Опустив руки, я уныло смотрел, как триумфально и самодовольно свисает незакреплённый угол ирретовой[4] занавески. Да чтоб тебя! И зачем столько петелек? Хватило бы по три на каждую половинку!
Заскрипев зубами, я таки обуздал слабость, дрожь в руках и круги в глазах. С победным рыком воткнул последний крючок почти туда, где находилась последняя петля.
В этот момент из ванной как раз вышла Катарина, замотанная в полотенце. Ей оно приходилось чуть ли не до пят, настолько махонькой она была.
— Ой, спасибо огромное, Лимар! Сама бы я ни за что не дотянулась. Вот только… — смутилась она.
— Что?
— Кажется, ты их наизнанку повесил, — робко сказала она. — Обычно же вешают лицом в комнату, а не к окну.
С ненавистью посмотрев на всё-таки победившие занавески, я ответил:
— А у нас так принято!
И ушёл, пока она не начала спорить.
[1] «Искать золото», — перевод с магического языка перворождённых.
[2] Группа Ария, «Закат».
[3] Грагомот — крупный травоядный зверь с очень густой и грубой шерстью и толстой кожей, которая используется для изготовления тяжёлых кожаных доспехов.
[4] Иррет — крупный полярный медведеобразный хищник, обитает на Северном Плато в его самых холодных частях. Обладает магией, свирепым характером и не против отведать человечины. Иногда нападает на людей и является очень опасным противником. Его шкура, кости, зубы и когти высоко ценятся на рынке. Мясо едят только непривередливые северяне, остальные отмечают его специфический привкус.
Глава 3. Небесный город
Катарина
Оставшись в одиночестве, я растерялась. Не стоило мне злить Лимара своим замечанием. Всё-таки старался, вешал. Перевешу потом тихонечко, никто и не заметит.
Принять горячую ванну после стольких дней скитания по лесу было сродни продолжительному оргазму. Или даже лучше. Да, теперь я могла сравнивать. Местные блага цивилизации порадовали. Унитаз несколько отличался конструкцией, и вода в нём текла всегда, но ничего критичного в этом не было. В конце концов, у нас в общаге тоже вода текла всегда, вот только это противоречило изначальной инженерной задумке.
О, с каким блаженством я сделала все свои дела, а потом ещё и зубы почистила от души! Вместо пасты тут был зубной порошок, и в нём ощущалось присутствие магии, но только совсем немного. Зеркало отразило меня, но не меня. Что-то со мной сделало то заклинание Тавервеля, всех превратившее в брюнеток. И вроде всё то же самое: глаза вроде мои, только стали темнее и теперь обрамлены более выразительными и тёмными ресницами. Нос и рот как были маленькими, так и остались, никаких вареников вместо губ не выросло, но выглядело лицо так, будто я нанесла едва заметный дневной макияж. Тон кожи ровнее, глаза выразительнее, а едва уловимая асимметрия бровей исчезла. В общем, заклинание пошло мне на пользу.
В остальном всё осталось прежним: всё тот же впалый живот и та же единичка, которой я немного стеснялась. Даже тайком почитывала форумы о пластике груди, прикидывала, сколько лет нужно копить, чтобы сначала купить жильё, а потом сделать вожделенную троечку. По моим подсчётам получалось, что примерно до старости. Однако мечтать и рассматривать фото «до и после» никто не запрещал.
Мысли плавно перетекли на Танарила, которого, кажется, мой глобальный недостаток совершенно не волновал. Вернее, волновал, но в хорошем смысле этого слова. Рядом с ним я впервые почувствовала себя по-настоящему желанной и женственной. Не незаметной заучкой-Совой, а девушкой, которую хотят. Тем обиднее было от него слышать, что мы не пара. С другой стороны, обещание своё он выполнил, даже деньги мне отдал. Именно они придавали всему произошедшему какой-то странный привкус. Будто бы я очень дёшево продала свою невинность. С другой стороны, разве был выбор? Сдохнуть там в лесу нетронутой и гордой? Как бы развивались события, если бы я отказалась? Он бы развернулся и ушёл, а я бы всё равно, наверное, это ему и предложила, потому что больше нечего. Или и правда загнулась бы в каком-то сугробе.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
А так — новый магический мир, в котором у меня есть редкий дар и нет обязательств перед страшным императором. Почему-то в рассказанное верилось сразу. С самого начала знала, что был в этом отборе какой-то подвох, слишком уж легко они на всё соглашались. Всем известно, что бесплатный сыр стоит дорого. Мне казалось, что я всё предусмотрела, а вмешались боги, и обстоятельства сложились иначе. Надо им, наверное, помолиться?
