а у вас что? При равной прочности, вес будет тоже ого-го какой!
Не, кирпич в огород уважаемого мастера Дина, я, разумеется, кидать не стану. Мужик вполне на своём месте, и делает, наверное, максимум возможного в своих условиях. За что честь ему и хвала!
Без шуток – я реально его уважаю.
Но триста лет разницы в технологиях… вот они – на моих плечах!
Пробежка всё… теперь – отжимание!
И только через час, скинув с себя всё железо и наскоро ополоснувшись, сижу за столом с кузнецом и усатым наставником. Они сами меня на это место пригласили, так что теперь никто ничего поперёк не скажет – мужики тут в авторитете. Словом, место моё – вполне законное.
Кстати, наставник молодых ничего не позабыл, и аджику на кухню я передал. Не всю – кой-чего, естественно, осталось. Так что и у нас на столе она стоит. Но – только у нас!
Пришлось, правда, обстоятельно проинструктировать главную повариху – ту самую «старуху» Игу. Ничуть, кстати, не старуха – лет сорок, наверное…
Но – тётка умная, мои объяснения поняла сразу. Попробовала приправу, удовлетворённо кивнула и подвела итог – пойдёт!
А с утра у нас мясо…
И у раздачи столпотворение и гул голосов – народ просит добавки.
Ян ехидно ухмыляется в усы – распробовали!
К столу подсаживаются трое – десятники, как успел мне шепнуть на ухо мастер Дин.
– Твоя работа? – кивают они усачу на раздачу. – Поварята проболтались, ты утром заходил на кухню.
– Его! – указывает он на меня.
Мужики уважительно кивают – оценили. Понравилось!
– Что это за штука?
Указываю на стол – вот она.
– Где взял? – интересуется один из них. – Не праздно спрашиваю – у меня жена харчевню на рынке держит. Там – очень бы сгодилось!
– Да есть у меня небольшой запас… – но увидев разочарование на лице собеседника, успокаиваю его. – Но ещё сделать могу! Надо только по рынку пройтись – кой-чего докупить.
– Так! – пресекает беседу Ян. – Этот вопрос мы решим! В город выйти – это у магистра надобно соизволения испросить – займусь. А ты, Оран, не торопись поперёк забегать! Будет тебе «живое пламя», это я обещаю!
«Живое пламя» – это Дин вчера предложил такое название. А мы согласились – и верно ведь!
Ага, подтверждается – свобода моего передвижения… скажем так, несколько ограничена.
– Тут заработать можно, – поясняет мне усач. – Сотнику долю положим, без этого никак! Он у нас мужик нормальный, но, сам понимаешь…
– Да какие вопросы? Надо – значит надо!
– Мастер Дин – тоже.
– Спрашиваешь! Да я и сам бы огорчился, кабы ты его не назвал.
– Ну, и старуху Игу – она много стряпух знает. Даже и в серьёзных домах! Через них тоже много чего продать можно.
– Добро! А с магистром я переговорю…
Полдень следующего дня застаёт меня в кузнице – надо исполнять обещанное!
Пашем на пару – позавчера, во время распития пива, забились с местным кузнецом. Мол, кто лучше выкует кинжал? Судья – усатый наставник.
Раздут горн, я ещё вчера приволок из повозки заготовку и свой инструмент.
А внутри только сейчас ёкает неприятная мыслишка…
Ведь местный мастер – он же ведь своё колдовство применит! И?
Вот тебе и здрасьте – а я что могу противопоставить? Хрен его знает, какой кирпич у Дина заготовлен на этот случай?
И назад не отыграть – даже сославшись на выпивку и похмельное состояние. Мастер Дин в таком же состоянии – а работает!
Горн у нас у каждого свой. Своя же и наковальня.
Причём, я её устанавливаю не абы как, а сориентировав по сторонам света. Точно так же располагаю и емкость для закаливания.
Дин закаливает просто в воде – а у меня свой собственный состав. Масло, всевозможные добавки и так далее…
Все предварительные операции с заготовками произведены заранее – как у меня, так и у Дина. Сегодня – финальная стадия.
Собственно, он уже закончил и уволок клинок куда-то в подсобку. Как я понимаю – накладывать на него чары.
Бог с ним, у меня сейчас процесс старения идёт. По древней японской традиции. Дважды я уже нагревал клинок до нужной температуры – и дважды же давал ему остыть. Это не меч, там такая процедура требует почти целого дня – раз десять надобно повторить. И очень важно правильно выдержать температурный режим!
А кинжалу – хватит и трех.
Присаживаюсь на обрубок бревна и вытираю пот. И кто-то ещё спрашивает – отчего толстых кузнецов не бывает? Вот посмотрю я на него, опосля такого вот процесса… Жилистые и крепкие – почти повсеместно. А лишнего жира тут не нагуляешь! В таком-то жару…
Любопытные поглядывают издали, да расспрашивают подмастерьев, которые, то и дело выбегают на улицу за водой. Всем интересно – слух о споре моментально разнёсся по казарме. А я, ещё в процессе пивопоглощения, поведал старинную легенду о японском кузнеце. Ту, где он отсёк руку коллеге, решившему попробовать температуру жидкости для закалки. Мол, неча чужие секреты воровать!
И это было правильно воспринято мастером Дином, он только покивал понимающе. Слушавший всё это Ян, сделал свои выводы – и к нам в кузницу никто и не пробует заглядывать.
Всё, процесс окончен. Теперь – шлифовка, полировка…
Опять же – точило у меня своё. Поаккуратнее, нежели у местных коллег. И прочий инструмент тоже – а это не может не сыграть своей роли. Дайте Пикассо вместо изящной кисточки малярный квач – он дофига им нарисует? Сомневаюсь, что подобный «шедевр» потрясёт внимание публики…
– Ещё воды! – и срывается с места подмастерье.
Блин, даже и пожрать толком некогда – хаваем наскоро прямо здесь. Краем уха слышу, что кое-кто уже и ставки принимает. На того, кто выиграет в этом поединке.
Ну, одного-то выигравшего я точно знаю – усатый дядька в любом случае внакладе не останется.
Наконец, работа закончена – и сияющий Дин появляется на улице. Как я понимаю, процесс наложения чар на изделие прошёл вполне успешно.
Ну, мне накладывать нечего, но вот поработать над клинком, пожалуй, надо бы ещё… Шлифовка, доводка, да и ножны ему точно не помешало бы сделать.
Но – всё это после. Зрители в нетерпении приплясывают около нашего усача – всем уже невмоготу! Не каждый день тут такие развлечения!
Перед Яном два клинка, которые он с интересом рассматривает.
– Так… Заклятие двух ударов? – берёт он в руки кинжал моего оппонента.
То есть, как тотчас же комментирует кто-то из толпы, клинок точно
