Усталый Штирлиц с ручным пулеметом на плече вошел в кабачок «Три поросенка». Посетители отсутствовали. Кабачок был закрыт, но кто посмел бы сказать об этом господину штандартенфюреру? Русский разведчик прислонил пулемет к стене, расположился за своим любимым столиком и пальцем поманил официанта.
– Пива и тушенки! – заказал он.
– Вы сегодня выглядите утомленным, господин штандартенфюрер, – сказал услужливый официант, смахивая полотенцем со стола крошки и вытирая лужицы пива.
– Был трудный день, – пояснил Штирлиц, не вдаваясь в подробности.
Официант выставил на стол несколько кружек пенного пива и две больших банки советской говяжьей тушенки, которую так любил господин штандартенфюрер. На банке была нарисована толстая корова, пасущаяся на лугу.
Штирлиц приложился к кружке, опустошил ее за секунду и ткнул вилкой в банку тушенки.
Тут произошло событие, о котором в кабачке долго вспоминали с суеверным ужасом.
Открылась дверь, и в кабачок «Три поросенка» вошел еще один улыбающийся Штирлиц. У официанта отвалилась челюсть, бармен спрятался под стойкой, посудомойки с изумлением выглядывали из подсобки и округляли глаза.
Штирлиц сел рядом со Штирлицем. Тот доброжелательно посмотрел на нового посетителя и подвинул ему одну из своих кружек. Второй Штирлиц тоже приложился. Первый с одобрением проследил за опустевшей кружкой.
– Официант! – позвал он, подняв руку. – Нужна вторая вилка и повторить такое же количество пива!
– Есть! – по-военному отозвался официант, у которого от происходящего пересохло в горле.
– И еще принеси бутылочку водки! – добавил второй Штирлиц и осведомился у первого:
– Ты какую предпочитаешь?
– «Кубанскую», ясный пень!
– Аналогично, – кивнул Штирлиц из будущего. – У нее такой приятный аромат, особенно если в экспортном исполнении. Официант! Две «Кубанских»!
– Господин штандартенфюрер, – робко сказал официант, прикрывая на всякий случай лицо рукой. – У нас нет «Кубанской»… Есть шнапс, коньяк…
– Дикари, – бросил первый Штирлиц.
– А из наших-то есть что-нибудь? – спросил второй у официанта.
– «Пшеничная».
– Тоже неплохо, – согласился штандартенфюрер. – Из «Пшеничной» получается нажористый «ерш». Давненько я не пил «ерша»!
Штирлиц из сорок третьего года протянул руку Штирлицу из будущего и представился:
– Штандартенфюрер СС фон Штирлиц.
– Супер-агент Великой Империи фон Штирлиц, – отозвался Штирлиц из будущего.
– Однофамильцы, значит, – радостно сообразил Штирлиц из прошлого. – За это надо выпить.
Они отпили по полкружки пива, долили водкой и, со звоном чокнувшись кружками, выпили до дна.
– Хорошо пошла! – выдохнул Штирлиц.
– Представляешь, – сказал Штирлиц сорок третьего года. – Эти ублюдки в Рейхе задумали вывести всех ежиков из России, чтобы там нарушилось биологическое равновесие и все русские вымерли. Ежиков! А ведь ежик – это символ русской души. Снаружи колючий и необщительный, а внутри теплый и очень, очень добрый! И вдруг какие-то фашисты будут вывозить их из наших густых, зеленых лесов! Но не тут-то было, – Штирлиц любовно похлопал ладонью по своему пулемету. – Русский разведчик Штирлиц не дремлет! И спас русских ежиков.
– А я спас Штирлица, – флегматично молвил Штирлиц из будущего. – Представляешь, гад Кальтенбруннер решил его убрать!
Штирлицы закусили тушенкой.
В кабачок вбежал взволнованный агент Купер.
– Вот вы где! – воскликнул он и осекся, осознав, что видит перед собой двух Штирлицев.
– А, Купер! Садись. Официант! Повторить пиво, водку и тушенку!
– Штирлиц, – проникновенно сказал Купер. – Как вы могли меня бросить на произвол судьбы? А как же задание относительно Тройной Звезды? А ваше обещание сделать из меня настоящего супер-агента?
При взгляде на агента Купера, Штирлицу стало его жалко и немного стыдно.
– Да ладно, Купер, – пробормотал он, хлопая агента по плечу. – Я пошутил. Конечно, я слетаю на твою Тройную Звезду и сделаю тебя настоящим супер-агентом! Пей, – он подвинул Куперу кружку с «ершом».
