— Тогда тем более! Сейчас баиньки, а все разговоры завтра. Я только ещё один маленький звоночек сделаю, ладно? — сказал он, останавливаясь возле гаража.
— Конечно.
Снова раздались гудки.
— Слушаю.
— Артём, ты это, снегоход проиграл, — довольно сообщил брату Артур.
— В смысле? Когда?
— Сегодня ночью. Но только он её потерял, — озорная улыбка не покидала лицо оборотня.
— Как потерял? — опешил Артём.
— Нахамил, имени не спросил, до слёз довёл. И она от него сбежала.
— Так, погоди, она была приглашена?
— Ага. Список я вам сейчас обоим скину. Помоги отцу, я сам не могу, мне перед Лейлой стыдно. Совсем времени ей не уделяю, а там двести шесть барышень.
— Но как же так? Чёрт!.. Вот это новости! Ладно, будем на связи.
— Есть только один нюанс, — ехидно добавил Артур.
— Какой? — насторожился его собеседник.
— Я знаю, кто она и где, но считаю, что правильнее ему будет её поискать.
— А мне зачем говоришь? Чтобы я шпионил в твою пользу?
— Зришь в корень, брат. Всё-таки речь о нашей будущей мачехе идёт, нужно относиться с уважением. Я отвёз её домой, девушка в очень расстроенных чувствах. Поэтому вы пока ищите, а она пока будет успокаиваться.
— Да что там такое случилось?
— Отец тебе сам расскажет, если захочет. Ну всё, время позднее, до связи. И с Новым счастьем нас, — хохотнул Артур.
— Это точно. Ладно, до связи.
— Давай, братишка, а то мы уже к дому подъехали.
Я проводила ошалевающую Лену в гостевую комнату.
— Ленок, не переживай, всё будет хорошо. Чем дольше он тебя ищет, тем сильнее ты ему нужна, правильно?
— Неправильно! Наверняка там есть переломный момент, после которого интерес потеряется. Так можно играть-играть и проиграть. А я не хочу проиграть, мне почти тридцать два.
— Что, сильно понравился?
— Сильно. Он какой-то был такой… настоящий. Я не знаю, как описать.
— Ладно, пойдём спать. Тебе завтра надо быть красивой и отдохнувшей, — я подмигнула подруге.
— А что, если он на самом деле не меня ищет?
— Вот и выясним. Если завтра утром раньше проснёшься, то на улицу сама не ходи, в холодильнике бери что хочешь. В кабинете мой ноутбук с наклейками-розочками, можешь пользоваться. Чувствуй себя как дома. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи.
Оставив подругу переваривать информацию, я пошла к нам в спальню, освещая себе путь улыбкой. Мне было не просто радостно, мне было обалдеть как хорошо. С Ленкой мы тут точно заживём! Шороху наведём!
— Как, уложила, одеялку подоткнула?
— Не смей глумиться, у человека стресс.
— А я делаю всё, чтобы разрешить ситуацию в максимально короткие сроки к удовольствию всех сторон.
— Отца не жалко?
— У нас свои счёты. В общем, я мстю и мстя моя страшна.
— И это будущий отец моих детей, — закатила я глаза.
— Ну-ка повтори, — промурлыкал он мне на ухо, мгновенно оказавшись рядом.
— Говорю, что ты совершенно бессовестный оборотень, — рассмеялась я.
— Я почти уверен, что ты до этого что-то другое сказала, — он легонько укусил меня за мочку уха.
— Тебе показалось, — я обняла его за могучую шею.
— Это тебе сейчас мало не покажется, ведьмочка,— он щекотно потёрся подбородком.
— Надеешься меня отвлечь? Не получится. Где мой подарок, Волков? — притворно нахмурилась я.
— У отца твоих будущих детей спроси, — хохотнул он и прижал меня к себе. — Закрой глаза.
Я закрыла. Но вот если он скажет открыть рот, то второй раз я на это не куплюсь. В садике меня так однажды уже провели, запомнила на всю жизнь. Не лизать качели зимой, не есть песок и не открывать рот с закрытыми глазами. Это три базовых жизненных урока, которые из дошкольного образования должен извлечь каждый ребёнок.
Он проводил меня до постели и усадил, а сам чем-то зашуршал в гардеробной.
Почувствовав в руках коробочку, открыла глаза.
