Основной постулат Семанова: «Ощущение преемственности поколений в деле строительства и защиты Родины есть лучшая основа для патриотического воспитания граждан, в особенности молодых». Вот именно «ощущение преемственности поколений», столь неистребимое в русском человеке, всегда больше всего и раздражало наших оппонентов. Оно единственное для Семанова — вечная ценность. Как и понятие Матери Родины. Социальная же система — уже понятие относительное, приспособляемое к историческим условиям.
Семанов приводил вещие стихи, воспевающие подвиг Ивана Сусанина:
Кто русский по сердцу, тот бодро, и смело,И радостно гибнет за правое дело!Ни казни, ни смерти и я не боюсь!Не дрогнув, умру за царя и за Русь!
И пояснял: «Стихи эти написал известнейший поэт-декабрист Кондратий Федорович Рылеев. Он же, как все знают, не был ни славянофилом, ни «почвенником», а принадлежал к числу дворянских революционеров. Дума Рылеева «Иван Сусанин» была опубликована в 1823 году и перепечатана без изменений в 1825 году — то есть тогда, когда автор ее стал одним из руководителей тайного революционного общества». Почему? да потому, что понятие Русь для русского человека выше любого из общественных понятий.
Семанов издевался над костромскими «сверхреволюционными товарищами», которые убрали памятник Сусанину: «Спрашивается, неужели подвиг Сусанина стал для нас “относителен”? Так и полагали некоторые сверхреволюционные товарищи, которые в свое время сняли памятник, стоявший в Костроме. Можно, конечно, попытаться вымарать Сусанина из реестра героев отечественной истории на том основании, чтр он был «монархист». Можно и рассказать на тему сусанинскош подвига скабрезный анекдот: мол, заблудился старик, а тупые русские черносотенцы его на щит подняли. Можно. Но, как говорил Чехов, не нужно. Потому не нужно, что подвиг крестьянского сына Ивана Осиповича Сусанина относится к числу тех самых ценностей, которые вечно остаются народными святынями — именно святынями, независимо от того, причисляется ли тот или иной народ к числу религиозных или атеистических».
Конечно, написать такое в советском насильственно «атеистическом» и «антимонархическом» государстве, даже хитро упомянув царя и черносотенцев, было общественным вызовом всем его начальствующим «Яковлевым». Но Семанов не успокоился и развил тему. Он нашел очень правильный инструмент, чтобы вскрыть раковую опухоль, разрушающую русскую нацию. Он указал на прием «аллюзий», которым сатанински хохоча игрались «жидовствующие» нигилисты, издевавшиеся над всем русским. И к ужасу тогдашнего правящего ЦК КПСС врубил в лоб: «Добавим, что литераторы и публицисты аллюзионного способа письма гневаются совсем не на Ивана IV, обличают отнюдь не Николая I, а, прйкрываясь всем этим псевдоисторическим реквизитом, метят свои обличительные молнии — чаще намеком, а иногда и напрямую — совсем в иные эпохи, иные социально-политические отношения». Метят в русскую нацию, чтобы уничтожить саму нашу Державу.
Сегодня так и хочется все это повторить, потому что ничего не изменилось и идет попросту новая волна все того же «яковлевского» духовного насилия, все того же программного тотального русофобства.
Семанов обличал: «Что ж, аллюзионные истолкования нынче в моде. Задача, которую ставят перед собой их адепты, совершенно отчетлива, если об этом говорить прямо: Россия, мол, всегда, испокон веков пребывала во тьме, мраке, невежестве, реакции, косности, тупости и т. д. И только некоторые “европейски образованные” интеллектуалы-мыслители (в каком веке — не важно, ведь и время, и все прочее относительно, вы не забыли?), так вот только несчастные и никем не понятые “интеллектуалы” в кромешном том мраке зажигали свою одинокую свечу и… Нет ничего более оскорбительного для нашего народа, чем подобное толкование его роли в истории (и не только в истории, выразимся так). С подобной точки зрения русский народ — “быдло”, которое надо тащить за вихор в рай, изобретенный иным решительным интеллектуалом. Какая уж тут любовь к народу, в которой так часто клянутся любители обличать “мрак и невежество” русской истории? Если и есть тут любовь к кому-нибудь, то только уж к своему брату “интеллектуалу”. Что ж, такая точка зрения не нова. Она звучала и раньше: вспоминается истерическая реплика одного из героев горьковской пьесы: “Культурные люди всех стран, соединяйтесь!” Пьеса эта недвусмысленно называется “Враги”», — заканчивал Семанов. Враги!
А мы сегодня лишь поставим точку над «и» — договорим то, что по цензурным условиям Русский Манифест тогда никак не мог договорить, но что все прекрасно понимали. Если мы, русские, для «них» всегда были «быдлом», то за «интеллектуалов» всегда держали и выставляли себя «они» — отщепенцы-«яковлевы», с их фантомной национальностью, как бы ее на каком историческом этапе впрямую или иносказательно не называли.
7. Почему я написал эту книгу
В самое последнее время о прежнем нашем опыте духовного противостояния появились «спокойные», вполне корректные и добросовестные книги даже с «их» стороны. Разумеется, они написаны с «их» позиций. Но глядят в корень. Такова, например, изданная миллионершей Прохоровой, — возглавляющей вполне интеллигентное «ихнее» издательство «НЛО», — толстая книга молодого въедливого историка Николая Митрохина, названная без обиняков «Русская партия. Движение русских националистов в СССР. 1953–1985 годы» (2003, 600 страниц). Поскольку я сам имел некоторое отношение к закулисным ходам этой партии, то могу засвидетельствовать, что вопиющих ошибок в исследовании Митрохина нет. Все так и было! и меня очень порадовала оперативная и тоже взвешенная положительная рецензия на книгу Митрохина в последовательно русском журнале «Наш современник», 2004, № 8. Ее автор Кирилл Титов — тоже молодой историк, но видно, что он уже много понял.
Такие «чужие» исследования, как «Русская партия. Движение русских националистов» Николая Митрохина, ясно доказывают, что пришла пора и нам самим честно во взаимном обсуждении всё-всё вспомнить, осмыслить и сделать выводы. Иначе, — пока мы, русские, сами о себе про ту закулисную борьбу, как по обету, молчим (у нас ведь традиционный русский «Орден Безмолвия»!), — наши оппоненты будут не только сугубо полемические, «передергивающие» и «нагнетающие», как Марк Дейч, с расширенными глазами «пугающие» (ах, ужас, русские идут!) передачи и книги про «нас» выпускать. Но и попытаются застолбить за собой «объективные» позиции. А с «объективных» позиции» выбить противника потом будет много труднее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
