на голову…
— Извини… Я больше не буду.
Ну, на хрен. Мало того, что я теперь в соке, так ещё и в собственной крови.
Ладно, громко сказано. Пара капелек упала.
— Больно? — слегка трогает мой нос, вытаскивая уже чистую ватку. Мотаю головой.
— Нет, я не сильно ударилась.
И это хорошо. С таким красавчиком и с разбитым носом… Фиаско.
Боже, Альбина, ты сама себе противоречишь. Красивый, но ты от него бежишь.
Я не от него бежала, а от его ножа!
— Теперь тебе точно душ нужен, — качает головой, рассматривая мой внешний вид.
Стыдно.
Чувствую себя засранкой.
— Да я бы с радостью, — дёргаю рукой, вновь напоминая себе же, в каком я положении. — Но куртку снять не могу.
— Это, собственно, я и пытался сделать ножом. Порезать одежду.
— А как я потом домой поеду?..
— Водитель шмотки привезёт.
Вариант. Мне пока нравится.
— И что тогда? Резать будем? Только не ножом, пожалуйста. Вы на сексапильного маньяка из фильма похожи.
— Сексапильного? — его брови летят вверх. — Нет. Молчи. Не отвечай. Не хочу знать, что творится у тебя в голове.
Поднимаю руки вверх, сдаваясь.
— Да ради бога. Ножницы есть?
Он задумчиво потирает короткую щетину. Обходит стол, заглядывая в ящик. Хорошо, что я упала прямо напротив его кабинета. И теперь оба разыскиваем ножницы. И пока делаю это, чуть не подпрыгиваю от радости, обнаружив степлер.
— Смотри, что у меня есть, — победно улыбаюсь, показывая ему найденную вещицу.
— И что с ней? — не обращая на меня ни капли внимания, рыщет по ящикам. Находит ножницы. А мне уже нет до них никакого дела.
— Ну, я вот сейчас с себя всё сниму, да? — спрашиваю его.
— И?
— Я возьму у тебя футболку. В одну руку продеть не смогу. Но мы её порежем, а потом скрепками соединим. Правда, я умная? И тебе так могу сделать, хех.
Смотрит со скепсисом, будто на дуру.
Идея ему моя не понравилась.
— Вот ты когда придёшь ко мне, — говорю поучительно, — я скажу, чтобы ты лесом шёл.
— Я запросто похожу без футболки.
От его слов концентрирую взгляд на широкой груди, скрытой чёрной водолазкой. Если вспомнить… Я там кое-что нащупала. Твёрдые мышцы. Бугристые, рельефные. Есть за что потрогать.
Хм… Значит, без майки. Хорошо-хорошо, мне нравится.
— Кстати, — усмехнувшись, осматривает меня с головы до ног. — Ты можешь последовать моему примеру.
Не скажи он это с такой пошлой интонацией, я бы не покраснела. Но щёки вспыхивают, как фонари в ночное время суток. Неожиданно, в секунду.
— Нет уж, озабоченный.
— Кто бы говорил. Не ты ли пятнадцать минут назад давала щупать себя за грудь?
Пф!
Ну да, было такое дело… Но он сам меня разозлил!
— В общем, — хмурюсь, — пошли уже. Я искупаться хочу.
Он кивает. Поднимает ножницы вверх.
— Я сейчас подойду и порежу тебя.
— Куртку, ты хотел сказать?
— Жаль, но куртку.
Нервно улыбаюсь и позволяю ему сделаю шаг вперёд. Снимаю куртку, поднимаю руку, позволяя разрезать рукав. Жалко курточку… Покупала в ЦУМе на выпрошенные у мамы денежки. Ладно, куплю себе другую. Я как раз после отпуска на работу выхожу. Впервые устроилась. В какую-то компанию на должность «принеси-подай». Побегаю, но ничего страшного. Зато зарплата хорошая, и перестану уже от родственников зависеть.
— Как тебя зовут? — вдруг спрашиваю, когда он разделывается с моей курткой, и я остаюсь в одном белом топике. Джинсы и так снять могу. А к топу перейдём непосредственно в душе. А то не хочу с голой грудью стоять у него перед глазами.
Хотя…
Нет, конечно!
Выхватываю у него ножницы.
— Давид.
Я так и предполагала примерно.
— Красивенько, — миленько щебечу и приступаю к мести. Режу рукав пальто, злорадствуя. Оно быстро отправляется на пол. — Меня — Альбина. Снимай водолазку.
Он медленно хватается за край чёрной ткани, стягивает с себя кофту. Внимательно осматриваю его мышцы, пуская слюни на рельефные кубики и пресс.
Кажется, у меня недотрах, прости господи.
Да ладно?! Ты это только поняла?! После того, как кайфовала, пока он тебе соски через ткань трогал?
Машу головой, отгоняя своё второе пошловатое «я». Оно всегда за любой кипиш. А теперь хочет мужика. Этого вот. Странного, злобного, будто тоже недотраханного.
Но я девочка приличная!
Могу прилично набедокурить…
— Не удивлён, — хмыкает.
— Почему?
— Все Альбины с ебанцой.
— Пф, — фыркаю. — На себя бы глянул, волк-одиночка, живущий в лесу без телефона.
До сих пор в это поверить не могу.
С трудом разрезав плотную водолазку, выкидываю её в сторону. Голый он мне больше нравится. Так хотя бы отвлекаюсь от его грубых фраз.
— Стой, — до меня вдруг доходит. — А тебя мы зачем раздеваем?
Ладно я. Я грязная.
— Потому что я тоже собираюсь в душ, — как в ни в чём не бывало отвечает. — Я каждый вечер в него хожу. Если ты не заметила — за окном уже темно.
— В-вместе? — проговариваю, заикаясь. Фантазия разыгрывается не на шутку.
А он словно цепенеет. Взгляд злющий становится.
— Хрен там. Я за стенкой постою. Ещё не хватало мне тебя изнасиловать.
Изнасиловать? Кто здесь кого быстрее изнасилует, а?
Ой… Уходи второе «я», уходи. Мне всего лишь нужно дождаться второго января.
А сегодня только…
Ночь с тридцатого на тридцать первое.
Вот попала…
Мне ещё два дня быть с невыносимым красавчиком, чьи кубики постоянно привлекают взгляд, заставляя облизываться. Точно с обложки сошёл.
И тут я скорее изнасилую его, чем он меня.
Тьфу!
Дёргаю его за руку, поторапливая.
У меня вроде бы брат красавчик, да и друзья
