Дурак! Будто шапку надел, а штаны забыл!
В неглиже этот голожопик отправляется в путь. А мне, как закованной пленнице, живущей по соседству с драконом, ничего не остаётся, как пойти за ним. По пути рассматриваю скучный интерьер. Лишь бы на зад его не глазеть.
— Чего затихла? — с интересом спрашивает, открывая дверь в… Его спальню?
Захожу следом за ним, и что-то стопорит меня прямо на пороге. В колени бьётся весёлый Бруно, что с разбега сбивает меня с ног, и я лечу вперёд, в мускулистую спину.
Да твою мать! Пёс! Ты покушаешься на мою жизнь! Уже второй раз!
Бьюсь носом о бетонную спину. И тут же ощущаю чувство полёта. Как руку чуть не выдирают из плеча.
— Блять, — злостное рычание распространяется вместе с глухим ударом наших тел о пол. Боже мой… Я отбила себе нос. Не чувствую плеча.
Да он меня искалечил…
А сам вон, весёленький, в планке стоит. Идиот, нашёл время позаниматься…
— Ты дура? Ты чего под ноги не смотришь? — кряхтит там, стряхивая меня на пол рядом с ним. Придерживаю полотенце, лёжа на покрытии, и не знаю, как встать.
Эти наручники уже начинают раздражать.
Уродская хрень.
— Это всё твой глупый пёс.
— Глупая тут только ты. У тебя проблем с вестибулярным аппаратом нет?
Встаёт, снова заставляя меня зажмуриться. Не хочу это видеть!
Чувствую, как меня снова тянут на себя.
— Вставай уже.
А я не могу. Хватит. Устала. Засыпаю.
— Иначе сорву полотенце.
Быстро подлетаю с места после очередного шантажа. Смотрю только на верх мужчины. Он, кривясь, потирает свои руки. Только этого нам не хватало…
— Сильно ушибся? — вдруг у меня просыпается сочувствие.
— Нормально, — шипит. Да я представляю… Самому упасть на руки, ещё и тушу в пятьдесят килограмм удержать.
— Слоник в порядке? — за него я вообще беспокоюсь больше всего на свете. Он же, если ударится — опухнуть может. А я и так впервые такие размеры вижу. А если у него ещё и ушиб будет… Ужас.
— Какой ещё слоник? — нахмурившись, подходит к шкафу. Достаёт оттуда белую футболку и спальные штаны.
— Да так, — отмахиваюсь, понимая, что, раз он такой бодренький, значит, с достоинством всё в порядке. Ловлю брошенную в меня футболку. Прошу снова его отвернуться и быстро влетаю в вещицу. Горловина просторная, поэтому зад отлично проходит. Футболка закрывает все, кроме одной руки.
Никак руку не продеть.
Благо, когда уходила из ванной комнаты, прихватила ножницы и степлер.
Разрезаю рукав, накидываю на плечо.
После этого пойду учиться на дизайнера. Назову эту коллекцию: «выжить с одиноким дикарём в лесу».
— Сделай мне футболку, — протягиваю степлер уже одевшемуся мужчине. Он невозмутимо принимает его, делает все манипуляции. Нашли бы нитки — спокойно зашили бы, но нет.
— Делать тебе нехрен. Голышом бы спала. Я уже всё видел.
— Вот поэтому, — поучительно произношу, — надо спать одетой. А то вдруг домогаться будешь.
Правда… этой ночью до него домогаться буду я.
Но мы ему об этом пока не скажем…
Глава 11
На самом деле, я сомневалась в своей затее. Это было слишком даже для меня. Поэтому, улёгшись в постель, я смирилась с тем, что никакой мести не будет. Да и устала я…
Натягиваю на себя одеяло.
Какое же оно маленькое!
Нам явно не хватит места для двоих. Придётся кому-то мёрзнуть. И точно не мне.
— Будешь до меня домогаться, — вздернув подбородок, предупреждаю его, распрямляя ладонями складочки на пододеяльнике, — я откушу тебе пальцы.
Мужчина в полной тишине, кажется, устав, тупо заваливается на постель. Игнорирует меня!
Укрывается по пояс, оставаясь лежать на спине. Подложил одну руку под голову.
То есть вот так, да?
Плюхаюсь на подушку. Смотрю в белый потолок.
Не знаю, что учудить. Развернуться негде — в прямом смысле этого слова. Принести ничего не могу, чтобы поиздеваться. Можно было бы намазать его член чем-нибудь вкусным, а потом Бруно бы…
Фу, мерзко, но зато потом будет знать, что не один он держит ситуацию под контролем.
Бруно, как будто зная, что я о нём думаю, вдруг запрыгивает на кровать.
— Эй, ты чего здесь делаешь? — приподнявшись, машу на него ладонью. — А ну, брысь! Ты по снегу гулял, лапы грязные!
— В отличие от тебя, он здесь хотя бы не незваный гость. И ему здесь рады.
Да как будто я мечтала оказаться с ним в одном доме…
— Посмотрите, кто проснулся. Я не против собаки, но он с улицы!
А ещё этот говнюк пушистый вальяжной походкой доходит до меня. И падает мне прямо на живот!
— Он лапы моет. Сам.
— Какой умный, — шиплю от злости и вылезаю из-под собаки, перекладываясь на серединку. Выхода нет — теснее прижимаюсь к хозяину дома. — Давай поменяемся, я не хочу с ним спать. Иначе завтра между ног найду у себя собачьи волосы.
Трусов-то нет. Может, боксеры у него попросить? Да сейчас…
— Ничего, одним больше, одним меньше. Ты даже не заметишь. Йети.
Это он меня йети назвал?
— Я, вообще-то, на лазерную эпиляцию хожу, — хвастаюсь ему. — Бритвой не пользуюсь. И волосы у меня не растут, прикинь?
Я сильнее пододвигаюсь к нему.
Боже, какая морока с этими наручниками!
— Поверю, только если сам это почувствую, — нахально кидает.
Приоткрываю в возмущении рот.
Что?
Что?
Повторите?
Этот наглец приподнимает уголки губ. Хотя делает вид, что спит.
— Не надейся. Твои руки окажутся у меня между ног только для того, чтобы…
Закусываю губу и не могу ничего придумать. Никаких острых шуток и дерзких фраз. Будто ветром выдуло в одно мгновение. И я, так и не решив,
