фонаря. Говоря, Эйв бурно жестикулировал — два года кругосветного путешествия и общения с простыми матросами научили его ловко подражать их манерам.
— Ну, давай, — рассмеялся взводный.
Смешки. Шуточки. Покачиваясь, точно в шторм, Эйв двинулся вперёд. Он загорлопанил лихую моряцкую песню про коричневую Солли и про то, как устал с ней трахаться. Он знал: для сухопутных песня звучит похабно, ведь никто из них не догадывается, что коричневой Солли на моряцком жаргоне называют корабль.
— Эй, как там тебя… Грэм! Ты с голыми руками пойдёшь? Пистолет не дам, но нож-то хоть возьми, — крикнул кто-то сердобольный.
Эйв обернулся к нему, махнул, пренебрежительно разрубая воздух ребром ладони:
— Где ты видел моряка без кортика? Сам утопай, а кортик выручай.
И запнулся, осознавая свой стратегический просчёт. От взвода принца сейчас отделял уличный фонарь, и его жёлтый свет как раз падал Эйву на лицо.
— Господа… Так это ж сын короля! — вдруг выдохнул кто-то. — Наследник престола…
Кальмарьи потроха! Эйв чуть не выругался вслух. И ведь нашёлся же кто-то знакомый!
— Вот все говорят, что похож, — заплетающимся языком сообщил ощетинившемуся взводу, пошатнулся и вцепился в фонарь. — Видно, король не брезговал шататься по борделям. Так что я — того, наследник… ик… законный. Почти. Вот.
— Грэм, — напряжённым и серьёзным голосом позвал его взводный, — иди сюда. Ты забыл кое-что.
— Кортик?
— Да-да, его. И выпить. Ты же хочешь выпить, Грэм?
Эйв оттолкнулся от столба. Его повело. Он медленно двинулся обратно.
— Да не, быть не может, — проворчал сиплый голос. — Какой из него принц? Мало ли кто в рожей вышел кого.
— Проверим, — буркнул взводный тихо, но у Эйва был острый слух.
— Выпить это завсегда пожалуйте! — принц поднял палец. — Я пью не потому, что пьянь, а для ради уважения…
Он шёл пьяной походкой, будто кто-то тащил на верёвочке, привязанной к ключице. Левым плечом вперёд, точно рассекал густую воду. Поравнялся с Бульваром Аптекарей и резко рванул вбок.
— Взять его! — заорал взводный.
Грохнул выстрел. Пуля пролетела мимо. Эйв удирал, петляя и благословляя собственные длинные ноги и отменные тренировки. Четверо или пятеро муренцев гнались за ним. Снова — выстрел. И снова мимо. Принц вильнул, заскочил в узкий проулок между задними флигелями домов — место для вёдер с нечистотами. Побежал вдоль стены. От зловония тотчас закружилась голова.
— Да твою ж…! — заорал кто-то из преследователей.
Эйв злорадно ухмыльнулся и принялся опрокидывать за собой вёдра. Глаза заслезились, и на мгновенье беглец испугался, что сейчас задохнётся от вони. Штук пять выстрелов сообщили ему, что враги не так далеко, как хотелось бы.
— Никакой он не принц, — рявкнул кто-то из преследователей, замерших перед вонючей преградой. — Ни один принц не попёрся бы в такую клоаку.
— Всё равно он… странный. Надо разобраться.
Эйв замер, стараясь не дышать. Благо сюда свет уличных фонарей не попадал вовсе. Запрокинул лицо, старясь вдохнуть хоть глоток воздуха. И только сейчас заметил, что небо налилось багрянцем. Пожары. Видимо, артиллерия попала во что-то… склад? Амбар?
— Да йотпа с ним, — решил старый вояка.
Но для надёжности они всё же разрядили пистолеты в темноту. Четвёртая пуля задела руку, и Эйв с трудом подавил крик боли. Оскалился, стиснув зубы. Шестая рикошетом вонзилась в глаз.
Вспышка. Невыносимая боль. Мир умер.
Принц не слышал, как враги, ругаясь на чём свет стоит, гуськом выбирались из отхожего проулка, как один из них, перед выходом на улицу, расстегнул ремень, спустил штаны и помочился на стену.
Город, захваченный Южным полком, пылал.
А где-то там, во дворце, разбуженная канонадой и отблесками пожаров, принцесса Ирис услышала мужские голоса и, испуганная, устремилась к ним.
ПРИМЕЧАНИЯ
газовые фонари — в нашем мире впервые появились в начале XIX века
твари огня — демоны
отдать собственные земли — герцогство Ширана находится на юге, т. е. как раз на побережье Ядовитого моря, отделяющего от Мурсии Южный континент. Эйв имеет ввиду неизбежную после мятежа междоусобицу, во время которой так же неизбежно последует интервенция демонов. Естественно начнётся она с южных земель
управляемый аэростат — в этом мире ещё нет самолётов, но о них уже много говорят
второй в очереди — наследник престола Эйв, пока у него не родился собственный наследник, ему наследует Астор, как младший брат.
сосиски — в нашем мире сосиски впервые появились в 1805 году
— О, дева, днесь я умереть готов за вашу честь — Эйв цитирует стихотворение прошлого, куртуазного века, знаменитого пафосного поэта Синьярина.
окуляры, заучка — в Мурсии есть женское образование и не так давно король Кальдер разрешил женщинам получать высшее образование, но негативные настроения по этому вопросу в обществе ещё сильны
цирасский ковёр — цирасское царство находится на востоке и славится благовониями и коврами, настоящий цирасский ковёр безумно дорог, чаще встречаются подделки. Изготавливается из шерсти летающих котов, которые водятся только там. По лёгкости их шерсть сравнима с гагачьим пухом, но намного прочнее.
йотпа — йотпы это мелкие грызуны вроде сусликов или крыс. Вонючие. Ими ругаются.
обитель Упокоенных душ — нечто вроде монастыря, о нём будет позже. Здесь же находится городское кладбище
Персиковый город или Персик — столица Мурсии
Исчезнувшие короли — они же Забытые, Древние, они же боги
Кальдер I — первый король из династии Белокурдов, пятьсот лет назад поднял мятеж, убил последнего Древнего короля и основал собственную династию. Долгое время его потомки делали покерфейс, стараясь не вспоминать о тех событиях, поэтому в честь прадеда королей начали называть совсем недавно
радиально — т. е. радиусу, поперёк
"жёлтый свет" — окраина города, масляные фонари
Глава 4. Будь по твоему
«Эйв жив. Он спасся. Он отомстит за нас» — это была первая мысль, которая пришла девушке в голову, когда туда смогла прийти мысль.
Между ног всё саднило, болело. Голова гудела, как колокол. Живот ужасно ныл. И зубы. А щека раздулась и занемела.
Ирис приподнялась на локте, распахнула глаза. Красный свет. Или нет? Поморгала. Багровый туман немного рассеялся перед взглядом. Комната. Узкая: четыре шага длиной, два — шириной. Тёмная: сквозь окошко-бойницу из-за широкой — метра три — стены дневной свет практически не попадал. Каменная. Отделки нет. Очень холодная.
Девушка села и невольно отдёрнула ступни от ледяного пола. Ледяного, несмотря на тапочки, которые по-прежнему согревали её ступни. Поправила заляпанную сорочку. Бёдра слипались и чесались просто ужасно. Никогда в жизни принцесса не была настолько грязной.
Узкая лежанка. Деревянная. Просто полка, без всяких удобств. На ней — тощий матрасик и грубое шерстяное одеяло.
