Читаем без скачивания Страх на побережье - Чарльз Вильямс

Голова плохо работала от напряжения мыслей.

«Мне надо немного поспать, — подумал Рено. — Еще немного — и я, не дай-то Бог, начну бегать по улице с пеной у рта».

На следующее утро он проснулся отдохнувшим и уже знал, что ему следует предпринять.

Он приобрел подержанную машину с номерами другого города и выехал из отеля, указав в регистрационной книге, что направляется в Сан-Франциско. В магазине подержанных товаров он приобрел и еще кое-какие рыболовные принадлежности, стараясь выбирать те, которые не выглядели ослепительно новыми.

Потом он отправился с визитом к Вики.

Сопровождаемая полицейским, как и в прошлый раз, она вошла в комнату для свиданий и села напротив него. Как и в прошлый раз, их разделял стол. У нее под глазами появились тени, и он догадывался, с каким трудом ей удается сохранять самообладание. «Такое напряжение, — горько подумал он, — невозможно выносить вечно».

— Что нового, Пит? — спросила она, через силу пытаясь улыбнуться и затягиваясь сигаретой, которую он протянул ей.

Он наклонился вперед и, понизив голос, торопливо заговорил:

— Нового? Я занимаюсь сейчас этим… Конвеем. И чем больше я узнаю о нем, тем подозрительнее он мне кажется.

Рено рассказал сестре об отчетах Мака, ни единым словом не упомянув о покушении на миссис Конвей: нервы Вики и так уже были на пределе. Не нужно, чтобы она тревожилась еще и из-за этого.

— Ты думаешь, это мог быть и он?..

— Не знаю, — угрюмо ответил Рено. — Пока не знаю. Но это грязное дело, и я намерен в нем разобраться. А искать следует у протоки Консула. Я отправляюсь туда, но не собираюсь кого-то ставить в известность о своих планах объявлять об этом во всеуслышание. Я буду поддерживать с тобой связь через Гейджа. Так что постарайся, чтобы эти чертовы репортеры не пронюхали ненароком, где я и чем занимаюсь, и не обсуждай этого ни с кем.

— Это очень опасно, Пит? — заволновалась Вики.

Он покачал головой:

— Да нет, не думаю. Просто иначе мне не найти концов.

— Ты не имеешь права обманывать меня, Пит. — Ее голос звенел от напряжения. — Я не могу этого допустить, ведь он уже убил Мака.

До сих пор ценой невероятных усилий ей удавалось сдерживаться, но сейчас она не выдержала, губы ее задрожали. Она закрыла лицо руками и затряслась от рыданий.

Ему оставалось лишь беспомощно ждать, пока она успокоится. Когда она наконец подняла на него глаза, все еще полные слез, он сжал ее руку:

— Не беспокойся за меня, Вик. Прошу! Я не раз охотился в тех краях и знаю правила игры.

Потерпи еще немного, и все будет в порядке.

«Консул», — гласила надпись, выполненная из красных и голубых изогнутых стеклянных трубок.

При дневном свете она казалась несколько блеклой. От скоростного шоссе налево сворачивала ровная ухоженная дорога, за поворотом которой виднелся большой, украшенный колоннами дом в колониальном стиле. Очевидно, некогда это были чьи-то обширные владения. Дорога заканчивалась у широкой веранды. А лужайка перед домом теперь служила стоянкой для автомобилей.

Свернув с шоссе, Рено замедлил ход. Вот здесь все и происходило, думал он. Здесь этот парень в автомобиле с лодочным прицепом съехал на обочину и остановился, осматриваясь.

Тогда-то его и заметила проходившая мимо девушка. Может быть, он кого-то ждал, а может быть — если Конвей и на самом деле Консул, — он смотрел на дом, в котором когда-то жил и который теперь превратился в придорожную забегаловку, украшенную неоновой вывеской.

Рено огляделся. Стоял сонный, обычный для позднего лета вечер. По обе стороны шоссе возвышалась темная стена поросших лишайником дубов, неподалеку блестел на солнце стальной автомобильный мост. Все вокруг, казалось, застыло в дремотном покое. И вдруг подумалось: а может быть, Конвей назвал свое настоящее имя и просто-напросто хотел сбежать от жены — ведь такое случается сплошь и рядом, — а я снова зашел в тупик…

Вода под мостом в тени низко склонившихся деревьев казалась темной и неподвижной. В ширину река тут достигала не менее пятидесяти ярдов.

Один из рукавов протоки Консула, подумал он, стараясь припомнить карту, которую не раз изучал. Он соединяется с другой протокой, побольше, которая расчищена для судоходства и находится немного левее. Должен быть еще один рукав, он пересекает шоссе примерно в миле отсюда.

Тут Рено заметил еще одну вывеску, сразу за мостом. «Кемпинг „Морской ветер“, — прочитал он. — „Домики. Лодки. Наживка“. Дорога, отходящая от шоссе, скрывалась в дубовой роще.

