Читаем без скачивания Шалость судьбы - Ольга Готина

— Малышка пришла, — первым увидел меня Эвот, привлекая к моей скромной персоне всеобщее внимание.

Его обращение ко мне не сильно напрягало, малышкой он меня называл скорее из-за миниатюрного роста и вида.

Маги с интересом изучали меня. Их взгляды особенно задержались на моих волосах, ярких как никогда. Выглядело, правда, это скорее как скопление пираний, приглядывающихся к своей новой жертве.

Исар соскочил со стола, делая шаг ко мне.

— Огонь не твоя стихия, — недружелюбно заявил он, окидывая меня презрительным взглядом, — эти стихия благородной крови.

Остальные молчали, не желая перечить своему «королю». Собственно, подобного приема я и ожидала.

— Боюсь, мне придется разрушить твои иллюзии, получается, твоя кровь не чище моей.

Я даже слышала, как его зубы скрипнули, сжимаемые от гнева. Единственное, до чего Исар никогда не скатывался, это рукоприкладство, но сейчас, видя, как блестят его глаза и сжимаются кулаки, я сомневалась в том, что он не сделает этого.

— Эй, приятель, не заводись… — тронул его за плечо Эвот, но дернувшись, Исар оттолкнул его.

— Я спокоен, просто отвратительно учиться вместе с ЭТИМ, — кивнул он на меня.

Моей голове внезапно стало очень тепло, и я бы не обратила на это внимание, но все вдруг уставились на меня с удивлением. Я же сдерживала в себе рвущийся наружу гнев.

— Малышка, как ты это делаешь? — отмер Эвот, смотря на меня с восхищением.

— Делаю что? — процедила я, все еще чувствуя себя оскорбленной и попавшей в змеиное гнездо.

— Вероятно, адептка Аро, он имеет ввиду ваши волосы, — раздался голос за моей спиной, обернувшись, увидела на пороге ректора Дакара, — и да, ваши глаза тоже, разумеется.

Недоумевая, я оглянулась в сторону окна, в котором были наши смутные отражения и ужаснулась.

— Мамочки! — закричала я, видя, как мои волосы горят. Горят в буквальном смысле, как костер на ветру. Да я же сейчас лысой останусь. Красных прядей больше не было, вместо них горел настоящий огонь, так вот почему моей голове стало так тепло. А глаза… глаза тоже горели! Языки пламени плясали в них. Я хлопнула рукой по голове, желая сбить пламя.

— Не бойтесь, — Дакар поравнялся со мной, — этот огонь не причинит вам ни капли вреда, он ваш. А вот других способен покалечить. Так что я бы попросил вас … прекратить это.

Но как?? Я не делала этого специально!

Меня начала охватывать паника, не так-то весело чувствовать себя горящим сгустком.

— Я не… — заикнулась я, испуганно смотря на ректора. Стихия во мне начинала бушевать все сильнее, я чувствовала, как моя кожа начинает гореть. Боже, неужели я способна вся превратиться в пылающий шар? Страх охватывал меня всю и не позволял успокоиться, я мысленно просила огонь исчезнуть, но он меня не слушался.

Ребята позади нас затихли, видимо все еще пораженные моим видом. Ректор сделал шаг ко мне, останавливаясь в опасной близости от моих пылающих волос и его руки оказались на моих плечах, мягко соскальзывая ниже и сжимая предплечья.

— Юна, — его голос был спокойным и вкрадчивым, чуть наклонившись, он заставил меня посмотреть на себя и я пораженно видела, как его глаза внезапно становятся ярко голубыми, постепенно словно выцветая в белый, жутко и … завораживающе, голос его был тих, но когда раздались следующие слова, я поняла, что они звучат лишь в моей голове, — успокойся, все хорошо. Ты больше их не боишься, ты больше не боишься себя, ты больше не злишься. Все позади. Все хорошо.

— Все хорошо… — вслух прошептала я словно в тумане. И туман действительно был, в голове и перед глазами, но вместе с ним накатило безграничное спокойствие. Я отшатнулась, делая шаг назад, и ректор убрал свои руки. Жар ушел и вместе с ним огонь, которым горели мои волосы, чуть повернув голову, я уже не увидела в отражении стекла его отблесков. Я была безгранично спокойна и контролировала стихию, которая теперь словно задремала внутри меня. Только вот странное наваждение все еще не проходило. Ректор тем временем обогнул меня, направляясь к преподавательскому столу. На автомате я развернулась и села на первое свободное место, поймав на себе любопытный взгляд Исара с приправой ненависти. Чувство словно я не принадлежу себе, не отпускало, хотя я отчетливо понимала что происходит, мысль о том, что все хорошо билась внутри меня и была чужой, однако я ей беспрекословно подчинялась.

— Адептка Аро теперь будет обучаться среди нас, — сквозь туман прорвался голос ректора, — и я попрошу вас принять ее в свой коллектив и помочь быстрее освоиться.

