Читаем без скачивания Осторожно, дамы отрываются - Маргарита Южина

От еды Мишке отказаться было сложно, тем более что из кухни доносились такие ароматы… За столом вовсю развернулись дебаты по поводу банкета.

– Вот этот салатик классно пойдет, – восхищался Мишка предложенному блюду. – Главное – денег мало уйдет, одна капуста!

– Это несерьезно, – противилась Ирина. – Сам говоришь – надо показать все самое лучшее, а эта капуста в каждой столовке. Я тут из салатов знаешь что придумала, вот смотри…

– Да ну! – не соглашался Мишка. – На это такие бабки уйдут, мама дорогая!

– А тебе деньги уже выдали? – вдруг спросила Ирина. – Давай их мне, у меня надежнее будут. Чего набычился? Давай, говорю!

Довольно крупную сумму Ирина завернула в полиэтиленовый пакет и тщательно утрамбовала в лифчик. Мишка только губы облизнул, глядя на выросшую грудь.

– Даже и не думай! – строго сказала Ирочка. – Я может за себя еще не так, но за деньги!

И парень сник.

Они уже перешли к обсуждению горячего, когда в дверях заворочался ключ.

– О! А вот и маманя! – радостно воскликнул Мишка и понесся к дверям.

Через минуту в кухню вошла еще не старая женщина с уставшим лицом. Руки ее оттягивали большие пакеты, а сынок скакал позади маменьки козлом, и помочь матери ему в голову не приходило.

– Здравствуйте, – стыдливо зарделась Ирина и тут же накинулась на Мишку. – Ты чего у матери сумки не возьмешь, наглец?!.. давайте я вам помогу!

– Ой, Мишенька… – растерялась женщина. – А отчего ж ты не сказал, что у нас гости? Я б пораньше отпросилась, приготовила бы чего…

– Ты и так сегодня рано, куда уж раньше? – буркнул Мишка, вытаскивая из пакета кулек с баранками. – Должна ж в одиннадцать…

– Это я завтра в одиннадцать, – извиняющим тоном проговорила мать. – Ты просто смены попутал. Чего это мы все о себе, девушка твоя заскучала… Сейчас, милая, я приготовлю картошечки жареной, курочка у нас сготовится…

– Да, ма, ее Ириной звать. А курочку она уже сготовила… Садись, у нас все готово.

– Да, садитесь, пожалуйста, – подскочила Ирина. – Вы здесь ужинайте, отдыхайте, а мы с Михаилом пойдем в комнату, нам поработать надо…

Женщина от изумления сложила руки под грудью, да так и осталась стоять – еще никогда ей никто не предлагал отдыхать.

Ирина посидела недолго:

– Деньги я забираю, а ты завтра с утра ко мне, не буду же я одна сумки таскать! Адрес знаешь? Только не опаздывай, а то нам еще добираться…

– А чего добираться, на машине быстро…

– Так у тебя и машина е-е-е-сть? – вытянулось лицо у Ирочки. – Ты в моих глазах растешь!

– А то… – засмущался Мишка и проговорил: – Давай, собирайся домой, мне еще тебя провожать… Ну чего ты глазами хлопаешь, я ведь тебя не отпущу одну с такими деньгами!

Когда Ирина заявилась домой, Марианна Венедиктовна не на шутку перепугалась:

– Что?! – пролепетала она. – С вами произошла авария? Можешь меня не щадить!

– У нас не было аварии, – тоже испугалась Ирина. – Ну разве только после того, как я ушла…

– А почему ты ушла? – не успокаивалась женщина. – Тебя оскорбили, обидели, надругались?

– Да чего-то никто не решился… а что случилось – то? – догадалась спросить Ирина.

Старушка шумно выдохнула и даже как-то осела:

– Откуда я знаю… ты должна прийти в час ночи, а явилась сейчас, откуда я знаю, что у тебя там произошло…

Ирина смотрела и не могла поверить – ее собственная маманя не так переживала за дочурок, как вот эта чужая бабушка!

– Ничего со мной не случилось. Ничегошеньки, честное слово! Пойдемте чай пить, и я вам все-все расскажу, – позвала она.

Пока готовили чай, незаметно пролетело время, и вернулась с работы Люба.

– Как раз к блинам! – фыркнула Ира. Она помнила, как трепетно Марьванна относится к блинам, и в этот раз не поленилась – настряпала целую стопку. – У тебя просто нюх!

– У меня просто смена кончилась, – весело ответила Люба. – Ой, что я вам сегодня расскажу!..

За ужином Люба рассказывала взахлеб:

– …А этот Сивцов, когда я при всех заявила, что собираюсь за него замуж, чуть последнего разума не лишился! У него даже голос охрип, так напугался!

– Любочка! Ну разве так можно? – качала головой Марьванна – А если тебе и в самом деле приспичит за него замуж идти?

– Это как то есть приспичит? – не поняла Ира. – Ни с того, ни с сего что ли? Нет уж, если приспичит, так побежит как миленькая!

