стерты. Даша была одурманена желанием и потребностью в нем.
А он… Он устал сопротивляться и убеждать себя, что стерпит, что нужно ждать, и все будет хорошо.
Он хотел, чтобы хорошо стало сейчас. Чтобы его истинная кричала и захлебывалась удовольствием.
Тонкие пальчики несмело и неискушенно оглаживали его член, лаская и подгоняя к бездне. И Дикий понимал, что времени у него катастрофически мало. Он взорвется вот-вот. Слишком сильно он хочет обладать этой девушкой.
Подхватил почти невесомое тело любимой, вклинился меж разведенных бедер и застыл.
Плоть пульсировала, упираясь в мокрые складочки. Дарьяна изогнулась, отчаянно требуя заполнить ее, дать ей это наслаждение и освобождение.
А Клим понял, что и ему мало ее. Он хочет всего и сразу, хочет слышать ее стоны, видеть ее глаза, когда будет брать ее тело и делать своим. На этот раз – по-настоящему.
Жесткой рукой он зарылся в длинные, сводящие ощущением шелка, пряди своими пальцами. Сжал в кулак, намотал, не сильно, но ощутимо.
Дарья открыла глаза, повинуясь немому приказу.
Он хотел видеть ее глаза. Хотел тонут в ее взоре. В ее удовольствии.
И как только зрачки сфокусировались на его лице, Дикий плавно раздвинул мокрые складочки и проник внутрь.
Клим видел, как страсть поглощает Дарью. Как приоткрываются девичьи искусанные губы в тихом вскрике неподдельного удовольствия. Как Даша жадно втягивает носом его, Клима, запах.
Дикий слегка отстранился, дурея от тесноты ее лона. От того, как плотно и влажно она окружает его собой, сжимает до звона в паху, до онемения кончиков пальцев, до остановки сердца.
А потом – яростный взрыв… Потому что Дарья рванула бедра навстречу, заставляя погрузиться полнее, и еще раз… еще…
Крики и стоны смешивались с рычанием. Клим отчаянно пытался контролировать себя. Не хотел, чтобы и сейчас Дарья испугалась, увидев его вторую сущность. И потом, он ведь огромный, один неосторожный шаг – и порвет ее, хрупкую и изящную.
Дикий пытался быть нежнее, но выдержка осыпалась в труху, когда тонкие пальцы запорхали по его лицу, плечам, царапая шею коготками.
Нет, он сейчас сдохнет, взорвется, так и не подарив ей наслаждение первой. А он хотел тонуть в ее удовольствии, а потом уже и сам…
Потому стиснув тонкую талию, Клим замер и заставил Дарью застыть.
– Моя! – не удержался он от собственнического рычания.
– Твоя…, – вторила Дарья.
И Клим слетел с катушек. Она признала его! Наконец! Покорялась его воле и желаниям. И он чувствовал, что ее тело подчиняется ему.
Рывком, но стараясь не навредить, Дикий перевернул Дарью спиной к себе.
Девушка попыталась возразить, но жесткие пальцы накрыли тугой сосок, а свободная рука – нырнула ниже, к животу.
– Моя! – рокотал Клим, накрывая собой хрупкую фигурку.
Они идеально совпали, подошли друг другу, сплелись тесно, а руки Клима были везде. Пальцы окунались в горячую влагу, растирали острые горошины, требовательно растягивали узкое лоно, подталкивая все дальше, за грань.
Ртом Клим прижался к покатому плечу, а языком принялся оглаживать следы метки. Его било дрожью, он боялся, что не вытерпит, не сдюжит, сорвется.
А сиплые стоны становились все громче. Мужчина видел, как тонкие пальцы загребают ткань покрывала в пригоршни. А сама Дарья жадно отзывается на каждое его движение.
– Еще…, – умоляла она, когда Клим проник двумя пальцами в нее.
Протяжные стоны грозили превратиться в крик, или рычание. И Клим не смог больше оттягивать неизбежное.
Подстроил Дарью под себя, заставил прогнуться в спине, и до предела погрузился в свой истинный рай.
Кажется, Дарья все же кричала от удовольствия, сорвала голос. И не сразу смогла открыть глаза.
Было немного стыдно. Она ведь доверилась ему… А он так порочно брал ее сзади.
Дарья покраснела до корней волос. Хорошо, что в комнате было темно. Иначе сгорела бы со стыда. Однако Дикий прочел ее мысли. Подгреб ее под себя, окружил своим мощным и сильным телом и уткнулся лицом в ее шею.
Острые клыки легко прижались к той самой метке, что уже стояла на плече у Дарьи, царапнули. Капельки крови проступили на нежной коже, и Клим жадно слизал их.
Демон в нем требовал своего. Требовал крови. А Дикий настолько расслабился, забылся, что не сразу смог себя остановить.
Дарья вздрогнула… и удивила его, поразила в самое сердце. Хотя, он и без того принадлежал ей без остатка.
Даша обвила тонкой ладонью его пальцы, переплела их, сжала. Повернула шею, склонив голову так, чтобы Климу было удобнее ласкать тонкую кожу.
Безмолвный жест поддержки и полного доверия.
Хищник стиснул объятия еще крепче, боясь и на миллиметр отпустить от себя истинную. И закрыл глаза.
Они не разговаривали. Каждый думал о своем. Но оба понимали, что это – начало. Начало их совместного пути.
Глава 7
Дарьяна смотрела на своего мужчину. Он спал, не разжимая рук, окутав ее собой, словно закрывал со всех сторон, защищая даже во сне. Девушке казалось, что она лежит в тисках, невероятно крепких и надежных. А еще обнаженную кожу неприятно царапала старая ржавая цепь, которая держала железный браслет на запястье Дикого.
Даша ужаснулась, увидев, что металл натер кожу до крови. Алые разводы покрылись подсохшей коркой, но хищник будто не замечал их.
Дарья решила что-то предпринять. А вот беспокоить Клима не хотела. Во сне черты лица разгладились, стали более мягкими, и девушка на несколько секунд залюбовалась мужественной красотой истинного. И тепло разлилось в груди.
Осторожно пошевелившись, Дарья запустила в свою рухнувшую и растрепанную прическу пальцы, нащупала уцелевшую шпильку и принялась ковырять замок на браслете кандалов.
Сработало. Браслет щелкнул, и цепь, громыхнув, ударилась о пол.
Клим пошевелился во сне, но глаз не открыл. Дарья подождала, пока мужчина вновь крепко уснет, и только тогда выбралась из постели.
Наспех приняла душ, воспользовалась местным халатом и решила, что нужно уладить формальности с администрацией гостиницы. Ну и раздобыть что-то из еды на ужин.
Обувшись, Дарья прикинула, что денег у нее с собой нет. Впрочем, как и телефона. Все надежда на Клима. Вдруг в карманах чудом уцелевших брюк повезет найти бумажник.
Так и вышло. Осторожно порывшись в мужской одежде, Дарьяна обнаружила и наличные деньги, и странный небольшой футляр, бархатистый, приятный на ощупь. Казалось, что он изготовлен давно. Да и вензель на крышке стоял старинный. Толком и не разобрать изящных букв.
Дарья вернула коробку на место, в карман. А вот купюры взяла.
Потуже завязав халат, девушка вышла из номера. Переговоры с владельцем «Рая под звездами»
