Читаем без скачивания Шалость судьбы - Ольга Готина

— Ой… — выдохнула я, вот и накаркала…. — простите… Я это, книги взяла, как вы и советовали.

Честно говоря, я начинала искренне восхищаться терпением нашего ректора и смиренностью, с которой он встречал невзгоды.

— Про свои административные работы вы, я надеюсь, не забыли? — приподнимая брови, поинтересовался он, и моя книга взмыла с его рук, поднимаясь обратно ко мне, и аккуратно легла поверх стопки.

— Не забыла… — тяжко вздохнула я и продолжила спускаться.

Как бы мне не хотелось посвятить время самообразованию, но я была вынуждена пойти к Гутору. Только появившись на пороге его сторожки, я поняла, что завхоз до сих пор не обнаружил таблички. Он был зол и встрепан, явно оббежав всю академию уже не один раз.

— Тыыыыы, — я отшатнулась, услышав такое приветствие, — это ведь ты поменяла таблички! Где она?

— Я не знаю, — отрицательно замотала я головой, — все осталось у ректора.

И ведь не соврала ни на грамм.

— Что мне делать? — хотелось быстрее получить свое задание и, выполнив его, вернуться в комнату, где меня ждали книги, но не тут-то было.

— Вот сейчас пойдем к ректору и во всем разберемся! Он-то выведет тебя на чистую воду, — схватив меня под руку, Гутор широкими шагами направился обратно в академию, и утаскивая меня за собой.

Уж чего я никак не ожидала, что под конец дня вновь окажусь в кабинете ректора, он судя по всему тоже. Стоило нам войти внутрь, вскинул голову, удивленно уставившись на меня. Высвободив свою руку, я на всякий случай сделала шаг в сторону от чрезмерно нервного завхоза.

— Что она опять натворила? — уже с легкой обреченностью спросил ректор.

— Таблички! — только и успел вымолвить завхоз, как ректор весь подобрался и обеспокоенно посмотреть сначала на меня, а потом на свою дверь.

— Что… опяяять? — его голос уже не был таким спокойным.

— Нееет, — тут же отрицательно я замотала головой.

— Те что она сняла! Я не могу их найти! — закончил свою обвинительную речь мужчина.

— А… — он уже успокоено откинулся на своем кресле, — разве я не отдал вам одну из них?

— Нет, так они у вас?

— По крайней мере, одна из них, — ректор Дакар поднялся со своего кресла, задумчиво оглядываясь, но я то знала, что он ничего не обнаружит. Застыв, мужчина снова внимательным взглядом оббежал кабинет, а потом посмотрел прямо на меня.

— Где табличка адепка Аро? — рыкнул он, даже не сомневаясь, что я в этом замешана.

— Нету у меня никакой таблички, — захлопала я глазами.

— Нету у меня стихийной магии, — неожиданно совсем по-ребячески передразнил меня ректор, и я почувствовала, как краснею. Неужели моя ложь была так очевидна?

Завхоз недоуменно посмотрел сначала на меня, а потом на ректора, явно не понимая, что происходит.

— Так где же они? — вновь требовательно повторил ректор. Я молчала, выжидая, так не хотелось сдаваться, к тому же… где вторая табличка я действительно не знала.

— Ладно, сейчас узнаем, — ректор начал решительно закатывать рукава, я же настороженно замерла. Неужели пытать будет? На всякий случай небольшой шажок назад все же сделала. Но никакого членовредительства вроде бы не намечалось, вместо этого встрепенулась моя стихия огня, когда с рук ректора сорвались два огненных маячка, напоминающих маленькие шары. Не глядя на нас, он что-то зашептал, и я поняла, что он собирается использовать поисковое заклинание. Огненные маячки вздрогнули, один из них остался на месте, а второй плавно поплыл к двери. Первый, зависнув на месте. постепенно из красного стал зеленым, что заставила ректора вновь растерянно оглядеть комнату.

— Ладно, с этим позже разберемся, пойдемте за вторым, — скомандовал он, указывая на еще горящий красным огненный маячок, скрывающийся за дверью. Гутор первым выскочил наружу, не желая потерять путеводную нить, я же вышла подталкиваемая в спину недовольным ректором.

— Может, я вас в кабинете подожду? — робко предложила я.

— Нет уж, так я вам еще не доверяю.

— Разве? — как и всегда в экстренной ситуации, я снова не удержалась от иронии. — Даже после того как вы показали мне свою спальню?

