я знаю, что возможно всё — даже перепончатые пальцы.
— Лорд, кстати, разведка мне недавно доложила, что происходит на демонской равнине, — говорю, откидываясь назад.
— А что там? — недоумевает Эрос. Интересно, правда не знает или просто играет.
— Вы не в курсе? Там Демоны нового Пыхтуна собирают. Прямо из старых трёх, которых я уже завалил, лепят новую громадину. Сборная солянка с претензией на неуязвимость.
— Что⁈ — поражается лорд. — Как это возможно⁈ Ты же убил Пыхтунов!
— Демоны провернули повторную одержимость соединённых останков, — пожимаю плечами.
— Надо было уничтожить остатки, — бурчит Эрос.
— Если честно, я думал, регулярные части Сторожевого города всё подчистят за нами с Рвачами, — соглашаюсь с лордом. — Там-то оставалось только добить разрозненные отряды Демонов.
— Конечно, наши части собирались провести зачистку, но лорд Ангел забил тревогу в связи с появлением неведомого багрового зверя, — огорчённо признаёт он. — И пришлось эвакуировать воинов из-за Стены.
— Может, и правда не зря постереглись, — я как раз глажу по ушам возникшего у меня на коленях того самого «багрового зверя» с кудряшками и лапками. — Я, кстати, так и быть, готов рискнуть и завершить зачистку.
— И багровый монстр тебя не пугает, король? — удивляется лорд.
— Пусть Демоны пугаются, — улыбаюсь, почесывая «монстра». — Но один я не пойду. Мне понадобятся Кровавые Рвачи. Без них не справлюсь, — откровенно привираю.
Эрос молчит пару секунд, потом кивает, будто принимает вес решения.
— Тогда я собираю срочное заседание Совета, — говорит он. — Постараюсь пробить решение, чтобы вам отдали Рвачей. И, кстати, вы тоже можете присутствовать на Совете. Вы ведь теперь его член.
Это меня устраивает.
Сначала я еду домой. Через полчаса Эрос снова выходит на связь и сообщает, что заседание будет через час.
Сторожевой город сам по себе небольшой, как и весь этот мир — херувимы не отличаются особой плодовитостью. Именно поэтому Эрос так печётся о будущем ребёнке — это величайшая редкость. Потому и города здесь небольшие. Добираюсь до здания Совета Домов быстро. Заодно прихватываю Лакомку с Красивой. Причём обе девушки решили устроить экстравагантный вход. Вернее, Лакомка решила — как главная жена и главная затейница, — так что в зал я вхожу с ирабисом и тигрицей по бокам. Обе оборотницы идут, виляя хвостами в унисон, точно по хореографии.
И стоило Красивой показаться в дверях, как Эрос тут же напрягается. Лицо лорда каменеет. Старые чувства, личное — всё это у него прямо на лице написано.
Многие лорды недовольны моим появлением, но деваться им некуда.
Я не сажусь за круглый стол, чтобы не затягивать:
— Уважаемые лорды, приветствую. Позвольте спросить, где мой ключ от города? — спрашиваю прямо, заметив, что у всех глав Домов болтаются на шеях пресловутые ключи.
Лорд Трибель отвечает с кислой миной:
— Он ещё изготавливается, король Данила. Процесс, знаете ли…
Тянут, в общем.
— Ладно, бог с ним. Давайте к делу, — отмахиваюсь. — Вы все уже в курсе атаки? У меня есть информация, подтверждённая наблюдением: на равнине собирается новый Пыхтун.
— Да, наша разведка уже подтвердила данные, — кивает лорд Димирель.
— Вы всё же отправили её за Стену? — удивляюсь. — А как же кудряш… то есть багровый зверь?
— Пришлось рискнуть, — разводит руками отец Габриэллы.
— В общем, я уничтожил трёх Пыхтунов и уничтожу четвёртого. Но мне нужны Кровавые Рвачи, — сразу заявляю. — Причём я бы хотел забрать их себе насовсем, чтобы и дальше они служили на благо Херувимии.
— Почему именно Рвачи? — Трибель хмурится.
— В прошлый раз я справился вместе с ними, если помните, — замечаю, и все вопросы тут же сходят на нет. Ведь это правда, что Рвачи были задействованы в прошлом сокрушении Пыхтунов и всего демонского войска. И пускай их в принципе может заменить любая крепкая штурмовая группа в моей гвардии, лорды об этом — ни-ни.
Синекрылый Трибель же находит другой повод повозмущаться:
— Рвачи — отбросы! Мы не можем просто так отдать тех, кто был в плену врага. Они должны пройти тотальное сканирование, а потом быть выброшены в трудовые лагеря! Там для них предусмотрена процедура…
Но его перебивает лорд Димирель. Говорит негромко, но все затихают:
— Лорд Трибель, что ж, отбросы нам и не нужны. Такая сделка сойдёт. Пусть идут с королём Вещим-Филиновым. Лучше так, чем держать их в лагерях до полного помешательства.
И вот уже другие лорды переглядываются, начинают кивать. Лорд Димирель явно имеет большой вес на Совете. Вскоре председатель объявляет голосование, на котором я тоже поднимаю руку.
— Король Данила получает Кровавых Рвачей в своё пользование, — объявляет председатель.
После заседания, прихватив копию протокола, ловлю Димиреля в коридоре.
— Спасибо, что поддержали, — говорю без лишнего официоза.
Он бросает взгляд на моих «кошек», глядящих на него, не мигая:
— Это вам спасибо, что защищаете Сторожевой город. Вам действительно не страшны ни Демоны, ни багровый зверь, — он говорит искренне. — Насчёт моей дочери Габриэллы поговорим позже, после вашей операции. Посредством нашего менталиста я получил от Ангела воспоминание, которое вы передали ему, и видел, что всё… сложно.
— Хорошо, что вы понимаете, — отвечаю. — Но в любом случае, леди Габриэлла ни в чём не будет нуждаться. Это я гарантирую.
Он кивает, и мы расходимся.
Вообще, насчёт Габриэллы не всё так однозначно. Мне уже известно, что она что-то замышляет. Лакомка выудила эту информацию через сыворотку правды. Золотокрылая леди подготовила какую-то подставу на дуэли между мной и Ангелом. Только вот непонятно, что конкретно — тут леди смогла удержать себя в руках и не проболтаться. Жаль, а то даже повода нет взломать ей щиты. Ведь неизвестно, кому леди собирается навредить — мне или своему брату, которого она хочет заменить в статусе наследника Дома. А может, и обоим. Но это мы ещё узнаем.
Не теряя времени, сразу направляюсь в следственный изолятор. Здание буквально соседнее, а потому вхожу в приёмную довольно быстро, отправив оборотниц в карету.
— Я пришёл за Кровавыми Рвачами, — бросаю протокол на трибуну.
Синекрылый за трибуной поднимает глаза:
— Рвачи? Они же бывшие пленники, им место в самой жоп… кхм, а где ваши крылья? — подозрительно смотрит он мне за спину.
— Дома заряжаются, — отмахиваюсь. — В бумагу
