на лице Морозова сменилось недоверием, а после и вовсе подозрительностью. Тем временем, наши Кодексы проявились в реальности и между ними произошёл некий обмен. Даже мне не было понятно что происходит, но это определённо было нам на пользу.
— Наставник… Аркадий, как это понимать?
— По уму, надо было объявить об этом когда ты нашёл свою специализацию. С того момента мне действительно больше нечему тебя учить. У тебя свой путь развития и я тебе на нём не смогу помочь.
— Ну хоть советом поможешь, если что?
— О, уж чего, а советов у меня предостаточно. — осклабился, я. — Тебе ещё надоест их выслушивать.
— Поживём увидим. Дальше я сам?
— Да, мне надо вернуться. У нас слишком много врагов и не скажешь даже кто из них опаснее.
— Тогда, удачи тебе. Надеюсь ещё свидимся. — мы крепко обнялись, а потом разошлись в разные стороны.
Митрофан командовать дальнейшим наступлением, пока армии европейцев не успели организоваться для контратаки, а я прыгнул в Шарика и наказал мчать домой.
Обратный путь был затруднён многочисленными беженцами, заполонившими дороги. И это были не только простолюдины. Два кортежа мелкопоместных дворянчиков не смогли поделить дорогу и устроили многокилометровую пробку из-за какого-то, по моему мнению, пустяка. Они никак не могли решить, чья головная машина должна проехать перекрёсток первой. С трудом объехав их по обочине я решил немного похулиганить. Остановившись прямо возле спорщиков, опустил окно и крикнул им.
— Эй, бараны, пока вы тут будете стоять, я уже доеду до Питера и отжарю там ваших подружек.
Да, это было очень грубо. Даже неприлично. Практически за гранью. Зато эти два барана перестали выяснять у кого длиннее и толще… родословная, и обратили внимание на меня.
А я с улюлюканьем помчался дальше по практически пустому шоссе. Эти двое собрали действительно большую пробку, полностью перекрыв движение в этом направлении. Специально не стал гнать, поэтому через две минуты увидел в зеркале стремительно нагоняющие меня автомобили. Здоровенные, чёрные. Полувоенные модели Ульяновцев выглядели грозно. А с замерцавшей плёнкой щита, ещё грознее — ускоренные магией эти тяжёлые машины могли без особых проблем таранить лёгкие укрепления. Нетрудно догадаться, что станет с обычной машиной, когда в неё влетят два таких болида.
Только я ехал далеко не на обычной и уже не такой уж и машине. Шарик как почувствовал, что ему грозят неприятностями и сперва было ускорился, но потом наоборот, притормозил по моей команде, чтобы преследователи догнали побыстрее. Заметив, что я замедлился, водители ульяновцев наоборот только прибавили газу, выжимая из машин все соки. Даже магические щиты спереди укрепили так, что они засветились от избытка энергии. Похоже ребята уже предвкушали как размажут меня тонким слоем по асфальту. Чтож, не буду их разочаровывать раньше времени. Пускай насладятся моментом триумфа. Потом больнее будет осознать собственное фиаско.
Как я уже заметил, Шарик уже довольно давно перестал быть продуктом автозавода. Поэтому за мгновение до казавшегося неизбежным столкновения, он попросту подпрыгнул метра на три вверх, пропустив преследователей под собой. Не ожидавшие подобного, автомобили дворянчиков промчались дальше не имея возможности ни притормозить ни свернуть — рулевое управление частично блокируется в режиме тарана.
А потом началась потеха. Мы буквально поменялись местами. Шарик неожиданно мягко приземлился, вмиг догнал машины баронов, я наконец разглядел их гербы и распахнул клыкастую пасть. Которой начал откусывать целые куски от враждебного транспорта. Когда дело дошло до задней двери, в открывшиеся проёмы на меня уставились ошалевшие бароны. Они даже попытались атаковать какой-то магией, но сработавшая защита уже моей машины не дала им ни единого шанса. Как, впрочем, не особо помог им и огнестрел. Автоматную пулю броня держала уверенно, а крупнокалиберного пулемёта ни у кого в машине почему-то не оказалось. Фатальное упущение с их стороны.
Шарик не успокоился, пока не откусил задние мосты обоим внедорожникам по самые колёса. Как он при этом не задел сиденья, осталось загадкой, но содержимое салона не вывалилось на полном ходу и осталось материться внутри. Разумеется после такого демонтажа автомобили потеряли ход и выбыли из гонки. Обозвав их напоследок придурками, чтобы было пообиднее, я помчался дальше.
Уже на ходу навёл про них справки. Бароны Огурцов и Капустин. Для своих мест они конечно были большими шишками, но по столичным меркам это были мелкие сошки, поэтому я забыл про их существование уже через несколько часов. Как раз подъехал к Гатчине. Ещё немного и буду дома.
Не тут то было. Дорога была перекрыта военными, которые никого не пропускали. Оценив размер очереди, я в наглую вывернул на встречку и доехал до блокпоста под возмущённые гудки автомобилей. Перед ограждением пришлось притормозить — в мою сторону развернули башню танка.
— Служивые, вам жить надоело? — высунулся я из машины.
Не заметить родовые гербы на Шарике они никак не могли, но всё равно не пропускали.
— У нас приказ, ваша светлость. — соизволил ответить один из солдат.
— Приказ у них… Зовите старшего.
Где это видано, чтобы князя домой не пускали?
Видимо начкар оказался не совсем идиотом, потому что уже через пару минут меня пропустили и даже вежливо пожелали хорошей дороги. Ну пока среди них есть хоть кто-то с мозгами, не пропадут.
Больше мне никто препятствий не чинил, поэтому в поместье я примчался очень быстро. Заодно и оценил состояние дороги. Та, которую построил я выгодно отличалась даже на фоне имперской трассы. Что значит строить для себя или из под палки. Таки две большие разницы, как любил говорить Соломон Яковлевич, когда вёл занятия по экономике тогда ещё Джозефу Ротшильду. Этого старого Одессита ничуть не смущал ни довольно юный возраст, мне тогда было десять, ни то, что я, по идее, не должен был понимать его речь. Лекции он вёл исключительно на русском языке, хотя прекрасно изъяснялся на английском. Как он сам заявил на самом первом занятии — таки нет лучшего занятия для развития мозга, чем получение.новых знаний на слабоизученом языке. О да, этот старый лис заранее узнал, что я пропускал большую часть занятий именно по этому языку и решил таким образом проучить мальчишку. Наивный юноша, я конечно подрастерял хватку в детском теле, но опыт жизни нескольких сотен лет, это опыт жизни нескольких сотен лет. Через пару занятий он перестал корчить из себя надменного индюка, а после пятого мы вдвоём разбирали особенности налогообложения Британской короны