Свернув на нее, он увидел вскоре мелькавшие среди деревьев крыши домов и где-то за ними солнечные блики на воде.

В одном из обветшалых строений размещались кафе и магазин, на прилавке которого главное место занимал бензиновый насос.

— Чуть подальше, на берегу реки, среди деревьев, лепились жалкие летние лачуги, задами выходившие к воде. Их явно не мешало бы подремонтировать и покрасить. То тут, то там сквозь асфальт пробивались пучки сорняка. «Здесь все приходит в упадок прямо на глазах», — подумал Рено, выбираясь из машины.

Он зашел в кафе. Там не было ни единого человека, не считая молоденькой блондинки в белом переднике, сидевшей на высоком табурете и занятой тщательным подпиливанием ногтей. Заметив его, девушка лениво поднялась и прошла к своему месту за стойкой.

— Слушаю вас, сэр, — заговорила она, слегка приподняв брови. Они были выщипаны в ниточку, а маленький аккуратный ротик казался нарисованным малиновой губной помадой.

— Чашку кофе, — сказал Рено.

Пока девушка готовила кофе, он бросал взгляды по сторонам и на другом конце стойки, около двери, ведущей в магазин, заметил огромного окуня. «Потянет на добрых восемь фунтов», — подумал он.

— И что, здесь такие ловятся? — спросил Рено, кивком показав на рыбу.

Девушка поставила перед ним кофе и равнодушно взглянула на окуня.

— По всей видимости.

— Замечательный окунь!

Она пожала плечами:

— Окунь как окунь.

«Неплохо тут встречают любителей рыбной ловли, — подумал Рено. — А впрочем, может быть, рыбалка ее вовсе не касается».

— У вас есть свободные домики? — спросил он.

— Конечно. Сколько хотите. — Она вернулась к изучению своих ногтей.

«И я догадываюсь почему», — подумал он, а вслух сказал:

— Я бы хотел снять один из них, если это вас не слишком затруднит. Сколько он будет стоить?

— В день или в неделю?

— В неделю.

Наконец она подняла на него глаза.

— Вы один?

— Именно.

— Кажется, восемнадцать долларов. Но вам лучше поговорить со Скитером. Он вернется с минуты на минуту.

— Со Скитером, говорите вы?

— С мистером Мелоуном. Хозяином здешних мест.

«Интересно, говорил ли с этой девицей Мак.

Девушка, живущая в этом самом кемпинге, наверняка видела автомобиль с лодкой, припаркованный около закусочной. И когда именно Мак впервые заподозрил, что под именем Конвея скрывался Роберт Консул? Не мог же он узнать это из разговора с этой официанткой, она вряд ли запомнила Консула, слишком молода: ведь Консул уезжал отсюда, когда ему было девять лет, а ей и сейчас не больше двадцати двух — двадцати трех. Но именно где-то здесь Мак узнал очень много. В этом нет сомнений. Слишком много», — с горечью подумал он.

— Дела идут не слишком-то хорошо, а? — спросил Рено, помешивая кофе.

— Ужасно! Кроме выходных, — ответила девушка.

У крыльца остановилась машина, и он услышал, как кто-то вошел в лавку.

— А вот и Скитер, если вы хотите поговорить с ним.

Рено заплатил за кофе и пошел в соседнюю комнату.

Полки магазина были уставлены бакалейными товарами, а в витрине разместились приспособления для рыбной ловли, в основном дешевые удочки, которые охотно покупают туристы и рыболовы-любители. По другую сторону прилавка около кассы сидел человек.

Он поздоровался с Рено коротким кивком.

Это был худощавый, жилистый мужчина в брюках и рубашке цвета хаки; маленькие черные глазки на смуглом лице выглядели столь же непроницаемо, как запертая дверь.

— Чем могу быть вам полезен? — с готовностью спросил он.

— Я бы хотел снять домик на пару недель, если здесь можно половить рыбу, — ответил Рено. — Как окунь, клюет?

— Кое-что поймать удается. Правда, в основном на живую приманку. Вода очень теплая.

— Ну что ж, попытаю удачи.

Он заплатил за неделю вперед, и Мелоун, захватив ключи, вышел вместе с ним. Усевшись в машину, Рено вслед за долговязой фигурой хозяина обогнул магазин и проехал вдоль ряда летних домиков. Ему достался последний, прямо за магазином, рядом с лодочным причалом, у которого было привязано с полдюжины яликов. Мелоун открыл дверь, и они вошли.

Внутри пахло плесенью, но голый дощатый пол оказался вполне чистым. Обстановку комнаты составляли кровать и старый комод, в котором недоставало одного ящика. Задняя дверь вела в небольшую кухню с дровяной плитой и покрытым клеенкой столом. За дверью справа находилась ванная, где было небольшое окошко, выходившее на причал.