– Не знаю, кто куда побежит, но я от него так просто не отделаюсь, – ответила Любочка, уплетая блины. – Пусть он почувствует, какого это быть в шкуре Евгения!

– Ох, девка, пора тебе своих детей заводить… – вздохнула Марианна Венедиктовна. – Ирина, так у тебя-то что стряслось? Ты так и не рассказала, а ведь обещала.

Ирина отставила чашку, вытерла губы салфеточкой и глубоко вздохнула:

– Марьванна… кхм, Марианна Венедиктовна… мне, конечно же, жутко неловко, но… я ушла с этого автобуса. Не лежит у меня душа к этим билетам… Я попробую сама…

– Ну что ж… – пожала плечами пожилая женщина. – Конечно, попробуй. Почему-то мне кажется, что ты знаешь, чего хочешь.

– Да я-то знаю… – поморщилась Ира. – Только… так неудобно жить все время на ваши деньги. Мы ж понимаем, те деньги, которые вам маманя давала, они ж кончились давно.

– Я вам всю заплату буду отдавать! – тут же пообещала Люба. – И за себя и за Иру. А она потом устроится и тоже будет…

Старушка мило усмехнулась, потом молчком поднялась и вышла из кухни. Сестры переглянулись.

– Не смогла пережить, – покачала головой Люба. – Пошла руки на себя накладывать…

Девушки уже вскочили, чтобы спасти старушку, но та вернулась сама с огромным, старым альбомом.

– Смотрите… – стала листать она толстые страницы. – Это я молодая… это муж мой, первый. Там дальше все мужья пойдут по порядковым номерам. Этот вот первый. А это сынок мой, Леонид. Правда, красавец?

С фотографий на девушек смотрел рыжий парень с буйными кудрями до плеч, с гитарой наперевес. На фото парню было лет девятнадцать.

– Такой молоденький? – удивилась Люба.

– Это он после выпускного сразу сфотографировался, – пояснила Марианна Венедиктовна. – А вот он маленький… ой, ну такой хорошенький был! Я его так одевала – загляденье! Какие ему костюмчики шила – весь двор приходил любоваться…

Девушки смотрели на малыша, на мальчишку, на взрослого парня и боялись спросить самого главного – а где теперь сынок Марианны Венедиктовны? За все время, пока они живут у этой женщины, сын ни разу не появился, не поинтересовался, как живет его мать, не болеет ли. Они даже не слышали, чтобы он звонил. Вывод был один – сына попросту нет в живых.

Люба уже даже начала заранее наглаживать старушку по плечу, а Ирина тихонько приготовила стакан с водой.

– А вот эта фотография вам нравится? – вдруг лукаво усмехнулась Марианна Венедиктовна и выкинула новое фото.

На стол перед сестрами лег снимок, где молодая девушка стояла, робко теребя длинную, толстую косу, а этот самый Леонид нежно обнимал ее за талию.

– Мне так очень понравилась, – вовсю ахала Люба. Хотя чему там нравится? Незнакомый парень обжимается с какой-то незнакомой девицей. Но Марьванну надо было поддержать. – Очень нравится! А кто это? Это его невеста, да?

– Нет, это ваша мама, – просто объяснила Марьванна.

– Мама?! – в голос воскликнули сестры и прилипли к снимку.

– А ведь и точно… – первая сообразила Ирина. – У нас дома тоже фотографии, где она с косой и в этом платье… Только без Леонида…

– А чего это она с вашим сыном? Она его знала разве? – допытывалась Люба.

– Н-ну… если родила от него двух детей, думаю, знала… – поджала губы Марьванна.

– Надо же! Двух детей от него! – воскликнула Люба. – А кого это интересно?

Ирина только качала головой. Она уже догадалась, кто эти детки.

– А как они встретились-то? – только и смогла она спросить.

И Марианна Венедиктовна рассказала.

Молоденькая девушка Зиночка отправила в армию своего парня Витю Горохова и ждала его верно и преданно. Ни одна даже самая зоркая недоброжелательница в деревне не могла углядеть за ней ничего непристойного – на гулянки не бегала, по вечерам сидела дома и даже в клуб на новые фильмы не ходила. Как только Витя вернулся, справили свадьбу. И все было бы славно, если бы не одна мелочь. Витя с армии вернулся с надорванным организмом. То есть на детей Горохов был не способен. Сначала об этом не знал ни он сам, ни Зиночка, но потом молодая жена стала волноваться, а по деревне уже и слухи поползли «Зинка-то пустышка!». Зинаида была девушка не глупая, всем только улыбалась да отмахивалась «Куда, мол, нам сейчас детей! Еще и дом не достроили… и холодильник не купили… и лошадь взять задумали… и корову…». Сама же тем временем съездила к врачу, троюродная сестра у нее в городе жила, вот и свела. Тот врач собрал у нее кучу анализов, после чего совершенно определенно заявил: