- Если понадобится, каждый из нас жизнь отдаст за свободу, - пафосно провозгласил Дроко.
На что Фальк понимающе кивнул.
- Отлично, дорогой Эльво, вот только жизнями разбрасываться не стоит, они вам еще понадобятся. Короче, сейчас ты расскажешь мне все об этом судне, затем мы составим план совместных действий…
Подготовительные мероприятия заняли не более десяти минут. В краткой и лаконичной форме капитан Дроко поведал агенту всю интересующую того информацию. Затем они обсудили некоторые аспекты предстоящей операции. Наконец, Кевин вручил капитану ключ и пару сабель и легкой тенью заскользил в направлении юта. Его целью были апартаменты Кровавого Чарви. Пока рабы поочередно отстегивают себя от банок, задача Вьюна нанести максимальный урон противнику, а именно - обезглавить банду. Без своего руководителя пираты не смогут оказать достойного сопротивления обозленным до крайней степени невольникам. К тому же, рабов на галере около восьми десятков, а пиратов не более пятидесяти. Большинство невольников опытные моряки, способные превосходно ориентироваться в судовых условиях. Их задача смести с верхней палубы вахтенную команду и блокировать прочих пиратов в их каютах, расположенных на баке и подоспеть на помощь Вьюну, который в это время будет вырезать офицерский состав.
По пути он наткнулся на парочку вахтенных матросов и выверенными ударами сжатых в щепоть пальцев оправил их к праотцам. Парни умерли мгновенно. А ему пришлось немного задержаться, чтобы убрать с узкого прохода мертвые тела. Затем посетил ходовой мостик и от греха подальше нейтрализовал вахтенного штурмана и стоявшего у рулевого колеса матроса. Хорошенько зафиксировал штурвал куском веревки. Теперь можно наведаться в каюту Чарви.
У входа в кормовую надстройку он столкнулся нос к носу с одним типом весьма солидной комплекции. Поначалу Вьюн подумал, что это сам главарь, поэтому с необычайным воодушевлением полоснул ножом по бычьей шее и моментально отскочил в сторонку, чтобы не угодить под кровавый фонтан, ударивший из поврежденной артерии. Когда же тот осел безжизненной тушей на основательно залитую кровью палубу, Фальк понял, что это не Темп. Откровенно говоря, огорчился он не очень - такого “кабанчика” походя завалить - великое дело.
Темпоса Чарви он обнаружил в капитанских покоях. Гроза Центральной Атлантики и прилегающих морей широко распластался на кровати соответствующего размера. Несмотря на широко распахнутые окна, от его громадной туши несло свинарником, винным перегаром и табачным дымом. На этот раз волчье чутье, не раз помогавшее избежать самых хитроумных ловушек, подвело легендарного пирата.
Кевин был предельно собран и готов к любому повороту событий. Подивившись габаритам натужно храпящего во сне человека, он критически посмотрел на зажатый в руке стилет. Подобной зубочисткой, пожалуй, лишь раззадоришь этакого гиганта. Даже если удастся перерезать ему глотку или артерию, не факт, что перед смертью тот не успеет раздавить Вьюна своими медвежьими лапищами. Сюда бы небольшую пушку и заряд шрапнели в голову, чтобы наверняка. Да где же ее взять?
Потихоньку, чтобы не побеспокоить спящего, Вьюн приблизился к постели, даже дышать перестал. Он решил покончить с Кровавым Чарви, загнав стилет ему в глаз. Молодой человек уже замахнулся, чтобы выполнить задуманное, но в этот момент пират широко зевнул и громко всхрапнул во сне. При этом его обычные на вид уши прямо на глазах агента увеличились в размерах и заострились сверху. Длилась метаморфоза краткий миг, однако этого вполне хватило, чтобы Кевина прошиб холодный пот, а его вознесенная для рокового удара рука резко остановилась.
Хвала Непознанному, что не позволил ему совершить глупость, которая вполне могла стать для него последней в жизни. Предводитель пиратов оказался метаморфом, точнее метаморфом-полукровкой. Вьюн этого никогда бы не понял, если бы на его глазах не произошла неконтролируемая трансформация ушей Чарви.
О метаморфах или великанах-оборотнях было известно немного. Насколько помнил Кевин Фальк из курса обшей ксенологии Земли, эти загадочные существа обитают далеко на Востоке в горах Памира. В своем обычном состоянии метаморфы похожи на людей, только ростом и комплекцией значительно их превосходят. При желании могут принимать облик диких животных: волков, медведей, горных кошек и далее в том же духе. По непроверенным данным, в результате половых связей между людьми и метаморфами может появляться вполне жизнеспособное потомство.
Ага, по непроверенным. Теперь (во всяком случае, для Вьюна) это вполне установленный факт, поскольку на постели перед ним валяется самый настоящий полукровка, рожденный от кошмарного союза человека и метаморфа. Вьюн лишь на мгновение представил, что могло случиться, если бы рука его не остановилась, и лезвие стилета вошло в глаз чудовища, и по спине его вновь пробежал вполне ощутимый холодок. Пробудившись ото сна, Темпос Чарви вытащил бы преспокойно нож из глазницы, и занялся отращиванием нового глаза, а пока восстанавливалось зрение, он с удовольствием вырвал бы Вьюну поочередно все конечности, потом, может быть, из великой милости открутил несчастному голову. Малоприятная перспектива, не правда ли? Получается, что в данном случае его ножичек не совсем подходящий вариант. Из все того же курса общей ксенологии Кевину было известно, что убить метаморфа довольно просто. Для этого его всего-то нужно либо сжечь, либо покрошить на мелкие кусочки, на худой конец, отделить голову от тела, тут же спрятать в какое-нибудь недоступное место, чтобы монстр не прирастил ее обратно, а потом подождать минут десять, пока тот наконец-то соизволит издохнуть. Поскольку особого выбора у Вьюна не было, последний способ показался ему наиболее приемлемым. К тому же, насколько он помнил, в смежном помещении, служившем рабочим кабинетом главарю пиратов, на столе поверх разбросанных в хаотическом беспорядке карт и каких-то бумаг лежала тяжелая абордажная сабля. По всей видимости, она играла роль своеобразного груза, препятствовавшего, гулявшему по каюте сквознячку основательно поразвлечься с документами.
Сабля оказалась слегка тяжеловата и великовата для нормального человека, зато отлично заточена. По большому счету, от Вьюна не требовалось лихо фехтовать ею, и для исполнения задуманного столь внушительная железяка вполне годилась. Вернувшись к спящему телу, Вьюн хорошенько примерился и, широко размахнувшись из-за спины, резко ударил по бычьей шее спящего метаморфа-полукровки.
Британец и сам не ожидал, что у него получится с первого раза, но острый тяжелый клинок с легкостью рассек могучие мышцы, многочисленные артерии и вены, даже крепкие шейные позвонки для него не стали особым препятствием. Издав некое подобие хрипа, голова метаморфа отделилась от тела и, удивленно выпучив глаза, уставилась на непрошенного гостя. Много крови не было, поскольку поврежденные сосуды мгновенно закупорились, препятствуя фатальной кровопотере. Губы Темпоса Чарви усиленно задвигались, очевидно, он что-то хотел сказать, но поскольку воздух из легких в гортань не поступал, монолог получился беззвучным.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
