Глава 8
Я – голова
Начало седьмой недели из отведенных мне на преобразование в человека. Я больше не гусеница, не морской конек и не головастик. Я – голова. Одна голова, раздуваемая, как воздушный шар, акселеративно растущим мозгом. Голова с небольшим отростком, который, Я знаю, станет моим телом. Телом человека. Когда-нибудь. Если только… Никаких если! Станет. Уже становится. Есть руки, ноги. Правда, дергаются они, словно я марионетка на веревочках в чьих то неумелых руках. Что-то со мной все же не так. Не в порядке. Ерунда! Это все проделки монстра мозга. Не успел толком сформироваться, а уже доминировать пытается! Прекратить панику! Все у меня как положено. Становлюсь человеком. По сути и по содержанию.
И по внешности! У меня появляется лицо. Большая его часть – естественно лоб, за которым прячется мозг. Но подо лбом уже сформировались кожные складки, в которых при ближайшем рассмотрении можно угадать нос, губы и подбородок. Я словно набычилось, наклонив голову до предела вперед, вжав подбородок в грудь и выставив гигантский лоб, как щит. Не подходи ко мне, а то забодаю. Лбом. Глаза-пузырьки затянуло веками, под которыми формируются нервные клетки сетчатки и устанавливается ее соединение с мозгом. Они так широко посажены, что находятся над ушами. В ушах формируются полукруглые каналы, но выглядят они бесполезными дырками. В складке будущего носа открываются носовые проходы. Развиваются глазные мускулы и верхняя губа. Вот бы посмотреть на себя в зеркало!
– Боже, неужели это Я? Кожа тусклая, серая и сухая, как папирусная бумага. Так, должно быть, выглядят шахтеры. Покрыты пылью горных пород вместо пудры. А глаза? Это же глаза старухи. Последствие неудачной попытки вставить глазные яблоки в обветренный череп. Кожа обвисла, как сдутый шарик. Чуть шерсти добавить, и я – бульдог. А ведь еще только девять недель! Что же будет дальше?
Это уже мама. Самокритический сарказм у меня наследственный. Мои уже сформировавшиеся веки распахнутся навстречу этому удивительному миру только в двадцать семь недель. Так что терпение, яйцо. А вот мама ведет душераздирающий диалог с зеркалом, похоже, с широко открытыми глазами. Только непонятно, в чем трагедия. Глаза у нее на месте, кожа в наличии, лицо человеческой формы, голова пропорциональна телу. Органы и системы функционируют нормально. Видит, слышит, мыслит. Хотя с процессом восприятия действительности, может быть, и не все хорошо. Иначе с чего такие переживания? В чем проблема? Ты бы меня увидела сейчас, мамочка.
Но маме не до меня. Ее мозг ведет свою игру. Разрушительную и депрессивную. Выброс гормонов, медиаторы забегали, нейроны заработали. У беременных это быстро, часто и гипертрофированно. Сама уродина, и вокруг кошмар. Небо грязное. Словно плесенью затянуло. Облезлые кусты за юбку цепляют. И пахнет грязной тряпкой. Стыдно людям на глаза показаться. Мариночка быстро меня в порядок приведет. Уход с увлажнением и микротоки. И что-нибудь для сияющей кожи. Ну, это она сама разберется с ее-то опытом. Расслабляющая прохлада косметологического кабинета, успокаивающий аромат лавандовых свечей, обнадеживающее журчание обещаний вечной молодости. То что доктор прописал.
Мы бежим к Мариночке. Не то косметологу, не то психологу, не то доктору «Скорой помощи». Абсурд. К чему суета? Важны дух, желание, дерзание. У мамы же, похоже, состояние духа имеет прямую зависимость от того, насколько хорошо она выглядит и нравится окружающим. Какое значение имеет то, что они скажут? Я знаю, что красота – это совершенство, гармония, идеальный баланс и пропорции, вызывающие у наблюдателя чувство эстетического наслаждения. Звучит очень по-человечески. Крайне субъективно. Иначе выражаясь, красота – она для каждого своя. Я также знаю, что красота – это абсолютная целесообразность, сложившаяся веками. И это определение мне ближе. Это как эволюция, как естественный отбор. Выживает сильнейший или красивейший. За этим стоит здоровое функционирование. В этом есть логика, смысл.
– Ну вот, совсем другой коленкор. Свежа, очаровательна и привлекательна. Лицо сияет, кожа дышит, от синяков не осталось и следа. Мариночка – волшебница! Приглушенное солнце за облачной дымкой, как гигантская жемчужина, причудливо задрапированная шифоном. А запах? Такой нежно-сладкий… Неужто сирень?