Он лишь успел возмущенно открыть рот и набрать воздуха, но в коридоре на нас снова посмотрел завхоз и ректор проигнорировал мои слова. Неужели постеснялся? От греха подальше все же загнала остальные замечания обратно и вынуждена была последовать за маяком. Двигался он очень уверенно и быстро в сторону женского общежития и мои смутные подозрения начинали набирать силу. Тем не менее, я выдохнула с облегчением, когда маячок свернул в противоположный коридор от того, что вел в мою спальню. Ректор же косился на меня с неким недовольством, то ли еще злился за прошлую реплику, то ли действительно верил, что идем мы в мою комнату. Неужели решил, что я храню его драгоценную табличку у себя под подушкой? Да больно надо! Тем временем маячок свернул к одной из закрытых дверей и застыл, зависнув перед ней. Гутор тут же забарабанил, взывая к хозяйкам комнаты. Те, не подозревая, что их ждет, откликнулись. Дверь широко распахнулась и на пороге застыла улыбающаяся Джинна, при виде Гутора улыбка сползла с ее лица, но когда она заметила ректора, предприняла попытку вернуться обратно. Маячок, не дожидаясь представлений, проскользнул внутрь.

— Посторонитесь адептка! — строго велел Гутор и вошел в комнату. Джинна, вынужденная попятиться, исчезла внутри вместе с ним. Ректор вновь выразительно посмотрел на меня, пропуская вперед.

— Может, я здесь подожду? — снова робко, но с надеждой.

Губы поджал и посмотрел очень сурово.

— Нет, так нет, — поспешно ответила я на его грозный взгляд и тоже шагнула внутрь, последним в комнату вошел ректор, закрывая за собой дверь. Маячок уже застыл в самом центре комнаты, последний раз вспыхнув красным и постепенно начиная зеленеть.

Джинна ошарашено застыла, смотря на ректора Дакара, таких гостей она сегодня точно не ждала, иначе убрала бы табличку с ректорского кабинета со своей стены. Искомая устроилась над кроватью и почетно была обвешана сердечками. Джинна, похоже, была готова провалиться сквозь пол, и я прекрасно понимала ее желание. Только вот ректор смотрел отнюдь не на Джинну, а на меня.

— Адептка Аро, неужели вы не поняли моих слов? Зачем вы повесили это над своей кровать?

Я даже дар речи потеряла от такого обвинения, так и застыв посреди комнаты с открытым ртом. Причем тут вообще я??

— Вообще-то, — в наш разговор влез Гутор, который уже успел открепить табличку от стены, — комната адептки Аро дальше по коридору.

Теперь настала очередь ректора терять да речи, я же наслаждалась его замешательством. Довольно быстро взяв себя в руки, он развернулся к Джинне.

— Зайдете ко мне в кабинет завтра утром перед занятиями и объяснитесь, — строго велел он, после чего развернувшись, покинул комнату, я выскочила следом, поймав на себе противоречивый взгляд девушки, теперь еще объясняй, почему я в такой странно кампании к ней пришла. Гутор шел прямо за нами, прижимая свое сокровище к груди, я же радовалась такой внезапной реабилитации.

— Вот видите, — не удержалась я, поравнявшись с ректором, — я же говорила, табличка на вашей двери, не моих рук дело.

— Зато спрятанное в моем кабинете явно ваша работа, — ухмыльнувшись, ответил он. Ох, как же мне вновь стало стыдно. Мы уже приблизились к кабинету, взявшись за ручку двери, ректор открыл ее передо мной, пропуская вперед, и когда я проходила внутрь, чуть наклонился и, понизив голос, сказал:

— Спасибо что хоть не спрятали ее в моей спальне.

В кабинет я вошла, уже не ожидая ничего хорошего. Гутор появился последним, явно не услышав того, что мне сказал ректор. Сцепив руки вместе, я застыла посреди кабинета, переминаясь с ноги на ногу. Ректор уже оглядывал все вокруг, первым делом прошерстив свой стол.

— Господин ректор, — подал голос завхоз, — а вторая-то табличка где?

— Сейчас найдем, — спокойно пообещал мужчина, — а вы пока идите, повесьте эту обратно.

Гутор тут же умчался выполнять распоряжение начальства, я же чувствовала себя не в своей тарелке, оставшись с ректором наедине.

— Ну, — закончив проверять стол, он повернулся ко мне, — признаваться будем?

— Это традиция такая, — робко сказала я, желая оправдать свои действия.

— Я смотрю, вам нравятся традиции, вы даже завели еще одну, вечно сваливаться на мою голову в прямом и переносном смысле этого слова.

Я приблизилась к стеллажу и вытащила папки, скрывающие за собой табличку, аккуратно достав ее наружу, я повернулась и протянула ее ректору, который уже стоял рядом.

— Как ни стыдно, адептка, нашкодили прямо в моем кабинете, — заявил он, забирая у меня табличку и возвращаясь к столу.

Пришлось опустить глаза в пол и надеться, что он не продлит мне за это административные работы.