— Я верю вам. У меня нет никаких дурных намерений, клянусь. Просто я знаю, что такое смерть. Я видел это много раз.
— Он звал меня…
— Потому что любил.
Рианнон надолго замолчала, а Джулиан не шевелился, прислушиваясь к ее дыханию. Веки ее сомкнулись. Она погрузилась в зыбкий сон. Джулиан осторожно прилег рядом, не спуская с нее бдительных глаз. Смутившись, он поправил на ней ночную рубашку, потом поискал полотенце. Оно валялось около кровати. Он взял его и прикрыл свою наготу. Неужели она действительно заснула? Может быть, это какой-то фокус? Он не мог расслабиться. Осторожно откинул локон с ее лба. Она глубоко вздохнула, но не произнесла ни слова и не пошевелилась. Джулиан невольно залюбовался ее чертами.
Вдруг Рианнон повернулась на бок и доверчиво прижалась к нему, совсем как спящий ребенок. Вздрогнув от неожиданности, Джулиан тем не менее не убрал свою руку, а продолжал ласково гладить ее по волосам. Да, она заснула. Слава Богу!
Он боялся вздохнуть, чтобы не разбудить ее, но ему трудно было сохранять спокойствие. От ее тела исходил аромат, который кружил голову, плечо в том месте, где на нем лежала ее ладонь, горело. Через тонкую ткань ночной рубашки отчетливо проступали волнующие женские формы — узкие плечи, полушария полной груди, впадинка живота, возвышенность бедер… Он вновь коснулся рукой ее волос, и она вдруг придвинулась к нему еще ближе.
Джулиана прошиб холодный пот. Она едва не задела рукой то место на его теле, которое было охвачено настоящим пожаром. Черт возьми… Еще немного, и она проснулась бы, дико вскрикнула и упорхнула, как птичка…
Рианнон вновь вздохнула во сне и перевела свою руку выше. Ее ладонь легла Джулиану на грудь, но легче ему от этого не стало. Он клацнул зубами и на мгновение зажмурился. Дьявол! Джулиан по-прежнему боялся шевельнуться, он уже проклинал себя за то, что вообще вошел в эту комнату.
Рианнон придвинулась ближе. Она прижалась к нему всем телом и рукой притянула его к себе. Во сне… Во сне? Интересно, сколько опия она успела сегодня выпить? Судя по всему, немало. А хотела еще. Она наверняка знала, чем это могло для нее обернуться. Но все же просила, даже дралась с ним. Он не дал, и в конце концов она заснула без опия. Или все это хитрость, и она не спит?
Джулиан осторожно отодвинулся, но Рианнон тут же прижалась к нему снова.
Черт возьми! Дремота, навеянная вином и горячей ванной, окончательно рассеялась. Почему он не спит? Ведь завтра опять в лес, опять скрываться, и еще неизвестно, уйдут ли они от очередной погони. Времени на отдых оставалось совсем чуть-чуть. Но он не мог заснуть.
Господи, что за наказание…
Какой, к черту, сон, если у него кружилась голова от близости молодой прелестной женщины, он весь горел от ее прикосновений, а пот ручьем катился по вискам…
Что же делать? Джулиан попытался сосредоточиться, отчаянно вызывая в памяти безмятежные сюжеты детства, мира, покоя…
Ему очень хотелось заснуть.
Глава 3
Сколько она себя помнила, Рианнон всегда любила Ричарда Тремейпа. Он родился в Виргинии, совсем недалеко от Вашингтона. Она родилась и выросла в северной Флориде. Но зато их отцы знали друг друга с детства — оба были родом из небольшого городка в Уэльсе. Отец Ричарда по приезде в Америку заделался литератором и журналистом, а ее отец занялся соляным производством и плантациями. Но несмотря на это, они остались близкими друзьями. Отец Рианнон до конца оставался ярым приверженцем единого американского государства, он был категорически против выхода из него Флориды, как бы его за это ни поносили. В 1860 году, когда угроза войны уже витала в воздухе, Рианнон счастливо вышла замуж за Ричарда. Скромная свадебная церемония прошла в Вашингтоне. В первую же брачную ночь она проснулась от дикого ужаса и своим криком разбудила Ричарда. Ей приснилось поле боя, затянутое пороховой гарью и заваленное трупами солдат. Сон был навеян тем, что она ежедневно слышала на улицах. «Мы переломим южанам хребет в считанные недели… Мятежники быстро пожалеют, что все это затеяли, мы преподадим им жестокий урок…» Но в ночном кошмаре Рианнон уже не было пустых слов, там ее взору явились последствия… Горы искромсанных, изувеченных, изрубленных тел и повсюду кровь…
Долгое время она ничего не говорила Ричарду, но он и сам чувствовал, что ей снятся кошмары. Он не смеялся над ее видениями, он верил и всегда прислушивался к ее предостережениям. А когда ей было страшно, он неизменно приходил на помощь, пытался отвлечь от черных мыслей, осыпал ее ласками, заставлял забыться на брачном ложе, разливал по бокалам легкое вино, без конца шутил, потом снова уносил се в постель…
И все же она чувствовала неумолимое приближение войны. Когда Ричарда призывали, ей впервые приснился сон про него… самый страшный. Со слезами на глазах она умоляла его не уходить из дома, но он только разводил руками и отвечал, что у него нет выбора. А потом Флорида объявила о выходе из состава Штатов.
Кошмары…
Сколько раз она молила Бога о том, чтобы он пощадил ее и избавил от них раз и навсегда! Но они никуда не уходили, и теперь она боролась с ними в одиночку. В трудную минуту ей всегда вспоминались советы Ричарда. Он говорил: «Думай только о хорошем, не подпускай к себе черные мысли и черные сны, ничего не бойся».
К тому времени она уже поняла, что в некоторых снах ей являлись события, которые еще можно было предотвратить.
Ричард.
Сейчас он лежал с ней рядом. Она чувствовала тепло, исходившее от его тела. Его не могло здесь быть, ведь он погиб. Она видела его смерть во сне. Но вдруг это был обман? Или всего лишь предостережение?.. Как ей не верить в то, что он рядом? Она могла дотронуться до него, и он не исчезал, она даже слышала, когда он поворачивался или пытался отодвинуться от нее… Почему он это делает? Почему пытается отодвинуться? Ему неудобно так лежать?..
Надо думать о хорошем…
А хорошее — это Ричард. Оказывается, сны могут не только пугать, но и быть светлыми. Ей приснилась смерть Ричарда, но вот же он тут… рядом… Значит, если она не отпустит его от себя, он не погибнет…
Она коснулась его ладонью и почувствовала тепло кожи, ощутила, как перекатываются под ней налитые мышцы. Отчего в нем такое напряжение? Она начала медленно гладить его рукой по груди, наслаждаясь ощущением его близости…
Я не отпущу тебя, ты не погибнешь. Я сделаю так, что ты останешься со мной.
Она прижалась губами к его теплому плечу, а потом принялась покрывать легкими поцелуями шею и грудь. Одновременно ее ладонь продолжала блуждать по его крепкому телу, лаская кожу.
Он не шевелился. Как мертвый…