Откуда бы это? Мамина интерпретация красоты звучит скорее как самообман. Мама, дорогая, опомнись, ты провела у чудо-Мариночки час. За час кожа не меняется даже у змеи. Я уж не говорю о временах года. Они как минимум зависят от скорости вращения планет. Весна не сменяет осень в мгновение ока, просто чтобы соответствовать чьим-то настроениям. Но мама не слышит и не хочет слышать. У нее сомнений нет. Она откровенно счастлива. Я по гормонам вмиг определяю. Химия, ее не подделаешь. Получается, человек может управлять своим эмоциональным, а возможно, и физическим состоянием путем самообмана? А как же тогда насчет окружающих? Стоит поверить, что ты красив, и начнешь нравиться другим? Загадочный мир. Загадочный и нелогичный.
Так и проходит моя седьмая неделя развития. Болтаюсь Я – голова на пуповине – в пузыре, наполненном амниотической жидкостью, и удивляюсь загадкам человеческого существования. Не подумайте, что бездельничаю. Нет. Мое неказистое и хилое тельце упорно берет на себя все больше жизнеобеспечивающих функций. Перешло на аллантоидное кровообращение – прямую транспортировку кислорода и питательных веществ от матери к плоду. Сперва функционировало желточное кровообращение. Кислород и питательные вещества скапливались в желточном мешке, а уже оттуда, по первичным кровеносным сосудам, поступали ко мне. На этой неделе Я наконец дотянулось аллантоисом, представляющим собой выпячивание первичной кишки, до трофобласта само. Желточный мешок превратился в еще один пережиток-рудимент.
А еще Я само творю свою кровь. В печени. Правда, система кровообращения у меня пока существенно отличается от нормального человека. Во-первых, в моем сердце есть дыра. По-научному это называется овальное отверстие между правым и левым предсердиями, напрямую соединяющее легочную артерию с аортой. Это позволяет значительной массе крови миновать нефункционирующие легкие. Во-вторых, принцип распределения крови соответствует лучшим традициям расового неравенства. Основное идет голове, а значит, монстру-мозгу, а остатки тельцу моему обделенному. Стоит ли удивляться, что оно запаздывает в развитии. На голодном пайке не очень-то разрастешься.
Остается надеяться, что в соответствии с тем, что Я знаю, по мере прогрессирования беременности должно произойти небольшое сужение овального отверстия и уменьшение размеров нижней полой вены. Вследствие этого несколько уменьшится дисбаланс в распределении артериальной крови в пользу бедных и обездоленных. Перейдем на принцип марксизма «от каждого по способностям, каждому по труду». Но это если все пойдет, как должно идти у нормальных зародышей. А если Я буду с дефектом? Не зарастет дырка в сердце? Или тело голову не догонит? Или в мозгу связи не достроятся? Буду парализованным лилипутом с пороком сердца. Вот тебе и осуществление мечты. Ну да мне ведь еще почти весь период внутриутробного развития впереди. Если, конечно, мое знание верно.
Надо признаться, что последнее время с пониманием времени у нас с мамой своего рода невзаимопонимание. Я считаю неделями развития, а она оперирует акушерскими неделями. Я знаю, что мне идет седьмая неделя, а она уверена, что мне уже девять. В моем мире у меня на развитие тридцать восемь недель, а в акушерском – сорок. Если Я право, то она меня переоценивает, если она права, то Я недоразвито. Две недели существенно уменьшают вероятность для моего овального отверстия успеть сузиться и обеспечить достаточное кровоснабжение для моего тельца приобрести правильные пропорции по сравнению с головой. Я уже начало было серьезно задумываться над ускорением этого процесса, когда маме в голову пришла правильная мысль. Причина расхождения нашего с мамой календаря беременности оказалась очень даже человеческая. Акушеры точно определить не могут и поэтому, страхуясь, считают от первой теоретической возможности. Смешно! Но Я-то знаю точно. Вот только сказать не могу. Остается надеяться на технику. УЗИ точно определит. Если не первое, так второе. Так мама в книжке прочитала.
Эх, мама, мама, сколько же нам с тобой еще существовать во взаимонепонимании?
– Вся человеческая жизнь – сплошное взаимонепонимание и конфьюз!
Это уже не моя мысль! Кто это?
Вот стоит наш Крестный отец. Пародия! Хватит. Сарказм в сторону. Я сюда не есть пришел. Хотя шашлык отменный. Пора идти ублажать начальника. Еще бокальчик – и вперед.
Воскресенье. Само название подразумевает, что это день для воскрешения. Восстановление после рабочей недели. А нас снова на работу. Пикник называется! Ну есть желание покрасоваться, ну сделайте это в пятницу. Никакой личной жизни.
