в новой гимназии. Вот мы и ломаем голову, что это такое – подарок судьбы или очередные козни тёмных сил. Поэтому и не понимаем, радоваться нам или печалиться?
– Как не знать, конечно, слышала. Вы сами немного пораскиньте мозгами, вспомните кое-что, тогда и разберётесь.
– Это вы, бабушка, – маг. Поэтому любую ловушку и пакость чувствуете за километр. А нам, обычным существам, трудно решать подобные межгалактические головоломки, – пошутил Валерка.
– Просто вспомните, как так получилось, что Кирилыч стал директором гимназии? Кто ему в этом помог? – терпеливым тоном продолжала маг наводить ребят на нужные мысли.
– Точно! А Вы правы, Сильвия, – первым догадался Колька. – Помните, парни, как только мы переместились обратно из Эффериса в наш мир, Гунтас почти сразу заявил Кирилычу, что тот в скором времени станет директором новой школы?
– Было дело, я как раз тогда свои штаны от цемента оттирал, – подтвердил Валерка. – Въедливая пылюга оказалась. Мне потом от матери досталось…
– Погоди ты со своими портками. Дай сообразить, – перебил его Серёжка.
Глава 4. Долгожданная встреча
– Стало быть, и назначение Кирилыча на высокую должность, и наш перевод в новую школу – это дело рук Совета времён и измерений? – вымолвил мальчик через несколько секунд.
– Ну, наконец-то, – облегченно вздохнула Сильвия. – А то я уж грешным делом подумала, что вы за этот год отупели. Сами понимаете, растущий детский организм – штука непредсказуемая. Тем более после таких-то впечатлений от перемещений по временам и измерениям. Смотрю, Валерка извёлся весь, только бы не проболтаться знакомым про чудеса, свидетелями которых вы стали.
– Не беспокойтесь, бабушка, всё у нас в порядке c головой, – поспешил развеять её сомнения Колька. – И Валера уже более-менее научился справляться со своим скорострельным языком, особенно если его периодически «заряжать» волшебными оплеухами. Просто на нас столько всего навалилось в последние дни: и рыбка-переводчик, и известие о переходе в новую школу, и ещё сегодня задание Гунтаса надо выполнить. А как – мы толком и не знаем.
– Про говорящую собаку забыл, которая нас чуть с ума не свела утренними загадками, – вставил свою жалобу Валерка.
– Ты, милок, на Машку не обижайся. Она хороший бульдерлог, хоть и очень прожорливый. Раньше вообще в армии служила в пограничных войсках, рубежи нашей необъятной родины охраняла.
– Вы ничего не путаете, Сильвия? – усомнился Колька. – Я фильмы смотрел про пограничников. Так они в основном немецких овчарок используют. А Машка же простая дворняга, хотя и крупная.
– Может, она и не породистая, и родословной не имеет. Только опасных контрабандистов выследила и тревогу подняла. Сработала не хуже самой надрессированной овчарки.
– Ух ты! Расскажите об этом подробнее, – восхитившись, попросили мальчишки.
– Тут длинной песни не сложишь, – раздался хриплый голос из-за кустов, и к ребятам и старушке-магу вышла сама героиня – собака Машка.
– Долго жить будешь, блохастая! – радостно приветствовала её Сильвия. – Вот ты им и расскажи про свои «подвиги Геракла», а мне идти пора. И не забудьте толмоха с собой взять, когда телевизор смотреть пойдёте, – подмигнула она ребятам и не спеша пошла по улице в сторону продуктового магазина.
– Я здесь в кустах задремала после сытного обеда, поэтому слышала, что вам Ветроносная обо мне говорила.
– И что, это правда? Вы в одиночку кучу бандитов смогли обезвредить и связать? – затараторил Валерка, которому очень хотелось услышать историю про суперпса.
– Ты фантазируй, да головой думай! – ответила ему собака. – Как я их лапами связать-то могла? Это у вас, лысаков, пальцы длинные и гибкие, один большой чего стоит. А я могу только слюнями человека обмотать раза два по кругу. Нет, уважаемые школьники, всё было немного иначе.
В то время я была ещё довольно молодой и глупой. Жила на природе в лесу, где располагалась пограничная застава. Отец мой в армии служил. Знатный был бульдерлог, лучший розыскной пёс, вся грудь в золотых медалях за собачьи заслуги. Мама попроще, но тоже красавица. Она охраняла дом в деревне поблизости. И вот однажды на своем дежурстве отец и повстречал в лесу мою мать. Так я и появилась на этом свете.
– И что было потом?
– А дальше я выросла, родители состарились и умерли, сами знаете: век бульдерлога не такой длинный, как лысаковский. Но пограничники, в память об отличной службе моего отца, разрешали мне беспрепятственно посещать воинскую часть в любое удобное время. И самое главное – поставили на довольствие в местную столовую. Лучшие отходы с солдатского и офицерского столов были в моём распоряжении круглый год.
Но я понимала, что, не будучи породистой овчаркой, на настоящую службу я не могу рассчитывать. Поэтому кормят скорее из жалости, чем по необходимости. А в этом случае «попутный ветер» в отношении меня может поменять направление в любой момент: например, если в часть придёт новый командир, который уже не будет знать о заслугах моего отца.
И решила я подстраховаться на случай внезапного «увольнения». Стала таскать с заставы несъеденные отходы и прятать их в специальные лесные тайники. В основном это были небольшие берлоги и норы, образовавшиеся под корнями деревьев. Набила их под самую завязку и стала охранять. Сами знаете, халявщиков в лесу пруд пруди: то белки с енотами залезут вкусненьким поживиться, а то и волков с лисицами гонять приходилось.
И вот в один дождливый вечер стало у меня на сердце как-то неспокойно. Думаю – точно кто-то сегодня в моих припасах ковыряться будет! Чутьё бульдерлогов редко обманывает. Решила сходить проверить. Добежала до ближайшей большой берлоги – и точно: какой-то зверь почти целиком залез в тайник и чем-то там шебуршит, только мохнатый чёрный зад наружу торчит. Причём, судя по размеру «пятой точки» и толстым ногам, экземпляр попался достаточно крупный.
От такой наглости я дар собачьей речи потеряла. Ну, решила, конец тебе, вражина! Погибну, а родную еду защищу. Подбежала поближе да схватила его за мягкое место, аж челюсти от злости свело. Зверь как зарычал, как застонал от боли на весь лес, аж мурашки по коже.
Я решила судьбу больше не испытывать. Отбежала подальше и залилась таким громким лаем, что потом охрипшая несколько дней ходила.
Хорошо, что в этот момент недалеко проходил дежурный пограничный наряд с оружием и служебными бульдерлогами. Они мой лай услышали и через несколько минут прибежали на место боя разобраться, в чём дело.
Оказалось, что это никакой не зверь был, а обычные контрабандисты. Надели на себя медвежьи шкуры и перешли тёмной ночью через границу. Потом решили в моей берлоге тайник устроить. Думали еду наружу выкинуть, а своё
