Читаем без скачивания Васек Трубачев и его товарищи - Валентина Осеева

«Сейчас надо бы подтянуть ребят… – подумал Васёк. – А как подтянуть?»

Он вспомнил, что ему говорил Митя: «Хочешь ребят подтянуть – подтянись сам, а то ребята знаешь какие? Сразу скажут: „Ты что с нас спрашиваешь? Ты раньше с себя самого спроси“».

Васёк вспомнил, что за всё время каникул он не брал в руки учебника, и, наскоро пообедав, сел заниматься. Но мысли как-то разбегались, что-то не додумывалось до конца, беспокоило. «Со стенгазетой запаздываем. И что Одинцов думает! Ведь он редактор, почему я должен ему напоминать?»

Кроме стенгазеты, что-то ещё царапало Васька. Когда учитель похвалил Малютина за чертежи, Васёк вдруг почувствовал что-то против Севы и довольно грубо сказал ему, когда тот сел рядом с ним: «Не рассаживайся на всю парту со своими планами!»

– Васёк! – позвала из кухни Таня. – Иди сюда! У меня билеты в кино. Пойдёшь? У нас в клубе. Вместе и домой потом придём.

Васёк не успел ответить – тётка просунула в дверь голову:

– Васёк уроки должен учить, день будний, а в вашем клубе как-нибудь обойдутся без него!

– Как хочет, – бегло взглянув на мальчика, сказала Таня.

– Ему и хотеть нечего, за него взрослые думают…

– Почему это ещё? – грубо прервал её Васёк. – Захочу – и пойду! Ты мне запретить не можешь – я не маленький.

– Тише, тише… – вдруг зашептала тётка, приложив к губам палец с напёрстком и оглядываясь с таким видом, будто в комнате спал ребёнок. – Тише, тише… тише.

– Чего – тише? – сбавляя тон, удивлённо спросил Васёк.

– Сядь на место сейчас же, – тем же значительным шёпотом произнесла тётка.

Таня смотрела на неё испуганными глазами.

– Сядь на место тихонечко…

Васёк пожал плечами, пошёл в свою комнату и сел на место.

– Ну и чего? – нетерпеливо спросил он, поднимая глаза на вошедшую за ним тётку.

Тётка молча закрыла в кухню дверь и спокойно взяла своё шитьё.

– Что – чего? – сказала она обычным голосом. – Чего задано. Сиди и занимайся.

Васёк покраснел от злости.

«На пушку взяла… „Тише… тише…“ Колдунья старая!» – с раздражением думал он, глядя на склонённую голову тётки с ровным, как ниточка, пробором.

Но делать было нечего. Он раскрыл учебник географии и стал заниматься. А поздно вечером, засыпая, слышал сквозь сон, как тётка отчитывала Таню:

– Ваше ученье в ваших руках. Вы себя самостоятельной чувствуете, хотя и не сказать, что много над образованием трудились, а Ваську ещё учиться да учиться. Теперь сын отца перегоняет, в жизни последнее место никому не надобно, а вы молодая, беспечная – может, вся ваша жизнь для кино пойдёт…

Васёк не слышал, что отвечала Таня, и сам не мог двинуться на её защиту; голос тётки, однозвучный и монотонный, как дождь по стеклу, заглушался непобедимым сном набегавшегося за день человека. «Иш-шь… ты… тётка…»

Глава 13

Расписание

Одинцов и Саша Булгаков, проводив Васька, пошли вместе, советуясь, как лучше составить расписание дежурств.

– Хорошо бы девочек отдельно, а мальчиков отдельно, – сказал Саша, – а то они на дежурстве ссориться будут и сваливать друг на друга.

– Верно! – обрадовался Одинцов. – Мы их отдельно поставим. Пусть они за себя отвечают, а мы за себя. Тогда, по крайней мере, Сергей Николаевич сразу будет знать, кто честно дежурит, а кто нечестно.

– Да, и потом соревнование у нас получится.

– Зайдём сейчас ко мне и сразу напишем, а завтра вывесим, – предложил Одинцов.

– Зайдём!

Товарищи провозились часа два, а утром чисто переписанное Одинцовым расписание висело в классе под двумя заголовками:

Дальше следовали фамилии.

На другой день Васёк встал рано. Тётка разговаривала с ним как ни в чём не бывало.

«Обманула меня вчера, хитрюга!» – беззлобно думал Васёк, вспоминая вчерашний случай.

В школе навстречу ему бросился Лепя Белкин:

– Трубачёв, иди скорей! Там девчонки из-за расписания крик подняли.

– Какой крик? – Васёк быстрыми шагами вошёл в класс. Около нового расписания собралась целая куча ребят.

– Неправильно! Всё равно неправильно! – кричали девочки. – Не имеете права разделять класс! И мы ничуть не хуже вас дежурим!

– Не хуже, а лучше!

– А ты, Булгаков, звеньевой, да ещё староста, Одинцов тоже звеньевой, а делаете неправильно! – кричала Лида Зорина, взъерошенная, как птица, защищающая своих птенцов.

– Вы лучше, так вот мы вас отдельно и поставили! – старался перекричать её Одинцов.

– Мы думали соревноваться с вами, – оправдывался Саша.

