и случиться чего. Мы, кстати, так и будем тут стоять или начнём уже делать чего-нибудь?
– Личинки будем собирать! – рявкнул Гиря и пинком отправил мне в руки одну из корзинок.
– Не вопрос, если надо, то соберём. – Я хотел начать сбор, но по раздувшейся роже начальника понял, что делать этого не стоит. Бросив корзинку, большим пальцем показал на проход и поинтересовался: – А может лучше Копчёного спасти попытаемся? Вдруг этот, как его там, минотавр, ещё не пообедал и шансы есть. Крови же нет.
Толпа, приближение которой слышалось с момента нашего прибытия на место преступления, наконец-то подоспела, и Гиря тут же обзавёлся зажженным факелом, в котором нет смысла, потому что благодаря освещению и так всё отлично видно.
– А где Бутылка? – тут же поинтересовался я, подметив, что все до одного вооружены кирками. – Забыли, что ли, с собой позвать?
Пихнув меня плечом, Гиря прорычал:
– Заткнись, битый! – указав пальцем на самого высокого шахтёра, скомандовал: – Вжик, быстро дуй на поверхность и доложи о происшествии. Нам нужны ворота-полуторки.
– Ворота? – ловко отобрав у Гири факел, я сделал шаг к проходу и, споткнувшись на обломках, почти влетел внутрь. Вернув равновесие, спросил: – Товарищи, мы что, даже не попытаемся спасти Копчёного?
Все шахтёры и Гиря вместе с ними потеряли дар речи и дружно отступили. Уверен, причина тому проста, я зашёл внутрь тоннеля, из которого минотавр попал в шахту посредством разрушения тонкой, всего сантиметров пятнадцать-двадцать, каменной перегородки. Увиденное радует, часть вопросов автоматически снимается, картина знакомая.
– Битый, давай без резких движений только, медленно разворачивайся и выходи. – Гиря говорит успокаивающим тоном, словно заботливый папочка, который пытается уговорить сынишку поспать. – Минотавр ушёл, но может вернуться в любой момент, а нам даже ворота не принесли. Слышишь меня, Битый?
– Слышу, слышу. – Покинув тоннель, я осторожно добрался до шахтёров и поднял с пола кирку, которая принадлежит исполняющему обязанности гонца Вжику. Спокойно поинтересовался: – Минотавр всегда убивает тех, кто боится его? Это напрямую связано с произнесённым именем, верно? Копчёный говорил мне про некую силу, которая забирает всех, чьё имя звучало, но не сказал, что сила – минотавр. И да, Копчёный назвал мне своё имя, его зовут Толя, а я назвал ему свое, меня зовут Никита.
Шахтёры дружно забормотали нечто невнятное и сделали ещё несколько шагов назад.
– Битый, ты ведь тоже теперь покойник… – Гиря сильно растерян, он не понимает моих действий, и не знает, чего от меня ждать. Боится не скрывая страха.
Видя, что дальнейший разговор вряд ли возможен, я сказал:
– Ладно, не парьтесь, всё сам додумаю. Минотавр, так понимаю, всего лишь предположение. Кто и куда уносит шахтёров никто не знает, потому что те, кого унесли, не возвращались. Уносят всегда тех, чьё имя звучало, так гласит ваша легенда. Те люди, чьё имя было названо вслух, наверняка сильно боялись, а страх – это не только запах, но ещё и излучение, если кто-то не знал. Тварь, что прорывается в шахту, нападает только на тех, кто боится, это факт. Значит тех, кто страха не испытывает, она просто не видит. Информации для победы более чем предостаточно. С уксусом, конечно, было попроще, но и тут не шибко сложно, справлюсь. – Провернув кирку в руке, я рванул в проход, не забыв крикнуть напоследок: – Если всё-таки поставите ворота, то оставьте возле них человека. Пусть слушает, я постучу. Обязательно вернусь, не теряйте…
* * *
Тауран, такое имя дали этой планете наши далёкие предки, когда нашли её и поняли, что она очень близка по параметрам к планете-матери, Земле. Проект Основа имел много важных пунктов, и одним из них была колонизация. Выбор был очевиден.
