновей, он увидел свою дочь в конюшне, выполняющей самую грязную работу.
Удивление и презрение. Самбар тогда долго смеялся, не понимая нравов и законов ничтожных тасхаров. Он бы не дал отродью расти в его доме, а глупый король не только позволил, но еще держал рядом.
«Ничтожество. Все они ничтожные существа», – подумал мужчина и выдал рык.
Самбар ушел, не желая ничего знать о ней, а когда все же прокормить себя стало невозможно, решил вернуться в снежный Тасхар в свой хорм. Но вожак не принял его. Даже не пустил на территорию, пригрозив, что разорвет горло, что он и хотел сделать, когда Рутон осмелился перечить. И только обещание отдать полукровку, его дочь, заставило Дентера не убивать его. Он подарил ему жизнь и приказал доставить девчонку ему в награду за место в хорме. Старики ему не были нужны, только сильные самцы. Альфа Маранского хорма рассчитывал в скором времени быть верховным альфой, а для этого ему необходимо уничтожить прежнего – Ревальда и его семью.
Все знали о том, что случилось несколько месяцев назад – самбары Латорских равнин напали на альф виторгов, воспользовавшись магией старой ведьмы. Медведи победили, так как им на помощь пришли свирепые неуправляемые звери – беловолы, но теперь они настороже. И еще Дентера злило, что у сильного виторга появилась истинная пара – знахарка, обладающая могущественной силой природы. Альфа южных самбаров желал не только быть верховным альфой, но и пленить юную девушку. Сердце Кассандры обливалось кровью от убийств, и она обязательно будет помогать ему, ибо тогда жизнь ее родных превратится в настоящий кошмар. Но это в будущем… и Рутон желал участвовать в этой жестокой схватке, а для этого ему нужна была девчонка.
Старый самбар упустил ее из виду, и когда пришел, оказалось, она уже в другом королевстве. Лиану охраняли, и Рутон вынужден был ждать удобного момента. И теперь он настал. Нужно только подождать. Осталось совсем немного.
Зверь улегся поудобнее, но вдруг резко поднялся на лапы. Он с непониманием глядел в сторону озера, наблюдая, как из тумана к нему медленно брел черный огромный тигр.
Неверие. Жуткий страх. Оцепенение. Зверь Рутона зарычал, чувствуя ярость и замечая красный огонь в глазах лютого соперника, словно и не оборотень перед ним, а сама смерть.
* * *
Хищник двигался не спеша, в каждом его движении чувствовалась ярость и сила. Короткая толстая шея, широкие плечи и массивные грудные конечности, идеальные для борьбы с любым соперником – его вид вызывал восхищение и страх. Он свирепо оценивал самбара, выдавая странное грозное рычание, идущее из груди. Заметив, что зверь приготовился к прыжку, черный самбар остановился, прищурился и резко бросился на золотого тигра с коричневыми полосками.
Два тигра кинулись друг на друга, ударяя лапами, пытаясь завалить на землю, хватая за шею. Золотой упал на спину, но тут же начал крутиться, махая лапами, не давая добраться до шеи.
Черный зверь притаился и, дождавшись, когда золотой поднимется, вновь набросился на него, но повторилось то же самое, что еще больше распаляло убийцу. И так несколько раз, пока грозный хищник не добился желаемого, хватая за шею, не отпуская, не реагируя на движения золотого самбара, лапами разрывающего ему бока. Он с яростью, свирепой хваткой перегрызал шейные позвонки, придерживая лапами, злорадно урча, чувствуя, что соперник ослабевает и его удары не столь сильны.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Золотой самбар еще дышал, чувствуя агонию, не в силах бороться, а только выдавать хрипы. Лишь иногда он водил лапами, но черный зверь не отпускал, все глубже и глубже раздирая шею четырьмя мощными клыками.
Когда движения прекратились, безжалостный хищник открыл пасть и зарычал. Вытащил язык, лениво посмотрел по сторонам, и просто лежал на жертве.
Моросил мелкий дождь. Небо затягивалось серой пучиной. Стоял свежий запах, смешанный с кровью и…
Тигр втянул запах и внезапно зарычал, резко поднимаясь, дергая мордой по шерсти жертвы.
Через секунду до шерсти дотронулись пальцы мужчины. Сияр прищурился, недовольно скривился и медленно поднялся.
Оглядев территорию, прислушиваясь к звукам, он посмотрел по сторонам и побрел к озеру. Пока плыл в ледяной воде, немного пришел в себя. А стоило подняться на камень, на мгновение застопорился и посмотрел назад, туда, где он убил родную кровь девушки – скорее всего, отца.
Лицо исказила ярость. Он со всей силы ударил по глыбе и, справившись с эмоциями, побрел к Лиане, понимая, что нужно избавиться от нее. И лучше бы, как и с отцом, но стоило подумать об этом, как его зверь громко зарычал, раздирая внутренности своими когтями.
«Отвезу ее к повстанцам… и тогда зверь успокоится», – решил Сияр и вошел внутрь пещеры, наблюдая, как хрупкая девушка сидит на шкуре и тяжело дышит. Он резко подошел к ней, но отступил, услышав рычание.
Приглядевшись, он пораженно застыл, понимая, что не девушка смотрит на него, а молодая самка, которая в это мгновение желала выйти на волю.
Но вдруг красавица закричала, выгнулась дугой, и пришла в сознание, чего он не ожидал. Зверь молодого самбара не подчинялся никому, полностью отдаваясь животным инстинктам. Но Лиана заглушила желания охотницы, что казалось невероятным. Девушка посмотрела на мужчину, и хрипло выдала:
– Помоги мне. Она хочет на свободу…
Мужчина смотрел на девушку долгим испытующим взглядом, сдерживая себя от желания убраться из пещеры. Лиана не отводила глаз, понимая, что без него не справится. Если бы могла, то давно избавилась от чудовища внутри себя. Вдруг Сияр нахмурился и направился к ней. Нагнулся и схватил за плечи, стиснув так сильно, что она чуть не задохнулась.
– Ты знаешь, о ком говоришь? – прогрохотал он.
– Нет, – прорычала девушка, пытаясь объяснить свои эмоции, сдерживая себя от крика: – Я ощущаю и слышу разум животного, которое желает вырваться. И я хочу, чтобы она вышла и не возвращалась. Больше не хочу ее чувствовать!
Мужчина усмехнулся, удивляясь наивности девушки, но, понимая, что она в таком состоянии сможет пройти первый оборот физически, ломая кости, что делают только самые слабые оборотни, сжал лицо руками и рявкнул:
– А теперь слушай: не знаю как, но ты оборотень – самбарка.
Отмечая, как ее зрачки расширились от ужаса, он усмехнулся и выдал:
– Да, как и я. Мы самбары. И я ненавижу своего зверя, а он меня. Но я не даю зверю ломать мое тело и тебе не советую. Я вижу, что ты сильная, поэтому если не хочешь представлять собой убожество от процесса, то сконцентрируйся, расслабься и отпусти ее… Просто! Понимаешь? Просто выпусти на время. Ты сможешь. Я знаю. Чувствую.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Лиана покачала головой, чувствуя новый приток боли. Она не сможет. Только хотела сказать, как вдруг мужчина сдавил пальцами виски, отчего она закричала, слыша приказ:
– Давай. Давай! Отпусти ее. Разреши ей, и тебе будет легко. Так легко, как никогда.
– Боль пройдет? – с надеждой выдохнула она, отчего ее глаза загорелись красным огнем.
Сияр усмехнулся, понимая, что девушка полна сюрпризов и сильна, очень сильна, и подтвердил:
