— Эмиль, подумай! — заговорила какая-то женщина, вставая и плотно запахивая на груди шаль, несмотря на жару. — Ты же хорошо знал свою кузину. Могла ли американка вынудить сеньору умереть против ее воли? Сеньора могла закричать, воспротивиться. Она этого не сделала. О чем это говорит?
— О том, что Маргарита была околдована. — Эмиль обвел взглядом обращенные к нему угрюмые лица. — Станем ли мы сидеть развалясь, в то время как убийца умертвила мою кузину и похитила ее дочь? — Он смачно плюнул на пол. — Неужели у мужчин нашей деревни нет чести?
До этой минуты Тай не знал, девочка или мальчик ребенок Роберта. Значит, девочка. Его племянница.
Женщина вышла поближе к свету и заговорила снова, перекрывая сердитые голоса:
— Сеньора Сандерс умирала. Все это знали. Я слышала от самой сеньоры, что она намеренно хочет обменяться местами с американкой, которая за это согласилась отвезти Грасиелу к ее отцу.
Эмиль оперся ладонями о стол и наклонился вперед. Глаза у него угрожающе сверкали.
— Ты лжешь! Моя кузина никогда не доверила бы дочь колдунье, осужденной за убийство. Если бы Маргарита хотела отправить Грасиелу на север — а я уверен, что она этого не хотела, — то она попросила бы меня, Луиса или Чуло. Она никогда не обратилась бы к иностранке.
Женщина явно смутилась. Острый ответ вертелся у нее на губах, но, взглянув в пылающие глаза Эмиля, она промолчала.
Ярость Эмиля воспламеняла присутствующих. Он заговорил, брызжа слюной:
— Вы все слышали. Мария уверяет, что моя кузина отправила Грасиелу к ее американскому отцу. — Он повернулся к женщине и прямо-таки пронзил ее взглядом. — Куда же именно? — спросил он, и всем стало ясно, что он знает ответ.
— Отец девочки в Калифорнии, — шепотом ответила женщина и, опустив глаза, села на скамейку у стены.
— Тогда почему колдунья села в поезд, который шел на юг? Объясни это, Мария Торрес!
— На юг? — женщина окончательно растерялась.
— Когда Луис вернется из асиенды, вы услышите это из его собственных уст. Ведьма похитила девочку ради своих целей. Я предлагаю догнать колдунью, убить ее и спасти Грасиелу. Призываю вас не слушать бабью болтовню. Моя кузина не доверила бы дочь иностранке. Вы это знаете. Честь семьи Барранкас и честь всей деревни заключается в том, чтобы спасти Грасиелу.
Тай сунул ножик обратно за голенище; обжигая глотку, допил пульке. Со стуком поставил стакан на стол и некоторое время наблюдал в боковую дверь за тем, как кружится мошкара вокруг фонарей на деревьях.
История насчет колдуньи — чистая чепуха. Эмиль играл на невежестве односельчан, чтобы опровергнуть утверждение Марии Торрес, что Маргарита предпочла доверить дочь иностранке — только бы не собственной семье. В этом Тай, слава Богу, разобрался.
Однако во многом он разобраться не мог. Ясно, во всяком случае, одно: болезненный толчок где-то в глубине грудной клетки подсказывал ему, что он участвовал в похищении племянницы. Теперь он понял суть скандала и драки, происходивших на станции Верде-Флорес, и проклинал свою роль в них. Он, черт побери, помог преступнице украсть дочь Роберта.
Ругаясь про себя, он встал и бросил на стол несколько монет. Кузен Луис мог явиться в любую минуту, и он, разумеется, не забыл ковбоя, пришедшего на помощь рыжей бабе. Здравый смысл подсказывал Таю, что ему надо удалиться через боковую дверь, собрать вещички и поживее смыться отсюда.
На полдороге к конюшне ему попался мальчишка, который отвозил его записку на асиенду. Парень спрыгнул со спины ослика и побежал навстречу Таю, размахивая конвертом. Тай, не останавливаясь, схватил его на ходу, швырнул мальчишке монету и продолжал вышагивать к тому месту, где над входом в конюшню горел фонарь.
Потом он извлек из конверта два тонких листочка бумаги, исписанных летящим женским почерком, и поднес их к свету. Донья Теодора Барранкас-и-Тальмас уведомляла его, что ее внучатая племянница сеньора Маргарита Сандерс и ее маленькая дочь, к несчастью, скончались три дня назад от туберкулеза легких. Донья Теодора проклинает себя за невежливость, но, как бы она ни хотела оказать гостеприимство шурину своей внучатой племянницы, горе не позволяет ей открыть двери. Она умоляла понять ее и выражала надежду, что сеньор Сандерс простит, что она не в силах принять его в отчаянный момент двойной трагедии.
Другими словами: уезжай. У тебя нет больше причин оставаться здесь.
В первую минуту Тай подумал, не вернуться ли в Калифорнию. Он мог бы передать Роберту письмо Теодоры. Маргарита и ее ребенок мертвы.
Тай смял листки в кулаке. Сдвинул брови, оглянулся и посмотрел на огни кафе.
Там, внутри, кузен Эмиль старается побудить мужчин деревни отобрать Грасиелу у колдуньи. А донья Теодора утверждала, что племянница Тая умерла, как и ее мать.
Ответ пришел как удар молнии. Маргарита мертва — с этим согласны обе стороны. Значит, Грасиела — наследница Роберта. И наследница дона Антонио Барранкаса.
Сощурившись, Тай глядел на грязные домишки по обеим сторонам улицы. Почему Роберт должен платить выкуп за дочь? Продаст ли он скот? Ранчо? В этом Тай не сомневался. Он был далеко не так уверен в доне Антонио, потому что тот не принимал и не признавал брак Маргариты и Роберта. Может, старик расчувствуется, узнав, что дочь умерла и единственным его отпрыском остается ее дитя? Если оно так. А смерть девочки, подумалось Таю, привела бы к огромному наследству. А это мощный стимул обитателей грязных домишек. Если на них не подействуют призывы вспомнить о чести, то Эмиль пообещает им долю в случае удачи.
Тай с мрачным лицом оседлал коня и потуже затянул подпругу.
Кузены Барранкас пока не знали, что в игру вступил новый игрок. Если они подумали, что послание доньи Теодоры обмануло Тая и он уедет в Калифорнию без Грасиелы, то их ждет неприятный сюрприз. Теперь он находился в Мексике уже не только в связи с не слишком приятным поручением брата. Это стало его личным делом. Сеньора Теодора солгала ему. В Верде-Флорес он отведал кулаков Чуло. Если он сомневался насчет дурных намерений кузенов по отношению к Грасиеле, то в течение нескольких минут все стало на свои места.
Стараясь не приближаться к кафе, Тай выехал из безымянной деревни, и лишь серебристая луна освещала ему дорогу.
Перед рассветом, чтобы не задремать, он сосредоточил свои мысли на рыжеволосой женщине, которая увезла Грасиелу. Как ее зовут? Люди в кафе называли ее убийцей и утверждали, что именно ее должны были казнить, а не Маргариту. Что-то здесь было не так. Тай ехал и думал, потирая рукой подбородок.
Ничего определенного на ум не приходило. Спасала ли рыжая его племянницу? Или надеялась извлечь свою выгоду из похищения? Предположение, что Маргарита достаточно хорошо знала женщину, приговоренную к смерти, чтобы доверить ей дочь, казалось неправдоподобным.
