II
— Кто приближается к Лисьему замку? — раздался сверху крик часового.
— Я Бэлсер, сын Дебо, — донесся ответ. — Я прибыл сюда, чтобы присягнуть на верность Джерину Лису, королю Севера, признать его моим сюзереном и покровителем моих баронских владений.
Часовой обернулся, ища глазами Лиса. Оказалось, что тот стоит во дворе под стеной.
— Вы слышали, лорд король? — воскликнул страж. От возбуждения его голос звучал высоко и пронзительно. — Вы это слышали?
— Слышал, — ответил Лис.
Он ждал этой встречи давно, ждал и одновременно надеялся, что она не состоится. Но раз уж его надежды не оправдались, надо выжать из ситуации все.
— Бэлсер, сын Дебо, добро пожаловать в Лисью крепость. Впустите его!
Лязгнула бронзовая цепь — привратники опускали подъемный мост. Колесница Бэлсера, влекомая парой породистых лошадей, въехала в крепость. Возница натянул вожжи. Бэлсер спрыгнул на землю и подошел к Лису. Он был молодым, темноволосым, стройным, не очень высоким и носил раздвоенную бороду: этот стиль очень долго считался устаревшим, но неожиданно вновь вошел в обиход.
Подобно первому камню, сорвавшемуся с горной кручи, за которым следует сокрушительный камнепад (Джерин хорошо помнил, как с помощью именно такого обвала империя Элабон перекрыла последний проход в Хай Керс, предоставив северным землям самим разбираться с нашествием трокмуа), Бэлсеру суждено было стать причиной гораздо больших неприятностей, чем те, что он мог доставить кому-либо сам. Собственно, его приезд к Лису и являлся началом схода лавины.
Что ж, ничего не поделаешь. Джерин шагнул вперед. Мужчины пожали друг другу руки.
— Приветствую тебя, Бэлсер, сын Дебо, — сказал Лис. Его люди тем временем уже подтягивались во двор, чтобы поглазеть на происходящее. — Чувствуй себя в моей крепости как дома и оставайся здесь, сколько пожелаешь.
— Спасибо, лорд король, — ответил Бэлсер. — Если вы когда-нибудь отправитесь на юг, моя крепость тоже в вашем распоряжении.
Джерин кивнул. Он, как радушный хозяин, был всегда рад гостям. Паутина таких полудружеских-полуродственных связей, худо-бедно скрепленная традиционными обещаниями гостей и хозяев не причинять друг другу вреда, опутывала все северные земли. Без нее междоусобная вражда баронов приняла бы совсем уж крайние формы, гораздо более жесткие, чем имела сейчас.
Но Бэлсер проделал далекий путь не для того, чтобы погостить у хлебосольного лорда, как бы приятно это ни было для барончика с южных окраин.
— Ты уверен, что хочешь стать моим вассалом? — спросил его Джерин. — Разве тебе не желательней сохранить свою независимость, как хранили ее твой отец и твой дед?
— Моему отцу и моему деду никогда не угрожал Араджис Лучник, — ответил Бэлсер и бросил на Джерина подозрительный взгляд. — Быть может, это вы, лорд король, не хотите, чтобы я стал вашим вассалом? Раньше вы мне давали понять обратное.
— Нет-нет, все в порядке. Араджис сильно насел на тебя. Достал угрозами, видимо ожидая, что ты от страха навалишь в штаны.
Штаны, о каких зашла речь, были клетчатыми и имели яркую желто-коричневую окраску. Такие носили дикари-трокмуа, и их стиль сделался популярным среди элабонцев. Если бы Бэлсеру и вправду пришлось их поменять, это, по мнению Джерина, только улучшило бы его гардероб. Однако суть дела заключалась не в этом.
— Я понимаю твое желание искать у меня защиты, и я тебе помогу.
— Хвала богам и вам, лорд король, за вашу отзывчивость, — сказал Бэлсер. — Именно этого я и хочу. Я недостаточно силен, чтобы противостоять Лучнику в одиночку, и он мне это наглядно продемонстрировал. Вы же даете возможность своим вассалам сохранять самостоятельность у себя под рукой. Лучше я подчинюсь вам, чем позволю Араджису сожрать меня с потрохами.
— Благодарю тебя.
Собственно говоря. Лису совсем не хотелось благодарить Бэлсера. Ему хотелось как следует ему врезать. А заодно врезать и Араджису за то, что тот нагнал на Бэлсера страху. Ему также хотелось врезать Араджису за надменность и за удивительную способность не чувствовать за собой ни малейшей вины. Ведь если бы он вел себя сдержанно, Бэлсер не метнулся бы к Лису.
Впрочем, единственным человеком в северных землях, которому удавалось заставить Араджиса держать себя в рамках, был сам Джерин Лис. Именно потому Лучник и не мог позволить, чтобы столь сильный соперник вступил в управление баронским поместьем, вдававшимся в его собственные владения. Джерин отнюдь не стремился к войне, но это не имело значения. Война уже была здесь, Бэлсер привез ее на своей колеснице.
Весть о его прибытии быстро распространилась. Из замка выскочили Райвин и Вэн, следом за ними вышла Силэтр, а вот откуда вдруг взялся Дагреф, Джерин так и не понял. Только что его нигде не было, а через миг он уже стоял рядом. Дочь Вэна Маева появилась с колчаном за спиной и стрелой в руке, она, видимо, упражнялась в стрельбе. В отличие от Дагрефа девушка к своему отцу не приблизилась, сейчас ее занимал только Бэлсер, в самом имени которого ей уже слышался свист мечей и шум битв.
Видя, что толпа разрастается, Бэлсер сказал:
— Лорд король, я готов присягнуть прямо здесь и сейчас, если вам угодно. Свидетелей предостаточно.
— Верно, — кивнул Лис. — От свидетелей здесь вообще нет отбою.
Словно бы в подтверждение его слов, из-за ближайшего угла с похвальной торопливостью вывернулись Джеродж и Тарма. Вряд ли их волновало, начнется война или нет. Просто они увидели, что люди собираются, и захотели узнать почему. Они ведь тоже были людьми, по крайней мере, сами они в этом не сомневались.
Бэлсер же явно так не считал.
— О лорд король! Я слышал, что вы держите у себя пару жутких тварей, но мне в это как-то не верилось.
— Придется поверить. Как и в то, что мне они вовсе не кажутся жуткими. Я их очень ценю.
Джерин произнес это сухо, совершенно не беспокоясь, как будут восприняты его слова. Если Бэлсеру что-то здесь не по нраву, пусть катится в свое поместье. Это расстроит Маеву, которая просто бредит войной, но не Лиса, который ничем подобным не бредит.
Но Бэлсер, видимо, не желал уезжать восвояси ни с чем.
— Хм… они тоже ваши вассалы? — спросил он. — Просто мне хотелось бы знать, как к ним относиться.
Джерин поднял одну бровь, удивленный умением гостя справляться с собой.
— Скорее, приемные дети, — ответил он и с удовлетворением заметил, что ему тоже удалось удивить сына Дэбо.
— Почему все здесь собрались? — проскрипел Джеродж и ткнул в Бэлсера когтистым указательным пальцем. — И кто этот странный человек?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