– Не спорьте, не спорьте! – вмешался Васёк. – Не кричите! Сейчас всё разберём… Зорина, подожди!.. В чём дело, Булгаков?

– Понимаешь, мы их отдельно в расписании поставили, чтобы в случае чего они сами за себя отвечали, а мы сами…

– А они орут! – с возмущением перебил Сашу Одинцов. – Мы хотим, чтоб лучше было…

– Трубачёв! – выскочила опять Лида. – Они хотят, чтобы мы дежурили отдельно, а я считаю – это не по-товарищески. Мы все должны быть вместе. И вообще, ребята к девочкам придираются… Ты разберись, Трубачёв!

– Вы вечно на нас жалуетесь! – кричал Белкин.

– Из-за всякой мелочи тарарам поднимаете! – презрительно бросил Мазин.

– Тише! – Васёк крепко сдвинул брови, подошёл к стене, сорвал расписание и сунул его Одинцову: – Перепиши заново. Зря это.

Класс притих. Одинцов и Саша глядели на Трубачёва виноватыми глазами.

Васёк сердито повернулся к ним:

– Мы ведь как хотели сделать? Составить крепкие пары дежурных. А вы что? Одним словом, надо переписать заново… И нечего крик поднимать!

– Девчонки все языкатые! – крикнул кто-то из ребят.

– Мы не языкатые, а если неправильно, молчать не будем, мы тоже… – начала Степанова.

– Перестань! – прервал её Васёк. – Сейчас звонок будет… Ребята, по местам!

Ребята разошлись по партам, кое-кто продолжал ещё ворчать.

Васёк Трубачёв поднялся из-за парты и, обернувшись лицом к классу, постоял так несколько секунд. Потом молча сел.

– Образцовая тишина. Я думал, у меня ни одного ученика нет, – пошутил Сергей Николаевич, входя в класс.

Васёк пригладил свой рыжий чуб и удовлетворённо улыбнулся.

Глава 14

Урок географии

Первый урок был география. Сергей Николаевич принос в класс большую немую карту.

– Сейчас мы с вами немножко попутешествуем, – сказал он, отходя в сторону и потирая руки.

Из окна на лицо Сергея Николаевича падал свет, и ребята в первый раз заметили, что у него светло-серые глаза и очень белые зубы.

– Ну так… Трубачёв! Зорина! Мазин! – медленно вызывал учитель.

Ребята с интересом смотрели, как один за другим подходили к доске вызванные.

Васёк старался казаться спокойным, чёрные брови Лиды Зориной испуганно лезли вверх, и даже на толстых щёках Мазина выступил румянец.

Все трое остановились у карты.

Учитель окинул их взглядом и обратился к классу:

– Три рыбака… скажем, бригадиры рыболовецких бригад… водным путём везут в Москву рыбу.

Ребята слушали внимательно, боясь пропустить хоть одно слово.

Ты, Трубачёв, везёшь рыбу… – учитель прищурился и поглядел на карту, – с Балтийского моря. Зорина везёт рыбу с Каспийского моря, а Мазин – с Белого моря. Все три бригады должны встретиться в Москве, понятно?

– Понятно, – ответил за всех Васёк.

Лида Зорина уже бегала глазами по карте. Мазин тоже уставился на карту, пытаясь определить направление рек.

– Посмотрите внимательно, выберите себе путь и отправляйтесь, – сказал Сергей Николаевич. – Ну, кто первый начнёт?

Ребята поглядели друг на друга.

– Я, – сказал Васёк и взял указку. «Будь что будет!» – подумал он.

– Трубачёв? Ну, пожалуйста!

– С Балтийского моря я вошёл в Финский залив… – начал Васёк.

Учитель кивнул головой.

– …прошёл по Неве… – Васёк показал на карте.

– Хорошо, – сказал Сергей Николаевич.

…в Ладожское озеро… – Васёк откашлялся, чтобы выиграть время, – затем вот по этой реке…

– Свири, – подсказал Сергей Николаевич. Васёк заторопился:

– …в Онежское озеро…

Через секунду он уже плыл по Шексне, достиг Рыбинского моря, благополучно прибыл в Москву и с облегчением вздохнул.

– Очень хорошо, Трубачёв! Теперь жди своих товарищей.

Лида Зорина взяла указку.

– Вот, кажется, на встречу с тобой направляется женская бригада Зориной… Откуда идёшь, Зорина?

– С Каспийского моря, – ответила Лида Зорина, осторожно вывела свой пароход на Волгу, прошла мимо Астрахани, мимо Сталинграда, вышла на реку Оку, бойко перечислила по пути несколько городов, благополучно прибыла в Москву и, тряхнув косичками, передала указку Мазину.

– Я вот здесь поеду, – сказал Мазин, направляясь к Северной Двине.

Учитель улыбнулся:

– Как хочешь, но у тебя есть более короткий путь.

– Я по Северной Двине, – безнадёжно сказал Мазин, упираясь в неизвестные ему притоки. Направо узенькая ниточка неожиданно оборвалась. Налево путь был неизвестен. Мазин подумал и вернулся обратно. – Застрял, – сознался он, отвечая на вопросительный взгляд учителя.