Отношения с религией у меня были непростые. Я верила в какую-то высшую силу, но чётко сформулировать, что она собой представляла, не могла. Современная же церковь со всеми этими золотыми алтарями, дорогими яхтами и пьяными священниками, садящимися за руль, вызывала недоумение.
Сразу вспоминалась притча, когда собрались люди всем миром, воззвали к Богу, и Он откликнулся. «Господи, сделай так, чтобы не было воровства, обмана, войн, убийств и насилия!» — взмолились люди. «А что, вам это не нравится?» — искренне удивился Бог. «Нет, конечно!» — отозвались люди. «Ну тогда не делайте этого», — с недоумением ответил Господь.
В общем, теологических споров я избегала, ни к какой конфессии толком не принадлежала, но и отрицать ничего не решалась. И сейчас впервые убедилась в том, что боги существуют. Вмешательство в мою судьбу пришлось как нельзя кстати. Я и на конкурс-то собиралась без особых надежд, даже среди моей группы соперниц были куда более фактурные и красивые девушки. Просто решила, что раз в том мире нет ничего, кроме сомнительной возможности доказать через суд дядин обман, то почему бы не уйти в другой? Переезжают же люди в другие страны, а это почти что то же самое, только с магией.
Когда зимний лес остался позади, и нас с эльфом пустили в Ковен, я поначалу не поверила своим глазам. Никогда не видела такой красоты! Все здания построены вроде из простого серого камня, но он отливал насыщенной лазурью, создавая впечатление нереальности. Выглядело это как декорации к какому-то невероятному фильму наподобие Аватара. Здания вроде бы обычные — стены, крыши, окна и двери. Но какие это были окна, стены, крыши и двери!
Постройки из гладкого, шлифованного, плотно пригнанного камня выглядели добротно и основательно. Нигде ни трещинки, ни щелочки. Арочные окна и двери с широкими пролётами создавали впечатление, будто дома смотрят на улицу широко распахнутыми яркими глазами. Стёкла отливали тёмно-синим, который так хорошо сочетался с цветом самих стен. Оттенки рам и дверей у домов различались, но это была та самая разница, которая делает единый архитектурный ансамбль нарядным и радующим глаз. Многие дома были, как паутиной, увиты светлыми и белыми стеблями разных плетунов и плющей. Весной в Ковене, наверное, чудо, как красиво!
Крыши у зданий — разные по форме, но все с одинаковой тёмно-серой черепицей, некоторые увенчаны маленькими нарядными башенками. Иногда где-то мелькало круглое мансардное окно. Улицы, несмотря на зиму, были чисто убраны от снега. Дорожки замощены квадратными гранитными брусками размером с мужской кулак. Из этих квадратиков разных оттенков серого под ногами собирались целые орнаменты. Где-то с растительным, где-то с геометрическим, где-то с абстрактным мотивом. В паре мест орнамент извивался спиралями, а на одной дорожке я с изумлением узнала греческий меандр.
Пока я шла и с жадностью впитывала красоты Небесного города, Танарил хмурился. Возможно, от того, как разительно он отличался от местных мужчин. Черноволосые и черноглазые, довольно смуглые, они уместнее смотрелись бы в каком-то южном портовом городе, чем среди снежных лесов. Кроме того, поражал их рост. Пока мы шли по улочкам, я успела отметить, насколько высокая нация эти ковенцы. Мужчины под два метра, женщин заметила всего несколько, но они были не меньше ста восьмидесяти сантиметров.
Я со своим ростом метр шестьдесят четыре тут была просто кнопкой!