– Я не пью, вы же знаете, – сказал агент Купер. – Агентам нельзя пить.
– Глупости, – оборвал его Штирлиц из прошлого. – Война и водка неразделимы. На фронте перед боем всегда выдают сто грамм для храбрости. А разведчик – он всегда в бою. У него каждый день на фронте. Он просто обязан пить!
– Слышишь, что говорит умный человек, – наставительно произнес Штирлиц из будущего. – Ты, Купер, вбил себе в голову какие-то глупые истины, которыми тебя напичкали в школе. Ты хочешь все делать по правилам. А на войне нет правил. На войне всем все по-фигу! И это – основное условие для победы!
– Но…
– Пей, – сказал Штирлиц. – Пей и закусывай.
Агент Купер поднес кружку к губам и медленно выпил пиво, смешанное с водкой. Его обычно бледное лицо порозовело, а на губах заиграла неуверенная улыбка.
– Вот и славно! – обрадовался Штирлиц. – Теперь скушай тушенки!
Штирлиц из прошлого долил еще водки в пиво.
– За победу! – воскликнул он. – За нас, русских!
Штирлицы выпили.
– Знаешь, Купер, почему русские разведчики самые лучшие в мире? – спросил Штирлиц из будущего.
– Почему?
– Из-за загадочной русской души. А вся загадка в том, что русский человек сначала делает, а потом думает! Вот если какой-нибудь ублюдок наглеет, а ты думаешь, дать ему в морду или нет, то в конце концов приходишь к мысли, что бить человека нехорошо, неинтеллигентно, что ублюдок – тоже человек, и так далее. В результате человеческая цивилизация пришла к такому состоянию, что кругом ходят наглые ублюдки, которые вытирают ноги о таких, как ты, интеллигентов. А настоящий русский сначала даст в морду, а потом подумает, правильно ли он поступил. И, что самое интересное, придет к выводу, что правильно!
– Это точно, – вставил Штирлиц из прошлого. – Так и поступают русские разведчики. У меня никогда нет плана, я действую стихийно. Мне все по-фигу, и никто не может предугадать, что я сделаю в следующий момент.
– Вот именно, – засмеялся второй Штирлиц. – Поди, прочитай мои мысли, если у меня их нет! А появляются они только в тот момент, когда я уже принялся за дело.
– Так вот в чем секрет! – воскликнул агент Купер. – И если я научусь так работать, я стану супер-агентом?
– Ясный пень! – хором сказали оба Штирлица.
– За это надо выпить! – предложил Купер, поднимая кружку. Глаза его сверкали. Да, он станет супер-агентом, самым лучшим во всей Империи. И они со Штирлицем с честью выполнят задание его светлости наместника Великого Императора герцога фон Брамса!
– Штирлиц, – молвил Штирлиц из прошлого. – Нам скоро пора улетать. Я хочу подарить вам на память очень полезную вещь.
Штирлиц вытащил из кармана лазерный меч.
– Кастет, – обрадовался Штирлиц из прошлого. – Это ценный подарок. У меня есть один неплохой кастетец, но и два никогда не помешают!
– Дарю! – сказал Штирлиц. – Купер, нам пора.
– Ясный пень, – заплетающимся языком согласился опьяневший агент Купер, пытаясь приподняться и падая.
Штирлиц поднял своего друга, помахал на прощание Штирлицу, остающемуся в сорок третьем году, и агенты из будущего покинули кабачок.
Эпилог
За окном кабачка «Три поросенка» уже давно шли немецкие солдаты, а тут вдруг пошел дождь. Грубыми, пропитыми, прокуренными голосами фашисты фальшиво тянули «Гитлер зольдатен».
Штирлиц поднял кружку и привычно проверил, не залетела ли в нее какая-нибудь сумасшедшая муха.
Эти двое, которые только что вышли, были чем-то ему симпатичны, особенно тот, что постарше. Лицо этого человека было знакомо Штирлицу, но где он его видел, русский разведчик никак не мог вспомнить.
Штирлиц внимательно посмотрел на кастет, подаренный незнакомцем, и взвесил его на ладони. Кастет был совсем легкий, и Штирлиц, справедливо рассудив, что старый, испытанный кастет из свинца гораздо лучше, выбросил подарок в мусорное ведро.
А за окном шел дождь и фашистские солдаты. Солдаты нехотя плелись на Восток…
***
Notes
