был редкостью.
И все они, те, кто решил, что законы не обязательны к исполнению, были разными, и приходили они на “Солянку” по миллиону разных причин. У некоторых даже был своеобразный кодекс чести, и они не трогали союзников, детей и бедных старушек, но ни один из моих знакомых в экстремальной ситуации не стал бы спасать почти незнакомых людей. Беспокоиться о них. Да и неловкость Шиндари в обращении с гель-маской выдавала гуманоида, который, может, и убивал, но делал это с открытым лицом.
Словом, вопросов к самому ужасному террористу столетия у меня копилось все больше и больше.
А у Каррига к нам.
— До… То есть Джо. Что происходит?
— Маленькая корректировка планов, — безмятежно улыбнулась я. — Ничего особенного. Просто в пути до Эдема придется сделать небольшой крюк. Надо подбросить одного товарища домой.
Шиндари тоже растянул губы в улыбке, но под маской, искажающей мимику, смотрелось это как оскал. Карриг нервно сглотнул.
— А твой товарищ не может немного подождать? Просто высадите меня там, где есть цивилизация и юристы, и можете делать все, что заблагорассудится!
Его голос становился все выше и в конце фразы едва не сорвался на фальцет. Да, слабоват оказался доктор. Мне казалось, что врачи должны быть более морально устойчивы.
— Увы, нет. Товарищ очень, очень торопится. Он давно не был дома и страшно по нему соскучился.
— Джо!..
— Адрен, — отбросила шутливый тон я. — Это мой корабль, и я строю маршрут. Если ты так сильно торопишься, можешь прогуляться в открытый космос и поймать попутку там.
11
Шиндари уже расправился со своей порцией калорий, сунул тарелку в очиститель и теперь задумчиво чесал щеку. Видимо, с непривычки кожа под маской зудела. Неприятно, это я еще помню, хотя сама давно таких сложностей не испытываю.
— После прыжка снимешь ее. Пока лучше не рисковать попусту.
Карригу явно очень хотелось побегать по рубке в отчаянии или, напротив, сесть куда-нибудь и предаваться отчаянию сидя. Но увы. Тесное пространство рубки такой возможности предоставить ему не могло. Единственный стул в обеденной зоне сейчас занимал Шиндари, капитанское кресло по праву проминалось моим телом, а на кресло второго пилота он благоразумно не посягал.
Истеричка, конечно, но не дурак. Может, и не выкину его в открытый космос.
— Хорошо, — выдохнул он наконец, хотя его мнения в общем-то никто и не спрашивал. — Куда мы летим и сколько займет полет. Хотя бы это я могу узнать?
Я перевела вопросительный взгляд на Шиндари, и тот понятливо переместился в кресло второго пилота, которое, похоже, на время этого полета прочно закрепится за ним.
Расчет маршрута занял немного времени. Мой пленник и навигатор на полставки действительно разбирался в этом вопросе. Однако вопросов к его внезапному становлению на путь беззакония стало еще больше.
— Десять корабельных суток. — Он развернул над панелью управления голограмму звездной карты. — И два прыжка. Можешь считать это отпуском, док.
— Четырнадцать, — поправила я его, когда сама влезла в программу. — Вот здесь и здесь маршрут пролегает через оживленные сектора, обильно патрулируемые полицией. Нам туда сейчас лучше не соваться. И на этой станции лучше не светиться — там система безопасности такая, что проще убиться о ближайший астероид.
Шиндари уязвленно молчал, а я думала о том, что такие вещи просчитывать он точно не привык. Военный летчик, значит, да? С Нергии, на которой неспокойно?
Дело пахло хуже, чем очистные системы на третьесортной рудодобывающей станции.
Но обдумаю эту мысль я позже, когда останусь в одиночестве.
— Оживленные сектора? — тут же отреагировал доктор. — Может, там я и…
— Нет, — оборвала я его. — Просто поверь, Эдем для тебя — наилучший вариант. А сойдя в любом другом месте, ты потеряешь гораздо больше времени, чем на дорогу до Нергии. И нервов. И, возможно, здоровья.
— Пиратский корабль какой-то, — пробормотал Шиндари, и мне с неудовольствием пришлось признать его правоту. На данный момент две трети экипажа составляют разыскиваемые преступники. У галактической полиции пока ничего нет только на Джоан Кроу, которой я сейчас представляюсь.
Как странно чувствовать себя самым законопослушным элементом!
— И никакого отпуска! — строго погрозила пальцем я обоим. — Стандартные дежурства по очереди. Койко-место все равно только одно, так что делим корабельные сутки поровну и изображаем очень дружный и дисциплинированный экипаж.
“Террорист” лицо удержал, но мне все же мерещился гомерический хохот, когда он кидал на дока короткие взгляды. Тот сидел с очень сложным лицом и, кажется, жалел, что не взорвался вместе с Кнастом.
— Прошу одобрения на маршрут, капитан, — напомнил Шиндари.
Я снова вернулась к навигационной программе.
— До этой точки идем по твоим расчетам. Потом уводишь корабль по этому маршруту, — я вбила свои данные. Трасса стала длиннее, но заметно безопаснее для нелегалов. — Исполнять!
— Принято, капитан!
* * *
Мы вышли из прыжка. Теперь от “Солянки”и Чернокрылых нас отделяли многие тысячи световых лет. И если правильно себя повести, то они еще долго не сообразят, что добычу у них увели буквально из-под носа.
— Капитан, разрешите снять маскировку? — очень формальным тоном. от которого заныли зубы, спросил Шиндари. И это при том, что зубы у меня никогда не болели в принципе!
— Катись в черную дыру со своими военными замашками. Мешает — снимай. Прямо сейчас нам ничто не угрожает.
Шиндари тут же впился пальцами в лицо и на глазах изумленного дока начал стягивать с себя кожу. Отходила та нелегко, постаралась я на славу, так что пришлось прийти на помощь, чтобы нергит не остался без бровей.
Маска полетела в утилизатор, а демаскированный мужчина с наслаждением потер лицо руками.
— Иди в санблок, после умывания станет легче, — посоветовала я.
— Спасибо.
Он не замедлил воспользоваться предложением и скрылся за переборкой. А я наконец обратила внимание на необычно молчаливого Каррига. У него сегодня был день неприятных открытий, однозначно.
— Эй, Адрен, — окликнула его, предчувствуя неприятности. — Все в порядке? Ты же не собираешься покинуть нашу