На планету Тауран корабли предков, ведомые проектом Основа, сели много миллионов лет назад. Всё прошло не как планировалось, а через пятую точку, и в итоге цели сильно изменились. Кардинально, я бы сказал, но сейчас речь не об этом, а о более мелком, об одном кораблике, что затерялся в летах, и их миллионах.
Город Виврор построен на очень богатой полезными ископаемыми горе, за счёт которой он и процветает. Рабы трудятся, прибыль тикает. Но! Есть одно «но», и это минотавр, который довольно часто ворует рабов. Это не слишком сильно мешает рабочему процессу, к явлению уже все привыкли, но бороться с ним почему-то даже не пытаются. Все, от верхушки Виврора, до рабов, думают, что минотавр проклятие этой горы. Но нет, лишь я, Никита Ермаков, случайный, а может быть и вовсе не случайный, пленник, знаю, как всё обстоит на самом деле.
Корабли Основы были в большинстве брошены за ненадобностью, но при этом к каждому приложена собственная система охраны. Миллионы лет шли, всё менялось, но, как ни странно, сами кораблики так и остались целёхонькими, ведь предки умели делать надёжные вещи. С системами охраны не всё так славно, повидал я их немало в своих несуществующих жизнях, ведь многие кораблики Основы посетил, и где-то защита работала как новая, как твердит моя память, а где-то с горем пополам. Бывало, отсутствовала вовсе защита, давно исчерпав себя. Здесь, под Виврором, защита уцелела, я уверен в этом как в себе самом. Минотавр или минотавры – и есть та самая защита.
Шагая, я говорил сам с собой:
– А ведь происхождение тоннелей так и осталось неизвестным для меня. Мог ведь узнать о них у Всезнайки, когда она была со мной. Или порыться в базах данных Основы, пусть не долго, но такая возможность у меня имелась. Эх, Ермаков, довелось тебе однажды властелином двух миров побыть. Недолго, к счастью. Лучше уж так, чем как «горячо» любимый дедушка, которому я обеспечил «прекрасное» будущее.
Кости, немереное их количество, они повсюду. Туннели, их в горе очень много, память твердит, что бывает минимум от пяти и до сотни, все они идут от центра, которым является корабль Основы, и стремятся в одну известную им неизвестность. Длинна их тоже колеблется, встречал и такие, дойти до конца которых не получалось, но в большинстве своём они не превышали пяти километров. Все эти туннели, как без этого, сильно мешали выработке породы. Шахтёры боялись натыкаться на них, потому что знали, что где-то там бродит жуткий минотавр. Надеюсь, что при помощи кирки я сумею завалить его. Или их…
Теория, возникшая в моей голове, имеет право на жизнь, но при одном условии – если тварь, что прозвали минотавром, реально похожа на Критское чудовище с телом человека и головой быка. Вероятность, что где-то в этом тоннеле мог открыться портал на Землю, была низкой, но она всё же была. И в тот портал мог угодить минотавр.
Выходящий портал открылся, догадаться не сложно, на острове Крит, в Древней Греции. И чудище, почему-то не умершее, начало терроризировать местных жителей. А потом пришёл Тесей, убил его и стал героем. Так, стоп!
Что мы знаем о порталах с Таурана на Землю?
Не многое, но главное знаем, всё живое, что пытается пойти этим путём, умирает. Мне говорили, что не умирают люди, которые родились на Тауране, но оказалось, что это не совсем так, умирают все, кто не имеют кода Основы. Имея код, можешь хоть по семь раз на дню туда-обратно носится, но без него всё, смерть, проверено. Вывод – минотавр, угодивший в портал, на остров Крит переместился будучи мёртвым. И его таким нашёл Тесей, а затем просто объявил, что убил чудище и стал героем.
Ну а что, я бы на его месте так и сделал бы, времена ведь такие были, каждый как мог крутился. Тесей, если всё было иначе, и ты реально сражался с минотавром, то прости за поклёп, ты крутой дядя! А если всё было как в моём предположение, то тоже круто, подарок судьбы был использован по назначению.
Думая о Греции и минотавре, не заметил, как дошёл до цели. Вот он, гад рогатый, стоит на развилке двух тоннелей, в трансе пребывает, ждёт чего-то. Не меня ли?
Так-так, звук
