Артур держался невозмутимо, соглашался почти на всё, кроме розового и фиолетового. При виде этих цветов его слегка кривило. Я забраковала красный и оливковый. В итоге для цветовых акцентов в гостиную выбрали лазурный и серебро, а для спальни — подушки, покрывала и плед цвета шампань.
Картины Артур отказался покупать наотрез и пообещал свозить меня на настоящую выставку художников. Естественно, после Нового года.
— Одно дело подушки, а другое — картины. Никакого ширпотреба у нас дома, — непреклонно ответил он, хотя одна картина запала мне в душу. Пришлось уступить, потому что это милое «у нас дома» прозвучало музыкой и растопило сердце.
В качестве подарков выбрала всем шикарные кашемировые водолазки и свитера. Небольшой магазинчик не мог похвастаться широким ассортиментом, но вот качество вещей было на высоте. Поэтому, не мудрствуя лукаво, я купила всем похожие вещи, подобрав цвета и модели. Зато никому не будет обидно.
Что мне не понравилось в шопинге с Волковым, так это то, как на него пялились окружающие женщины. Некоторые облизывали взглядом тренированную фигуру, некоторые алчно разглядывали одежду, подсчитывая в уме её стоимость. Особо беспардонные — откровенно флиртовали, и большинство смотрело на меня с недоумением и даже возмущением.
А я, между прочим, очень даже красивая, особенно после всех стараний Тимеи. Претензии не к самому Артуру — он был заботлив, обходителен, держал за руку или талию, смотрел преданно и периодически наклонялся, чтобы поцеловать в висок или уткнуться носом в волосы. Всячески эманировал верность и желание состариться вместе прямо завтра.
Так что с высоко поднятой головой я демонстрировала всем, что этот образчик идеального мужчины — исключительно мой.
В продуктовом магазине стало ещё хуже, потому что глазючих баб там было в разы больше.
Артур сказал, что многие продукты оборотни выращивают сами, особенно овощи и фрукты, но сейчас не сезон, поэтому приходится закупаться в магазине. Как правило, он заказывает доставку из проверенных мест, но перед праздниками везде задержки. Сроки мы упустили, так что пришлось всё покупать самим.
В итоге насобирали три огромные тележки. Продукты Артур выбирал тщательно, исключительно по запаху, на упаковки и ценники даже не смотрел. В супермаркете я совершенно расслабилась, наблюдая за любимым мужчиной, его мимикой и жестами, когда он беззвучно пытался сообщить, что гранаты гнилые, а вот мандаринов нужно взять побольше. Наверное, только сейчас я поверила, что у нас отношения. Нет ничего более тривиального, чем совместная покупка продуктов, но в то же время это вряд ли будут делать чужие друг другу люди.
Чай и кофе купили в специализированном магазине, а сладости планировали взять в кондитерской, что находилась в стае.
Пару раз в Артура «случайно» пытались врезаться какие-то девицы, но он был начеку и всегда уходил от столкновения. К вечеру же просто перестал выпускать меня из рук и даже пару раз злобно рыкнул на зарвавшихся девиц, видя, насколько мне неприятно их поведение.
В итоге из последнего магазина я вышла раздражённая и буквально наэлектризованная возмущением. Бесстыдницы! Разве так можно, он же пришёл не один! Осознав, как они бы себя вели, если бы он действительно пришёл один, я чуть не взвыла. Идея везде ездить вместе уже не казалась такой уж плохой. Что уж говорить, отличная идея, шикарная просто!
Волков наблюдал за моими метаниями со с трудом скрываемой иронией.
— Я люблю только тебя, — попытался он меня успокоить. — Больше мне сто лет никто не нужен.
— Но это же просто возмутительно! Разве так можно? Никакой гордости! Кассирша свои прелести чуть на ленту не выложила. И ты ещё такой обходительный, просто сама галантность! «Тяжелые, наверное, у вас предпраздничные дни. Хорошего вам вечера и с наступающим», — передразнила я.
— Это называется вежливость, — чуть приподнял он бровь, старательно пряча улыбку.
— И это всегда так? — с отчаянием спросила я.
