Читаем без скачивания Штирлиц, или Вперед в прошлое - Павел Асс

– Есть. Но воду надо экономить. Вы разве не заметили, Штирлиц, что у нас тут «замкнутый цикл»? Станция искусственная, поэтому вода очищается снова и снова, и так до бесконечности…

– А как же, в таком случае, делают пиво? – спросил Штирлиц, подозревая что-то ужасное.

– Точно так же.

– Значит, вот эта бутылка пива была уже несколько раз выпита?

– Ну, конечно. Не переживайте, Штирлиц, ко всему привыкаешь, – утешил Штирлица агент Купер, одновременно бегая пальцами по клавишам пульта.

Некоторое время Штирлиц грустно смотрел в иллюминатор. Ностальгия снова схватила его за горло и не отпускала. Хотелось настоящего, хорошего пива, хотелось снова в Берлин.

– Купер, а мы будем лететь с перегрузками?

– Нет, – агент Купер помотал головой, нажимая на разные кнопки. – Эту проблему решили еще в двадцать втором веке.

– Слава труду! – порадовался Штирлиц. – А мы будем лететь на околосветовых скоростях?

– Естественно. Даже быстрее.

– Мне один еврей в Германии говорил, что есть такие законы относительности, из-за которых время на космическом корабле идет медленнее, чем на Земле. Это значит, пока мы будем лететь, пройдет лет триста?

– Эта проблема тоже давно решена! – отозвался Купер. – У нас временновозвратный корабль, он летит не только в пространстве, но и во времени. Только в пространстве – вперед, а во времени – назад. В результате, все сделано так, что мы прилетим на Тройную Звезду ненамного позже, чем вылетим отсюда.

– Временновозвратный! – глаза Штирлица загорелись. – Машина времени, значит… Слушай, так вы и в прошлое можете летать?

– Теоретически можем, но это запрещено законом.

– Почему?

– Представьте, что вы полетели в свое прошлое и убили там своего дедушку еще до рождения вашего отца. Тогда будет нарушена временная непрерывность, и вы сами исчезнете, поскольку не родитесь! Это у нас даже дети знают.

– И что, никто не нарушает этот закон?

– Никто, – сказал Купер, нажимая на очередную кнопку. Звездолет подпрыгнул и завис в воздухе. – За этим следит специальная служба. Каждый, кто допущен к полетам, проходит сканирование мозга. То есть читаются все его мысли. И если у него хотя бы в подсознании окажется мыслишка слетать в прошлое, его тут же арестуют.

– Мои мысли тоже читали? – поинтересовался Штирлиц.

– Читали, – Купер вспомнил восторг профессора Швацца.

Звездолет загудел и плавно понесся над взлетно-посадочной полосой. Раскрылись огромные ворота, звездолет вылетел в более обширное помещение. Ворота сзади закрылись, а впереди отворились еще одни. За ними было звездное небо открытого космоса.

– Хорошо летим, – похвалил Штирлиц. – Как будто едем на правительственной машине!

И русский разведчик открыл о пульт управления еще одну бутылку пива. Потом вспомнил, из чего его делают, и отставил пиво в сторонку.

– Слушай, Купер, а вот, чисто теоретически, можно ли слетать на Землю в 1943 год, а? – хитро прищурившись, спросил он.

– Конечно, можно, но это запрещено законом.

– Кстати, Купер, когда меня сканировали, у меня не было мысли слетать в прошлое?

– Нет, – смутившись, пробормотал Купер.

– А как ты думаешь, вот когда вы ковырялись в моих мозгах, у меня не было мысли слетать в прошлое, поскольку я и не знал о такой возможности. Вдруг я об этом узнаю, и такая мысль у меня внезапно появляется, прямо сейчас?

– Вы, наверно, шутите, господин штандартенфюрер?

– Конечно, нет! – Штирлиц как бы невзначай достал из кармана лазерный меч и, как привычный кастет, надел на руку. – Купер, направь-ка эту летающую хреновину к Земле двадцатого века!

– Но, Штирлиц…

– Купер, это приказ! – в голосе Штирлица зазвенел металл. – В конце концов, кто здесь начальник, ты или я?

– Вы, – агент Купер с опаской посмотрел на меч Штирлица. – Но казнят нас обоих!

– А кто узнает? – резонно спросил Штирлиц. – Мы слетаем, посмотрим на Берлин сорок третьего, выпьем настоящего пива в классном кабачке «Три поросенка», тебе там понравится, и назад!

– Так ведь нас потом просканируют и все узнают! Вам хорошо, вы умеете ставить блок, а как я?

– Если наше задание будет выполнено, – возразил Штирлиц, – мы вернемся героями. Кто посмеет нас сканировать? Да мы сами кого угодно засканируем! А что ты имеешь ввиду под блоком?