После этого он начал занятие, они отрабатывали вызов огня из пустоты. Для меня это было слишком сложным, и ректор поставил передо мной зажженную свечу, велев начать с нее. Я с легкостью гасила ее щелчком, но разжечь вновь не получалось, приходилось брать спички. Так же легко я снова отделяла огонь от фитиля, заставляя его подниматься в воздух. Я чувствовала стихию и могла ей давать простые команды, но она все еще не до конца мне подчинялась, брыкаясь. К тому же странное ощущение туманного спокойствия никуда не уходило, и я бы даже заволновалась, не будь мне так… спокойно. Отпускать начало лишь к концу занятия и пока остальные покидали кабинет, я сидела за партой, смотря на ректора, который тушил свечи и убирал в шкаф. Когда кабинет опустел, опомнившись, поднялась, но уходить не хотелось.

— Хорошо, что вы задержались, — послышался негромкий голос ректора, и он обернулся, уставившись на меня. Его взгляд словно ощупал меня, проверяя, — я хотел еще кое-что сказать.

Я молча приблизилась к его столу, куда он вернулся, продолжая говорить.

— Ваш уровень пока на нуле, возьмите учебники по практической магии огня, чем больше, тем лучше, сейчас вам нужно как следует изучить свою новую стихию, но я бы хотел попросить вас не практиковать в одиночестве. Как уже стало ясно, иногда это может быть чревато, особенно с магией огня, она буйная, мощная и не всегда слушается своего владельца поначалу, до тех пор, пока вы ее не приручите. Мне бы не хотелось, чтобы пострадали вы или кто-то еще. Вы можете приходить сюда вечером и практиковать, я почти всегда буду здесь.

Я лишь покорно кивнула, соглашаясь с его словами и хотя страха во мне уже не было, желания повторить то, что было сегодня с моими волосами, тоже не возникало. Я даже не понимала, как сделала это.

— Хорошо, тогда можете идти, — удовлетворился моим кивком ректор.

Но уходить я все еще не собиралась.

— Вы что-то сделали со мной, — наконец вымолвила я, уставившись на него, ступор начинал потихоньку отходить, но полный спектр эмоций еще не возвратился.

— Простите? — переспросил он, явно прикидываясь, что ничего не понимает, но я прекрасно знала что права.

— Что вы со мной сделали? — изменила я формулировку вопроса, с ужасом уставившись на него, — я слышала ваш голос в своей голове, а потом мне стало так спокойно…

— Вы заблуждаетесь, — спокойно опроверг мои слова ректор, — вы видимо устали. Я ничего не делал и вы никак не могли слышать в своей голове моего голоса.

— Но… — я запнулась, уставившись на него.

— Что-то еще адептка?

Растерянно покачав головой, я развернулась и пошла к выходу, но прежде чем выйти из кабинета украдкой взглянула на мужчину. Он, как ни в чем не бывало, занимался своими делами. А я, оказавшись в коридоре, поняла, что это был первый день, когда я не облажалась и не покалечила его.

Вместо того чтобы направиться сразу в свою комнату я поспешила в библиотеку. Она не пользовалась особым успехом, и студентов здесь было мало, библиотекарша полудремала за своим столиком и я прошла мимо на цыпочках, углубляясь в раздел огня. Быстро оглядев полки, высотой до самого потолка, я начала набирать книги, находившиеся в моей досягаемости. Немного увлеклась, осознав, что стопка уже выше меня и остановилась, аккуратно передвигаясь к выходу из прохода, как вдруг что-то тяжелое упало мне прямо на голову. Я запнулась и полетела на пол вместе с книгами. Оглядевшись, увидела на полу книгу, которой точно не было в моей стопке. Задрав голову, я посмотрела на полку, пытаясь понять, откуда она упала на меня. Книга была пыльной, явно с высших ярусов, куда не так-то часто залезали. Отряхнув пыль с обложки, я прочитала название. «Дух огня». Повертев книгу, ничего больше я не обнаружила. Поднимаясь, собрала все, что уронила ранее и, подумав, добавила талмуд, свалившийся мне на голову, в общую кучу. Записав книги у библиотекаря, я вышла и, нагруженная своей ношей, направилась к себе. Возможно, гонимая жаждой знаний я немного погорячилась. Идти по лестнице было труднее всего, книги мешали смотреть перед собой, и ступала я осторожно. Книга на самом верху стопки предательски сползала к краю, и я попыталась чуть отклонить свою кренившуюся стопку, чтобы вернуть ее на место. Получилось не совсем удачно, книга соскользнула и, перекувырнувшись через перила, упала в пролет. Я застыла, прислушиваясь к удару, но вместо него послышался вскрик. Аккуратно перегнувшись, я взглянула вниз, отыскивая жертву своей тяги к знаниям, и внезапно застыла, встретившись глазами с ректором. Он стоял на другом лестничном пролете, держась за голову, а во второй его руке была моя книга.