Были ли другие, подобные ему?
Чтобы выяснить это, придётся вновь встретиться. Он не ставил под сомнение срочность этой потребности. На мгновение он забыл о тяжёлом положении сестры. Только одно имело значение: найти Эйми. Поэтому он нашёл её и, не позвонив предварительно и не предупредив, разыскал.
Он высоко парил, крошечное пятнышко в грандиозном мире, и всё же она заметила его. Посмотрела вверх и прямо на него. Как она узнала, что он там?
«Так же, как и я знал, куда идти».
Напоминает почтового голубя, очень вкусного, когда его жарят на углях, — он просто знал, где она.
Немного опустившись, он позволил ей ясно рассмотреть его. Однако оставался наверху, не уверенный, осмелится ли спуститься в пределы досягаемости.
«Выпендриваешся».
Голос не его, и всё же… звучал в его голове, и явно женский. Брэндон обернулся, чтобы посмотреть, но в небе был один.
«Ты меня слышишь?»
Она заговорила; не вслух, а снова в его голове.
«Если можешь, то, возможно, захочешь спуститься сюда до того, как они выпустят их на свободу».
«Выпустят на свободу?» — он произнёс слова, которые думал вслух.
«Дроны. Мы подняли тревогу, как только ты вошёл в наше воздушное пространство».
«Какая тревога?» Он ни к чему не прикасался, чёрт возьми. Его крылья хлопали, медленно и уверенно, когда он оглядывался.
— Я ничего не вижу.
«Неужели она связалась с мужланом с болота? Опять этот упрямец не слушает. Не говори потом, что я тебя не предупреждала».
Едва произнесённая мысль закончилась, как он услышал гул двигателя. Вылетев с западного периметра, матово окрашенный беспилотник быстро помчался к Брэндону, единственный верный признак его присутствия — вспышка красного света и лазерный прицел, зафиксированный на его груди.
Дерьмо.
Он взмахнул крыльями и поднялся выше, но прицел дрона оставался прикованным к нему. Ему придётся исхитриться, если хотел избежать опасности. Выровнявшись, он стрелой устремился к дрону. Красная точка попала ему в лоб. Брэндон широко раскинул руки.
«Что ты делаешь?» — В её голосе звучало скорее любопытство, чем беспокойство.
То, что сделал бы любой мальчик, когда ему дарили классную игрушку. Хотел поиграть.
Дрон, казалось, не знал, что делать. Хорошая новость в том, что он не выстрелил. А значит, на самом деле, он не заинтересован в его убийстве. Жужжащая машина не сдвинулась с места, когда он протянул руку, чтобы схватить её.
Удар, горячая полоса огня поцеловала крыло у него за спиной, и Брэндон зашипел.
Второй дрон. Первый притворился приманкой.
«Сверху приближается третий».
Предупреждение прозвучало насмешливо. С другой стороны, Брэндон не привык, чтобы ему бросали вызов в небе. Биттех никогда по-настоящему не учил эксперименты какой-то птичьей тактике. Считалось достаточным, что они могли летать. Но теперь, когда Брэндон метался взад и вперёд, вверх и вниз, уворачиваясь от огненных струй, действительно пожалел, что у него нет пистолета, и он не научился стрелять. Увы, у него есть только он. И публика. Способ произвести впечатление на девушку. Ничто так не кричало «Я жеребец», как то, что тебя преследуют маленькие роботы.
Хорошая новость в том, что дроны, — которые теперь окружали его, по последним подсчётам, около дюжины, — больше стремились загнать его во двор, чем убить.
«Конечно, они не собираются тебя убивать. Пока что».
— Не обнадёживает, — пробормотал он вслух.
«Тогда тебе следовало пойти со мной. Мы могли избежать всего этого».
— Ты не можешь их отозвать?
«Нет. Система защиты автоматизирована. Просто приземляйся во внутреннем дворе. Но не позволяй никому прикасаться к тебе. Я подойду через минуту».
Он услышал её, но не ответил, учитывая, что дроны преследовали его, подталкивая к огромной кольцевой развязке в передней части особняка. Он приземлился в нескольких шагах перед бьющим громадным фонтаном, с изображением, — что неудивительно, — драконов, которые извергали воду изо рта. Очень круто выглядящий и гораздо менее устрашающий, чем встречающие его.
Кончиков его шарфа было недостаточно, чтобы прикрыть обнажённый торс от жадных взглядов женщин разного возраста, и всё же у многих такие же серебристые волосы, как у Эйми. А ещё у всех странные глаза, вертикальные зрачки светились зелёным огнём, пока женщины беззастенчиво оглядывали его с головы до ног.
Он скрестил руки на груди и свирепо посмотрел на них, призывая сделать что-нибудь: закричать, запаниковать, назвать его монстром, выстрелить.
Вместо этого одна из младших девочек с короткой стрижкой воскликнула:
— Это мальчик.
— Ты хотела сказать мужчина? — Женщина с тёмной подводкой для глаз и платиновыми локонами улыбнулась. — Очень аппетитный и сильный мужчина.
— Кому ты принадлежишь? — спросила пожилая женщина, чьи серебристые пряди, собранные в пучок, подчёркивали стройную линию шеи.
— Он принадлежит мне! — заявила Эйми, вышедшая из дома. Он не мог отрицать, что рад снова её видеть, она была захватывающей. Чего он не понимал, так это всплеска тепла, вызванного её словами.
«Я никому не принадлежу. Ни Биттеху. Ни дяде. И уж точно не этой скользкой девчонке».
— Лунный лучик. Рад снова тебя видеть. — Когда сомневаешься, притворяйся крайне беззаботным. Он усвоил этот урок у большого кота в Биттехе. У кошачьих беззаботность доведена до искусства.
— Твоя пара? Тот, о котором ты мне рассказывала? — Женщина с пучком рассмеялась. — Будь я проклята. Ты не лгала. Он сильный.
— И мой. — Эйми встала между женщинами и Брэндоном. — Так что уберите когти, или я съем ваши лица.
— Разве я не имею права голоса? — спросил он.
— Нет. — Его вопрос вызвал смех.
— Он говорит!
— Он может летать!
— Я предлагаю побить её и поделить его, — прошептала другая.
— Тронешь мою сестру, и я уничтожу твои банковские счета, — сказала другая девушка, с растрёпанными волосами и скрещёнными руками на груди.
— Лунный лучик, — пробормотал он, наклоняясь ближе. — Что, чёрт возьми, здесь происходит? Кто эти люди?
— Семья. Я предупреждала, что они съедят тебя живьём. Не волнуйся.