Упаковано красиво. Я развязала бант из атласной ленты и открыла подарок. Внутри оказался телефон, причём не абы какой, а дорогущий флагман.
— Спасибо, любимый! — обрадовалась я. — Это очень долгожданный подарок.
— Извини за задержку, над ним должны были поработать, в базу внести, а перед Новым Годом заказов тьма. Но это ещё не всё.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Он достал из-за спины ещё одну коробочку, плоскую и совсем небольшую. С любопытством открыв, я обнаружила внутри водительское удостоверение на своё имя, выданное три дня назад.
— Артур, но как же? Я же не умею… — пролепетала я.
— Будешь учиться. Даже не надейся, в город я тебя не выпущу, пока не буду уверен в твоих навыках. Я гораздо более строгий инспектор, чем кто-либо. Тимея, кстати, водить умеет, так что планировалось, что вы втроём с Мадиной и Эльвирой начнёте обучение числа шестого-седьмого, сразу после первого заседания. Но теперь надо ещё и Лену туда присоединить. Она же тоже не водит?
— Нет, она вообще машин боится.
— Ничего, это уже не мои проблемы. Но это тоже ещё не всё, — Артур положил мне на колени ещё одну коробочку, только побольше. — Это был твой подарок на окончание учёбы, но я забыл его подарить. А потом было немного не до этого.
Открыв третий подарок, я обомлела. В изящной коробочке лежали потрясающие часы «Картье». Такие же элегантные и матовые, как и браслет.
— Артур, они же ужасно дорогие, наверное, — подняла я на него глаза.
— Главное, чтобы тебе нравилось. Смотри, они именные.
На обратной стороне корпуса часов значилось «Любимой ведьмочке».
Я обняла его крепко-крепко и прижалась лбом к плечу.
— Ты знаешь, даже как-то неловко дарить мои подарки после этого. Подожди, сейчас принесу. Ты тоже глаза закрой.
Вынесла свёртки с шарфом и свитером, чувствуя себя немного глупо. До сегодняшнего вечера я своими подарками гордилась, но сейчас они казались какими-то детскими поделками из желудей. Родители таким всегда очень радуются, а окружающие натянуто улыбаются, потому что никогда не понять, что это за звездоболия. И как в закорючке, больше всего напоминающей какашку, рассмотреть кота или, к примеру, рыцаря.
Я положила ему оба свёртка на колени сразу, решив не продлевать агонию выниманием из-за спины очередного рукодельного шедевра. Нет, я, конечно, старалась, и получилось объективно хорошо, но на одной чаше весов у нас часы «Картье», а на другой — вязаный своими руками шарф.
— Открывай, — вздохнула я, замерев в ожидании его реакции.
— Это артефакт? Я чувствую, что фонит.
— Да? А я, наоборот, очень слабо ощущаю. Нет, это я сама сделала.
Он аккуратно разорвал упаковочную бумагу и достал свитер.
— Можно померить?
— Конечно. Смотри, тут обережная вышивка, особенный рисунок. Такой можно сделать только с любовью, для родных, иначе не получится. Поэтому заказать такое нельзя, — смутилась я.
— И сколько ты его вязала? — чуть наклонил голову набок мой мужчина.
— Месяца полтора. У меня не сразу получилось хорошо.
Свитер пришёлся впору, а я думала, что будет болтаться. Хорошо, что взяла с запасом. Вряд ли Артур вырос, так что подвёл глазомер.
— Мне безумно нравится, — серьёзно сказал Артур. — У меня был в жизни только один особенный подарок — клинки от отца. Теперь есть ещё этот свитер. Я чувствую твою руку в нём. Спасибо, любимая, это самый лучший подарок на свете.
— Ты чего, это же не сравнится с часами! И тем более с браслетом!
— Конечно, не сравнится, потому что это сделала ты сама и только для меня. А что там ещё?
— Вот.
Я обмотала шарф вокруг его шеи.
— Я… даже не знаю, как описать… я в восторге! — он широко улыбнулся. — Особенно это ощущение твоей силы. Словно ты меня обнимаешь. Удивительная вещь. Спасибо, любимая.
Он сгрёб меня в охапку и осыпал поцелуями.
— Артур, ты чего? Тоже мне, сравнил вязаный свитер и часы «Картье»!
— Да, ты права, не сравнить. Часы что? Пошёл и купил. И всё. А ты делала его для меня столько времени… Особенно ценно, если учесть твой график в школе. И вязать ради этого научилась?
