В квартире что-то капает.
– Черт, ну что ж такое!
Захлопываю крышку ноута и иду в сторону шума. Включаю свет. Лампочка взрывается и окатывает меня осколками. Прикрываю голову и с ужасом взираю, как с потолка стекают струйки воды по кафелю.
Щелкаю выключателем, чтобы ничего не коротнуло, и несусь на балкон за тазиками и ведрами. Расставляю по полу. Должно хватить, пока я бегаю наверх.
Надо найти, от кого этот водопад.
Пролетаю мимо квартиры Дениса в надежде, что все же не придется с ним снова сталкиваться.
Стучусь, но мне никто не открывает. Топаю ногой и спускаюсь к бывшему. Только заношу руку над звонком, как замечаю, что в двери зазор. Сердце ухает вниз, когда понимаю, что дверь не заперта.
«Вызывай полицию! Тут что-то не так!» – вопит голос, но я, как последняя идиотка, шагаю в тишину квартиры.
– Денис? – неуверенно зову, но ответом мне только тишина.
Делаю еще несколько шагов на дрожащих ногах.
В ванной через верх выливается вода. Выкручиваю краны и открываю заглушку.
И вроде бы можно сбежать: ну мало ли почему тут открыто? Но внутри все замирает при мысли, что с Денисом что-то не так. Долбанное чувство ответственности! Иногда оно очень мешает спокойно жить.
Прохожу по комнатам и чуть ли не падаю в обморок, когда вижу, что Денис лежит на полу. И он в отключке.
– Денис! – испуганно выкрикиваю.
Ноги подводят, и я пару раз спотыкаюсь, пока сокращаю расстояние до парня. Сердце колошматит, как отбойный молоток. В ушах все звуки как обрубает.
Дрожащими руками осматриваю его, но крови нет, и я выдыхаю.
– Денис. – Слегка бью по щекам, а у самой внутри словно все процессы останавливаются.
Мне страшно за него. И что бы он мне ни сделал… Черт! Он не чужой мне.
– М-м-м-м-м, – мычит Денис, пытается открыть глаза.
С третьей попытки получается.
– Лисенок, – шепчет он, – я умер и попал в рай?
– С ума сошел? – так же шепотом. – Ты, кажется, потерял сознание.
Приподнимается на локте. Хмурится.
– Да ну, я никогда не терял сознания.
Голос слабый, но он разговаривает, и это хороший знак.
– Я скорую вызову.
Шарю по карманам штанов и закусываю губу. Телефон дома. Остался валяться на диване.
– Не надо скорую.
С трудом приводим Дениса общими усилиями в стоячее положение. Его шатает. Видно, что слабость. Постояв не больше минуты, падает на диван. Над губой испарина.
– Давай врача, Денис, – настаиваю.
Осматриваю комнату: может, найду его телефон и позвоню.
Возвращаю взгляд на Дениса. И тут только доходит, что он в костюме, только пиджака не хватает. В кармане – очертания телефона.
Протягиваю руку.
– Дай телефон.
– Зачем, лисенок?
– Вызову врача. Ты бледный, и ты упал в обморок.
– Ой, да фигня. Видимо, усталость дает о себе знать, – отмахивается, как от назойливой мухи. – Поцелуй. Может, пройдет?
У меня глаза на лоб лезут от такой наглости.
– Шучу, шучу. А то еще ужалишь ненароком, а я после того раза долго отходил.
– Что ты несешь?
Теряю нить разговора. У него что-то похожее на бред?
– Забей. Ты как у меня оказалась?
Взгляд проясняется, и он уже не выглядит так бледно и нездорово. Выпрямляется на диване и бросает на меня взгляд исподлобья.
Хм, узнаю теперь прежнего Дениса. Для него всегда показать слабость было за гранью дозволенного. Когда враг знает слабое место, он бьет по нему – его слова.
Да, но я же не враг. А кто же тогда?
Застываю.
– Ай!
Щелкает пальцами и дергает за руку:
– Куда улетела, лисичка?
– Хватит меня так называть! – Сжимаю губы и стискиваю кулаки. – Для тебя я Алиса.
– Окей. Что ты тут делаешь, Алиса?
– Ты меня затопил. Я пришла сказать тебе об этом, но у тебя дверь была открыта.
Денис снова хмурится. Потирает шею сзади.
– В смысле открыта?
– В прямом. Не заперто. Как еще сказать?
– Ладно, не ори.
– Зашла, а тут ты лежишь в отключке. Воду я выключила, в общем. Счастливо оставаться.
Не хочу продолжать разговор. Разворачиваюсь и сбегаю.
Опять. Трусливо прячусь от него. Только вопрос в голове молотом долбит. Что, мать его, он имел ввиду, когда сказал, что долго отходил после того раза?
* * *
В очередной раз пытаюсь возвратиться к работе, но меня снова отвлекают. На этот раз звонок в дверь.
Рычу и с психом подскакиваю на ноги. Кого там еще принесло? Для родителей рано, а для Женьки без предупреждения – смело.
Со злостью распахиваю дверь и замираю с открытым ртом.
– Чего тебе еще?
На пороге Денис, уже не в костюме. Спортивки и белая майка, оголяющая немного больше, чем я готова видеть. Но не зажмуриваться же, как зеленой девчонке?
Хотя сколько у меня не было близких отношений с противоположным полом? Так и зажмуриться не стыдно.
Но тем не менее стою с широко распахнутыми глазами и жду.
– Ну ты же сказала, что я тебя затопил. Вот, пришел оценивать ущерб.
Руки в карманах, на губах циничная усмешка. Того, оглушенного, Дениса уже нет. Он быстро умеет себя в руки брать, что бы ни случалось с ним. Встал, отряхнулся и дальше пошел.
– Зачем? Все у меня нормально, лампочку только вышибло.
– Я пройду?
– Нет.
Встаю на его пути и чуть ли руки не раскидываю, чтобы не