— Летом ещё хуже, — окончательно развеселился он.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Твою дивизию! — выругалась я любимым выражением комдира и зло пнула сугроб.
— Лейла, поехали домой? Я есть хочу.
— Поехали. Будешь сидеть под домашним арестом, пока я не придумаю способ борьбы с этой массовой похотливостью!
— Так есть проверенный способ, — серьёзно ответил Артур.
— Какой?
— Работать на опережение. Вот как сегодня утром: два платья — и я уже как воск в твоих руках. А ещё лучше ввести план отработок и вернуть все долги. Я же тебе утром предлагал, а ты отказывалась! А ведь я дурного не посоветую, знаю себя как облупленного. Так что верни сексы, Лейла. Не заставляй меня включать коллектора!
Пришлось возмущённо пихнуть его в плечо, но только руку ушибла, оно же у него каменное!
— А я подумываю о татуировке тебе на лицо. Или о розовых шмотках, чтобы все такие: понятно, этот корабль предпочитает стоять не в женских гаванях, а в мужских портах.
Артур заржал самым непотребным образом и наотрез отказался от обеих идей, что только укрепило меня в мысли об их гениальности.
Глава 4
О Новом годе
Дни до Нового года пролетели быстро. Мне разрешили пригласить гостя, и я уговорила приехать Лену. В глубине души лелеяла надежду, что она кому-то понравится и осядет здесь. Удобно иметь под рукой сразу всех подруг. И вообще, одной страдать от оборотнической тирании скучно. Пусть другие тоже мучаются!
Эльвира и Мадина с Игорем сами пока считались гостями, а Тимея позвала человеческую девушку с работы.
Наша циничная и прошаренная ведьма портила нервы Давиду со вкусом и знанием дела. Они спорили практически по каждому вопросу и каждый раз бурно мирились одним и тем же способом. Смотрела она на своего огромного оборотня с ядовитой нежностью. Он, кстати, оказался мировым парнем. Чересчур прямолинейным, но спокойным и уравновешенным. Только Тимея могла вывести его из себя. На то она и пара.
Эльвира скучала. Она, конечно, радовалась за нас, но быть одинокой среди стольких пар непросто. Я уповала на предстоящую вечеринку, тем более что в гостях будут оборотни из других стай. Это тоже своеобразная традиция, а в этом году прибавился интерес к предстоящему судебному процессу.
В Трибунал на допросы нас больше не вызывали. Однако мужчины часами пропадали в штабе, готовясь к суду. Заседание назначили на пятое января, и приготовления шли полным ходом.
Я переживала, Артур успокаивал. Телефона у меня так и не было. Это уже начало тяготить, хотя ноутбук к интернету я всё-таки подключила и общалась со знакомыми в соцсетях или по почте. Стас воспользовался случаем и умотал в Хабаровск, поэтому Артур активно привлекал к работе Игоря. Они вообще отлично поладили. Даже Давид стал Артуру ближе под девизом «общая беда объединяет».
Основной проблемой для меня стали ограничения.
Мне запрещалось:
ездить куда-либо самой,
видеться с другими представителями мужского пола, особенно одинокими, особенно ведьмаками,
гулять одной по посёлку,
выезжать с территории стаи без Артура,
разное.
Будучи ребёнком или подростком, я не была ограничена ни в выборе друзей, ни в общении. А здесь даже с предполагаемым покупателем зелий-снадобий встретиться не могла. Да хотя бы написать ему оказалось невозможно. Всё, что у меня имелось — это список зелий от Артура. Ни имени, ни номера телефона.
Попытки поговорить с возлюбленным о создавшейся ситуации разбивались о его «пожалуйста, потерпи, всё наладится», «сейчас слишком опасно из-за суда, ты важный свидетель», «это ради твоей безопасности», «мы займёмся этим после Нового года».
И вот наступило долгожданное 31 декабря.
Утром Артур отвёз меня в Москву, чтобы я могла поздравить Ольгу Петровну, встретиться с приятелями и забрать Лену. По договорённости ближайшие две ночи она планировала провести у нас. Для неё, помимо кашемирового свитера, я с помощью Тимеи приготовила целый набор средств по уходу за волосами, к счастью, ингредиенты получилось купить даже зимой.
