Головорез подступил к матери и дочери, скрутил женщине руки за спину и вынудил ее опуститься на колени. Казалось, он ударит ее кулаком, но он этого не сделал, глянув на людей, молча наблюдавших за ним с платформы. Перекинул девочку через плечо и зашагал к своей лошади. Никто не пошевелился.
— Паршивый ублюдок!
Мать вскочила, словно подброшенная катапультой. Рванувшись вперед, она обхватила кузена Луиса за коленки, и он грохнулся на землю с яростным и удивленным воплем. Девочка вылетела у него из рук и упала, ударившись головой о камень. Упала и осталась лежать на земле, оглушенная.
Ни мать, ни кузен Луис не обратили на это внимания. Мать прыгнула на него и принялась молотить его кулаками, стараясь попасть в нос. Ничего более поразительного Тай в жизни не видел. Кузен Луис старался сбросить женщину с себя, но она держалась крепко, пока он не повернулся на бок. Теперь они катались в пыли, награждая друг друга ударами и пинками, словно двое мужчин, но женщине при этом сильно мешали ее юбки.
Тай был настолько потрясен, что не мог двигаться, пока не услышал тяжелое дыхание женщин на платформе. Этот шипящий звук оживил его. Он быстро огляделся и убедился, что никто не намерен вмешиваться. Никто не хотел помочь женщине.
Тай выругался и поплевал на руки. Чего ради эти желтопузые стоят столбом, в то время как этот сукин сын бьет женщину? Ему было безразлично, кто они друг другу; если никто не остановит этого «кузена», он может убить рыжую женщину.
К тому моменту, как подоспел Тай, оба были на ногах. Рыжеволосая развернулась вправо, бросила головореза и вмазала Таю в челюсть. Господи Иисусе! Придись удар напрямую, она уложила бы Тая на землю. Ну и женщина!
— Получай! — выкрикнула она и снова повернулась к кузену Луису.
Тай вмешался вовремя, чтобы предотвратить удар внезапно появившегося еще одного участника драки. Потребовалось полсекунды, чтобы заметить сходство этого опасного и напористого противника с кузеном Луисом.
Двадцать минут спустя Тай не без труда поднялся на ноги и, слегка пошатываясь, остановился над распластавшейся фигурой противника. Надеясь, что ему еще хватит сил справиться с кузеном Луисом, Тай повернул голову в его сторону.
Мамаша девочки не нуждалась в помощи Тая. Она стояла над кузеном Луисом, тяжело дыша и хватая ртом воздух, и с ненавистью смотрела вниз на бесчувственное тело. В руке у нее был окровавленный камень.
Тай шагнул к женщине, втягивая в легкие полными глотками жаркий полуденный воздух. Пнул кузена Луиса носком сапога. Похоже, ему придется побыть некоторое время в отключке, а когда он опомнится, голова у него будет болеть сильнее, чем когда-либо за всю его скотскую жизнь.
— Что все это значит? — спросил Тай, когда смог заговорить. — Кто вы такая?
Во время драки она потеряла шляпу. Короткие волосы, влажные от пота, прилипли к голове. Мантилья с нее свалилась, блузка была вся в грязи и тоже прилипла к телу. Тай уставился на нее. Бог ты мой, под мантильей скрывалась потрясающая фигура! Тай поднял глаза от высоко вздымающейся груди и присмотрелся к лицу. Ему пришло в голову, что хорошо бы приглядеться к ней тогда, когда физиономия у нее приобретет нормальный, а не темно-вишневый от ярости цвет и когда вся она не будет такой потной и грязной.
— У вас на щеке царапина, — сказал Тай, умолчав о том, что под глазом скоро появится синяк на память о кузене Луисе. — Мэм, я должен отметить, что вы чертовски сильный боец.
Женщина насмешливо толкнула Тая в грудь, но тут же в глазах у нее вспыхнул панический страх, и она воскликнула:
— Грасиела!
Девочка, поводя затуманенным взглядом, уже встала на ноги. Она ощупала затылок, огляделась, потом, пошатываясь, шагнула вперед и тут же упала на колени.
— Кузен Чуло! — крикнула она, но вдруг заметила и кузена Луиса, несколько раз перевела взгляд с одного на другого распростертых без сознания мужчин и, разразившись слезами, выкрикнула: — Я тебя ненавижу!
Мать хмуро кивнула, потом приподнялась на цыпочки, чтобы посмотреть Таю прямо в глаза. Это было новое ощущение: не многие женщины в состоянии глянуть в глаза мужчине шести футов и трех дюймов ростом. Возможно, ей самой до шести футов не хватало меньше, чем Тай предположил вначале. Он принудил себя смотреть ей в лицо, а не опускать взор на восхитительные груди.
Женщина помолчала, что-то обдумывая, потом призналась:
— У нас тут семейная проблема, черт ее дери.
Тай улыбнулся, радуясь тому, что эта лихая женщина не позволила мужчине бить себя, а дала сдачи. Он подозревал, что кузен Луис в следующий раз крепко подумает, прежде чем ударить женщину.
— Оно и видно, — отозвался Тай, улыбнувшись.
— А кузен Чуло таки приложил вам, — заметила она, разглядывая лицо Тая, который только после этих слов почувствовал, что кровь стекает у него по подбородку, и вытер ее тыльной стороной руки. — Я благодарна вам, мистер. — Она протянула руку, и Тай ответил крепким пожатием. — Я просто не знала как быть, когда появился второй. Хорошо, что вы вмешались. Очень признательна.
— Это доставило мне удовольствие, — совершенно искренне ответил Тай. — Большая честь — протянуть руку помощи соотечественнице.
Они оба уже успели перейти в разговоре на английский.
Люди на платформе засуетились — спешили сесть на поезд, однако то и дело оглядывались на Тая и женщину. Женщина оставила Тая и обошла вокруг кузенов Луиса и Чуло, подбирая то свою шляпу, то мантилью, то тяжелую дорожную матерчатую сумку. Покончив с этим, она подошла к дочери. Тай из любопытства следовал за ней на некотором расстоянии.
— Мы уезжаем. На этом поезде.
— Нет! — Девочка бросилась на грудь кузену Чуло. — Я не поеду!
— Поедешь! — Скрежеща от злости зубами, женщина схватила дочь за руку и потащила ее к ступенькам, ведущим в тамбур вагона. — Куда идет поезд? — обратилась она к кондуктору.
— Следующая остановка в Эрмите, сеньора. — Кондуктор попятился, словно опасаясь, что станет следующей жертвой этой тигрицы.
— Где это?
— В пятидесяти милях отсюда, сеньора.
— К югу? — она разразилась потоком ругательств, и Тай усмехнулся. — Ладно, так, пожалуй, и следует поступить. — Оглянувшись на бесчувственных кузенов, женщина оттолкнула кондуктора. — Прочь с дороги!
Она втащила девочку в поезд. Двумя минутами позже Тай разглядел обеих в окне отошедшего от платформы состава.
Он глядел поезду вслед, пока тот не скрылся за поворотом, потом покачал головой, нашел свою шляпу и отряхнул от пыли штаны. Ему пришло в голову, что, пожалуй, неплохо последовать примеру женщины и убраться подальше от «кузенов».
Через четверть часа Тай выехал легким галопом из Верде-Флорес, направляясь на запад, к деревне, которая находилась на половине той дороги, в которую Тай отправился без всякой охоты. Вторая половина путешествия будет самой трудной, поскольку надо забрать с собой в Калифорнию Маргариту и ее ребенка.