– Профессор Швацц вас сканировал, но не смог прочитать ни одной мысли. Он говорит, что никогда не видел такого супер-агента, который мог бы полностью заблокировать доступ к мозгу.

– А я смог?

– Вы смогли.

– Вот видишь, – гордо сказал Штирлиц и наставительно поднял указательный палец. – Я и тебя этому научу, хрен нас кто поймает! Летим, черт побери, в прошлое!

Агент Купер уныло вздохнул и, еще раз поглядев на меч в руке русского разведчика, начал нажимать нужные кнопки.

– Держи бутылку, – Штирлиц протянул Куперу свое пиво. – Пей, не бойся. Настоящий разведчик ничего не должен бояться, а тем более пива!

Купер принял бутылку и без особого удовольствия отхлебнул глоток.

– Купер, ты что, левша? – поинтересовался Штирлиц, заметив, что агент взял бутылку левой рукой.

– Был, – смутился Купер. – Меня из-за этого даже в Академию не хотели брать. Но теперь я одинаково хорошо владею обоими руками.

– Я тоже в детстве был левшой, – сообщил русский разведчик, желая сделать Куперу приятное.

Звездолет летел вперед. Время летело в другую сторону.

Глава 5

Кабачок «Три поросенка». Век двадцатый

По черному от сажи потолку кабачка «Три поросенка», ни от кого не скрываясь, бегали жирные рыжие тараканы. Пруссаками называют их в народе, видимо, намекая на толщину, наглость и прожорливость. Эти тараканы не боятся никого, даже гестапо. Единственный, пожалуй, кто мог их напугать, был штандартенфюрер СС фон Штирлиц, который обожал стрелять по тараканам из маузера, но его сейчас в кабачке не было.

Стены кабачка были украшены фресками в стиле Эль Греко, но, в отличие от творений великого испанца, основой сюжета служили похождения трех пухлых симпатичных поросят, в честь которых и был назван кабачок. На одной из картин страшный серый волк поймал бедного, несчастного поросенка и уже раскрыл полную острых клыков пасть, чтобы поужинать. Уже давно кто-то из посетителей пририсовал волку огромный половой орган, и вышеописанная сцена приобрела новый, животрепещущий смысл.

В кабачке было ужасно грязно, и вдобавок сильно воняло перегаром и табаком. Табачный дым клубами поднимался от столиков, за которыми сидели офицеры Рейха, к потолку, и время от времени обалдевший от никотина таракан падал с потолка в чью-нибудь тарелку или кружку.

Из подсобки выползла старуха с щеткой. Зажав в беззубом рту трубку, старая карга предприняла героическую попытку подмести заплеванный пол, впрочем, безуспешно. Сидящие за столиком эсэсовцы отвесили ей пинка, и, злобно ворча, бабка скрылась за дверью подсобки.

Распахнулась дверь на улицу, и в кабачок вошел унтер-офицер. Он был уже основательно навеселе, но очень хотел стать еще веселее. Усевшись за столик, унтер щелкнул пальцами и громко заказал:

– Официант! Бутылку шнапса, три пива и чего-нибудь закусить на две марки!

Симпатичная официантка в заляпанном маслом передничке быстро исполнила заказ. Унтер-офицер опрокинул стакан шнапса, запил кружкой пива и с громким чавканьем начал пожирать салат из кальмаров.

Молоденький лейтенантик, ухаживая сразу за двумя девицами, которых подцепил на улице, достал свой табельный пистолет и начал показывать, как его заряжают.

– Какое у него длинное и толстое дуло! – томно протянула одна из девушек, тонко намекая, что пора поговорить о цене и заняться делом.

– О да! – отзывался лейтенант. – Это же «Вальтер»!

Эсэсовцы азартно резались в карты. Один из них – рыжий, с оторванным у фуражки козырьком – проигрывал и яростно ругался многоэтажным матом с отвлеченными философскими размышлениями по поводу интимной жизни Богоматери, Отца, Сына и Святого Духа.

Два фронтовика в серых шинелях подошли к стойке и заказали по рюмке шнапса. Стоящий за стойкой толстый баварец откупорил новую бутылку и налил защитникам Родины.

– Давно с фронта? – участливо спросил он.

– С неделю, – отозвался фронтовик с перевязанной головой. – Знатно нам всыпали на Курской дуге!

От мощного удара ноги дверь кабачка чуть было не сорвалась с петель.

– Штирлиц пришел, – предположил рыжий эсэсовец, оглядываясь на дверь. Он не ошибся. Это, действительно, был штандартенфюрер СС фон Штирлиц вместе с незнакомым завсегдатаям кабачка молодым человеком.

Штирлиц и агент Купер прошли к свободному столику. Купер брезгливо смахнул со стола двух совокупляющихся тараканов и наморщил нос – ему тут сильно не нравилось. Зато Штирлиц чувствовал себя, как дома.

– Привет, Штирлиц! – помахали руками эсэсовцы.