мундиры где угодно. Они идут сзади, медленно нагоняя.
Я резко отворачиваюсь вперёд, делаю глубокий вдох и стараюсь унять бег мыслей. В панике я не помогу ни себе, ни тем, кого хочу спасти. Арина прошла через это — и выжила. Мой единственный шанс убедиться, что с ней всё в порядке, и вновь быть с теми, кого я люблю, — пройти Фестиваль Огня.
Я снова оглядываю толпу — на этот раз в поисках сестры. Но из-за факелоносцев, освещающих путь спереди, лица сливаются с тьмой, и различить кого-либо почти невозможно.
Одежда у всех разная, но легко понять, кто здесь — кандидат, кто пройдёт через ритуал Огненного Испытания, а кто уже является полноправным учеником. Чаша Аркан требует сражения лишь в первый год обучения; последующие жертвы приносятся проще. Потому я предполагаю, что те, кто облачён в шёлк и бархат, уже прошли свою проверку. Их наряды созданы не для движения, а для того, чтобы стоять, сидеть, возможно — пить и есть. И даже в этом я сомневаюсь — настолько туго затянуты их корсеты и тесны брюки.
А вот те, кого я определяю как кандидатов, одеты куда практичнее — в боевую одежду, как и я, приспособленную для движения. Хотя, надо признать, качество их вещей оставляет желать лучшего.
Некоторые из претендентов возбуждённо перешёптываются. Они с нетерпением ждут церемонию — они готовы прикоснуться к тайнам Академии Аркан. Бедняги. Чаша Аркан — это проклятый ритуал, однажды сказала мне мать, когда я спросила её о паломничестве, которое раньше совершали к крепости в поисках силы, задолго до того, как она стала академией.
С тех пор как Каэлис взял всё под свой контроль, доступ к крепости открыт лишь претендентам, посвящённым, ученикам, преподавателям и персоналу. Ритуалы и учения академии якобы тщательно оберегаются. Но, как и любой секрет, они прекрасно известны тем, кто у власти. Знать Орикалиса торгует тайнами так же легко, как картами Таро или блестящими монетами и банкнотами регилла. Единственная причина, по которой я знаю хотя бы то, что знаю, — это моя работа в Клубе Звёздной Судьбы.
Я стараюсь сосредоточиться на тех, кого считаю студентами. Арина теперь на втором курсе. Трудно поверить, что она станет для меня старшей в этой школе, учитывая, что всю жизнь я пыталась присматривать за своей непоседливой младшей сестрой. Она всего на год младше меня — соврала о возрасте, чтобы поступить в девятнадцать, — но мне всегда казалось, что она ещё младше.
Понятия не имею, какую одежду она может носить, чтобы вписаться в круг своих однокурсников. Высокие воротники, капюшоны и замысловатые причёски только усложняют дело — в полумраке трудно отличить одного студента от другого.
Поэтому я сосредотачиваюсь на запястьях девушек. Перед тем как Арина уехала в академию, я подарила ей серебряный браслет — простой, но я бы узнала его в любом месте. На внутренней стороне круглого медальона выгравированы буквы ЗКС — Звёздный Клуб Судьбы, чтобы она никогда не забыла, откуда пришла. Я не вижу ни на ком браслета, хоть сколько-нибудь похожего на её.
Но пространство здесь тесное, а у многих длинные рукава… Я найду её, когда всё это закончится, — убеждаю себя. Или она сама заметит меня во время испытания Чаши и найдёт меня. Несмотря на то, что я теперь выгляжу иначе — после всего, что было в Халазаре, — я уверена, что сестра узнает меня при любых обстоятельствах. Как и я её.
Впереди указатель на стене: претенденты — направо, полностью зачисленные студенты — налево. Я сворачиваю направо, спускаясь вместе с остальными туда, где нас ждёт ритуал силы и жертвы.
Глава 6
Большинство я угадала верно — кто студент, а кто только претендент, — но всё же несколько человек, идущих направо, удивляют меня. Я спускаюсь по изогнутой лестнице за девушкой в платье без бретелей, с пышной юбкой и лифом, перехватывающим дыхание. Ей остаётся только надеяться, что в её испытании не будет много движений.
Наше шествие заканчивается в просторной комнате, вдоль стен которой расставлены деревянные скамьи — и больше ничего. Напротив входа у двери стоит женщина, словно воплощённая рапира. Волосы цвета холодного серебра зачесаны назад в высокий хвост. Её тело — вытянутое и напряжённое, а взгляд — ледяной, прищуренный.
По обе стороны двери, которую она охраняет, под самым потолком тянутся узкие горизонтальные окна. Сквозь них льётся неестественное голубоватое сияние. Претенденты сразу же устремляются к ним, проигнорировав скамьи.
— Все вы будете ждать своей очереди, — произносит женщина. В голосе — равнодушие, во взгляде — холод. — Когда придёт ваше время предстать перед Чашей, вас позовут по имени.
Хотя я знаю, что меня ждёт, я всё равно подхожу к окну вместе с остальными. Арина рассказывала мне о сути первого испытания в академии, но никогда — о самом зале.
Святилище Чаши больше похоже на арену, чем я ожидала. В массивной стене вырублены ряды, утопающие в тени. Огромные мраморные колонны словно держат на себе весь зал, поддерживая потолок, до которого не добраться взглядом — так высоко он парит над нашими головами. На каждой колонне спускаются цифры от одного до десяти, переплетаясь с замысловатыми резьбами, изображающими придворные карты Младших Арканов — по одной на каждый мастевой ряд.
Но моё внимание приковано к легендарной Чаше Аркан. Она напоминает жаровню, установленную на алебастровом пьедестале. Я слишком далеко, чтобы рассмотреть детали. Рядом с ней — Каэлис, окутанный её пульсирующим светом.
Один за другим студенты подходят и вытаскивают по три карты из колоды, которую Каэлис выкладывает на край пьедестала. Затем выбирают одну и бросают в Чашу. Та вспыхивает, холодное пламя поглощает карту, и сияние на миг окутывает студента. Но никто не выходит оттуда раненым.
— Что происходит? — спрашивает девушка с короткими рыжими волосами.
— Я знаю не больше твоего, — качает головой та самая, чьё платье я недавно мысленно жалела.
— Сейчас второкурсники и третьекурсники приносят новую жертву Чаше, чтобы открыть доступ к более сильным картам. Поскольку они уже однажды её кормили, ритуал идёт быстро — у них уже есть связь с артефактом. В отличие от нас. — Я звучу, как учебник. Обе девушки оборачиваются ко мне, удивлённые. Заодно — и другие, слышавшие мои слова.
Чаша Аркан — один из легендарных артефактов Орикалиса. Ещё до создания академии и благословений короны, как благородные, так и изгнанные арканисты тайно отправлялись в крепость, чтобы нарушить запрет и встать перед Чашей. Тогда они приносили жертву — и в обмен получали силу, позволявшую творить продвинутые
